Мила Дуглас. Темная сторона любви

Я только что закрыла последнюю страницу «Синих бабочек» (автор — Джек Тодд) и сижу, пытаясь разобраться в тех ощущениях, которые нахлынули после прочтения. Рецензию нужно писать сейчас, пока свежи эти первые впечатления. Потому что книга — неоднозначная. Но на то она и дарк, верно? Мне не нравятся убийцы. Я не люблю, когда некто, супер плохой, без четко прописанной мотивации становится главным героем. Серая мораль — это ок, жизненно и честно. Но переступать черту, отнимать жизнь... Нет. И тут же внутренний спор: а чего я хотела, взяв в руки дарк роман? Ну, хорошо, признаюсь...

Сегодня утром со мной случилось крайне странное событие. По дороге на работу я всегда читаю книги или редактирую свою писанину. Ритуал священный, да? Но сегодня не открылся гугл док. Ладно, тогда я решила, что давно пора почитать то, что хотела. Начала с незнакомого мне автора (не буду озвучивать вслух) — и уперлась в стену. Бросила книгу на третьей главе. Не потому что плохо написано. А потому что мне стало плохо. Мне реально стало физически плохо. Аннотация обещала «Тьму, от которой забудешь как дышать»...

О книге. Или почему я начала бояться за маньяка «Клетка сладкого кошмара» Кира Князева Сначала все идет по канону, и ты, как читатель, занимаешь удобную позицию в кресле сочувствующего наблюдателя с платочком. Девушка. Подвал. Маньяк. Мурашки бегут по коже табунами. Мы все здесь большие девочки, мы знаем, чего хочет Стив, и готовимся к долгой, мучительной и сладкой дороге к «прозрению, изменению». Но автор ловко выбивает этот стул из-под читателя, прям из-под пятой точки. Очень скоро понимаешь: бояться нужно не за Нэнси...

Декабрь в Санкт-Петербурге — это состояние ожидания...снега, Нового года, мороза. Но увы! Сейчас воздух сырой и колючий, а под ногами — грязь или жалкая, хлюпающая кашица, которую даже стыдно называть снегом. В такую погоду особенно остро вспоминаешь книги, что оставили в душе ощущение иного холода — колдовского, с хвойной мглой и обещанием сказки. И я вспомнила, что не делилась впечатлениями про книгу «Невеста Ноября» Лии Арден. Представьте мир, совершивший глупость. Взяли и выгнали зиму. Подавай людям — вечные урожаи, тепло, а не зловещий холод, метель и стужу...

Арт by Виктор Вит https://t.me/+GcRelx8VSW5iODky Привет, дорогие читатели! Меня часто спрашивают, откуда берутся мои миры, в которых соседствует уютная магия с юмором в одних книгах и беспощадный мрак, тьма в других моих произведениях. Скажу так: вдохновение — штука причудливая, и оно приходит из самых неожиданных источников. Сегодня поделюсь с вами своим личным топом, разделив его, конечно, на светлую и темную сторону. У автора протекает крыша. Это норм) Для светлой стороны 1. Книга: Фрэнсис Элиза...

«Они – его кровь» С этой простой и всеобъемлющей фразы начинается погружение в суровый, порой бездушный и безумно притягательный мир семьи Джулиано. Аннотация лишь намекает на конфликт, но книга раскрывает перед читателем целую вселенную, где понятия «семья», «честь» и «предательство» имеют особый, кровавый оттенок. О чем книга на самом деле? Да, это история о мафиозном клане, заправляющем Чикаго. Да, здесь есть перестрелки, борьба за влияние и войны с ирландцами. Но в первую очередь это — мощная семейная сага...

В статье вы узнаете о корейском феномене «Чхэмён» и как социальные условности создают идеальную среду для монстров в образе любящих мужей на примере дорамы «Цветок зла» и романов Милы Дуглас. Приветствую. В эту субботу поговорим о темной стороне любви. Мила Дуглас на связи. Позвольте рассказать о сериале, который стал для меня одним из эталонов психологического триллера и заставил переосмыслить границы жанра. Речь о корейской дораме «Цветок зла» — истории, где каждый кадр дышит ложью, а любовь и страх сплетаются в тугой узел...

Привет, друзья! Вы думаете, что ваша жизнь сложна? Попробуйте оказаться в шкурке фамильяра. А еще лучше — фамильяра попаданки, которую подбросили в Академию магии как кость в пасть голодному (и очень красивому, не спорю) ворчуну-ректору. Меня зовут Шепот, и вот мой взгляд на весь этот сыр-бор, который вы, люди, называете «сюжетом». Акт первый: «Рыжая, ты влипла» Когда леди Лайнела забросила вашу Алису из Санкт-Петербурга в наш уютный, пропитанный гвоздикой и кардамоном мирок, я подумал: «Ну вот, опять...

Часть 1. Взгляд изнутри. Почему я сама пишу об этом? Я сама часто задаю себе этот вопрос, глядя на истории, которые рождаются в моей голове. Почему моих героинь влечет к мужчинам, которые с первого взгляда несут лишь разрушение? Почему Александр Греймарк с его «выжженной душой» или дроу Маллигар с «закованным сердцем» кажутся мне такими притягательными для создания истории? Ответ кроется не в желании оправдать насилие, абьюз, а в желании исследовать самые тёмные и самые сильные эмоции человеческой души...

Сегодня я хочу говорить о нём, о Великом! О Фёдоре Михайловиче Достоевском, чьи дни рождения и именины — не просто даты в календаре, а повод в очередной раз поклониться глубине, которая до сих пор заставляет содрогаться сердца. Его творчество для меня — не литература в чистом виде. Это картография человеческой души, составленная с такой жестокой и милосердной точностью, что иного пути, кроме как сверять по ней свои внутренние координаты, просто не остаётся. Достоевский — безусловный мастер Тьмы...

Сегодня, 11 ноября, у Леонардо Ди Каприо день рождения. И как писательница, для которой любовь — это и есть главный сюжет жизни, я не могу пройти мимо этой даты. Его фильмография для меня — не просто собрание ролей, а готовая карта любовных переживаний, идеально вплетающаяся в мое творческое кредо. Лео, как никто другой, показывает обе эти грани - Света и Тьмы. Давайте разделим его героев на светлую и тёмную сторону. Выбирайте, что вам по душе сегодня. Здесь его герои любят открыто, искренне, порой наивно...

Последняя точка поставлена. Экран погас, оставив после себя лишь отблеск на темной поверхности. Тишина. Та самая, что наступает после бури, когда стихает ветер и замирает эхо. Только сейчас, в этой тишине, я по-настоящему понимаю, что наш путь с Гейром Вальхёрром подошел к концу. Писать эту книгу было все равно что долго идти по заснеженной пустоши. Сначала ты ощущаешь лишь пронизывающий холод чуждого мира — сурового, жестокого, дышащего древними мифами и проклятиями. Потом начинаешь различать оттенки:...