MidnightPenguin

Я энтомолог, а значит, изучаю насекомых. Разговоры о моей работе обычно наводят на окружающих смертную скуку, но дети от нее в полном восторге. Именно поэтому я стал читать лекции для школьных групп в местном музее естествознания. Мне нравилось прививать ребятам интерес к самому удивительному классу животного царства. Полгода назад я осознал: восхищение и ужас не исключают друг друга. Теперь мне хочется, чтобы мои равнодушные друзья и родные оказались правы. Для всех нас было бы лучше, если бы в насекомых действительно не осталось ничего необъяснимого. В конце лета, после очередной лекции, один школьник дождался, пока учитель отвлечется на одноклассников, и робко подошел ко мне...

Семь лет это дело висело в агентстве. Семь кураторов. И всего семь встреч. Даже в моей сфере такая текучка в одной семье была чем-то неслыханным. – И помни, что я сказал, Бет: сделай ВСЕ ВОЗМОЖНОЕ, чтобы это сработало, – только и сказал Коннор. Я годами избегала этого дела: отказывалась, придумывала отговорки, ссылалась на стаж. Я была лучшим соцработником в компании и не обязана была разгребать такие паршивые задания. Из тех, что ломают людей. Из тех, после которых исчезают. Когда я заехала на дорожку к дому – это был шестой и последний визит в тот роковой день...

Я не скажу вам, где искать. Если только вы не хотите, чтобы нечто жуткое уставилось на вас в ответ. Когда я впервые заметил этот дом в 2012 году, он не казался зловещим – скорее любопытным. Не помню, почему я отстраненно листал карту той британской деревушки, малонаселенной и ничем не примечательной. Помню только, почему зацепился взглядом за конкретный сад за особняком, стоявшим вплотную к бескрайним фермерским угодьям. Длинная Т-образная тень ложилась на газон. Мне она показалась огромным пугалом...

Не буду врать, после того случая я здорово струхнул. Конечно, я понимал, что это наверняка пустяки. Знаю, что в маркетинге и программировании полно фриков, которые обожают издеваться над пользователями. Может, эта реклама была лишь тактикой для продвижения нового хоррора – вроде тех номеров, на которые нужно было звонить ради пасхалок, или странных кассет... Верно же? Наутро дом выглядел безмятежным: уютным, теплым и свободным от любой чертовщины, которая якобы способна перемещаться через экран. Сама мысль об этом казалась нелепой, как же это все глупо...