Victoria's

Недавно я прочитала научную статью "The Future of Animation: Exploring the Integration of Generative AI and the Role of Animators" (Troy et al.) — и захотелось порассуждать на тему ИИ-анимации и почему она вообще так меня зацепила. Начну издалека... С детства, если мне не нравилась концовка мультика или какая-то пара героев (да, я смотрела много девчачьих мультиков про любовь), я начинала фантазировать. Прямо в голове прокручивала целый видеоряд — как могло бы быть на самом деле. Рисовала я не очень хорошо...

Каждый раз, когда меня спрашивают об искусственном интеллекте, я повторяю одну и ту же мысль: способности и возможности ИИ сегодня колоссально, невероятно раздуты. Вокруг нейросетей создали ореол мистического «сверхразума», который то ли спасет человечество, то ли уничтожит его...

Почему нас так тянет смотреть, как спит кошка? Как виляет хвостом собака, почуяв хозяина? Как птица, ничуть не смущаясь, чистит перья прямо у вас на глазах? Это не просто "милота". За этой тягой стоит куда более глубокий механизм — и сегодня я хочу поговорить о том, почему связь с животными часто оказывается не про любовь к животным, а про травму. В частности — про нарциссическую травму и потребность в отражении. Разберём, откуда берётся эта тяга, что животные дают психике такого, чего не может дать человек, и всегда ли это работает одинаково...