Досмотрев до конца передачу по каналу НТВ, Анатолий старательно записал на тетрадный листочек номер телефона на который предлагалось позвонить и подать заявку для участия.
"Вот ведь, бесы, адрес-то и не указали. Вместо адреса какую-то дрянь написали. Электронная почта видите ли у них! А не подумали, как люди будут им на эту почту писать! А если вот нету у людей компуктера или не умеют они на нем, как вот я, допустим, что тогда?? Кер знает, что творят. Хорошо, хоть телефон написали...Уйдет Галька в огород и позвоню.." - думал Анатолий, пряча в карман домашних трико листочек с цифрами.
Но Галина, как на зло, на огород и не собиралась. Она тихонько домыла в тазу с горчицей посуду, оставшуюся после ужина, потом притерла полы на кухне и поставила на газ огромную кастрюлю с водой - верный признак того, что женщина собиралась затеять стирку.
Стиральная машинка у них была, но Галина берегла ее и лишний раз старалась не использовать, а стирала по-старинке: вручную. В машинке же стирала лишь постельное белье.
Видя, что возможности остаться дома одному в ближайшее время не предвидится, Анатолий решил сам выйти в огород.
- Пойду, пройдусь маленько, - сообщил он супруге, сжимая заветную бумажку в кармане и сделав безразличное лицо.
Отойдя подальше от дома, к участку, где была посажена картошка, Анатолий залез в самые ее заросли и присел, дабы никто не смог помешать его разговору.
- Алё! Девушка, у меня вот такая проблемка нарисовалась.. Баба одна у нас в деревне от меня родила. А не сознается. Говорит, не мой ребенок..А я-то, ведь, точно знаю, что мой! И хочу сына воспитывать. Ну..участие принимать, так сказать..Вот и решил я вам позвонить. Помогите до истины докопаться. Перезвоните? Хорошо, я буду ждать! Только уж, без обмана, а то я надеяться буду! Ну всё! Жду звонка. До свиданьица!..- и довольный, что всё у него складывается, как нельзя лучше, Анатолий вылез из картофельного поля, стряхивая со штанов прицепившегося своими мохнатыми лапками колорадского жука.
***
В обязанности Саныча в первую очередь входила разгрузка газели с фруктами и овощами. Так же, опустевшие и сложенные кое-как друг на друга ящики он тоже должен был погрузить в ту же самую машину. Кроме того, уборка территории возле магазина тоже была его обязанностью.
В остальное же время Саныч мог отдыхать в подсобке, которая фактически считалась его кабинетом. В подсобке стоял старый не складывающийся диван, стол и два табурета. Еще в подсобке имелся старый засиженный мухами электрический чайник и электрическая плитка.
На обед Саныч ел доширак с майонезом и картошку, которую брал тут же в магазине бесплатно и варил на плитке в подсобке и пил чай из пакетиков.
А еще теперь Саныч объедался фруктами. Вся некондиция доставалась в первую очередь ему, все побитые и помятые дыни и груши, сливы и помидоры. Нерегулярный стул его вмиг наладился, а организм заработал, как часы. Ящики были в общем-то не слишком уж тяжелые, а махать метлой на свежем воздухе ему приходилось в любую погоду, что в скором времени благоприятно сказалось на его здоровье: он похудел, а лицо его приобрело здоровый румянец.
Зарплата платилась регулярно, два раза в месяц: тринадцатого и двадцать восьмого числа - день в день!
В общем, Саныча всё устраивало.
- На-ка, вот, - смущаясь и отводя взгляд, протянула Санычу тряпичные перчатки продавщица Анютка (замужняя, кстати, женщина, имеющая троих детей) глядя, как он ставит на прилавок ящик с абрикосами. Саныч перчатки взял, а сердце его бешено заколотилось от предчувствия чего-то нового и очень приятного, чего он давно уже ждал и почти не верил, что оно возможно..