– Надоело! Перееду к папе жить, будешь знать, – обиженно прокричала Оля матери, сбегая вниз по лестнице.
Михаил и Татьяна развелись, когда Оленьке не исполнилось и пяти лет. Такое бывает, взрослые то сходятся, то расходятся. О причинах развода Татьяна дочери никогда не рассказывала – “Так вышло” – этой фразой заканчивались все попытки Оли выпытать у матери правду.
Оля, может, и хотела узнать о том, что отец завёл новую семью или мать полюбила другого, но поиски виновного в развале семьи её сначала не интересовали в силу возраста, а став старше, Оля и вовсе перестала об этом думать.
Подарки от папы на Новый год, день рождения и 8 Марта, которые он присылал почтой, явно говорили о том, что папа Олю любит, только вот встретиться им теперь не так просто. Зато какие он писал ей письма, вспоминал в них Олино рождение и детство, рассказывал, как сильно скучает и ждёт встречи.
Девочка зачитывала письма до дыр. Аккуратной стопкой складывала их в нижний ящик стола.
Оля при любом удобном случае припоминала матери, какой замечательный и любящий у неё отец. И как невыгодно выглядела на его фоне Татьяна, которая то и дело воспитывала дочь, заставляя есть супы и делать домашку, не отпускала гулять с друзьями допоздна. Оля представляла себе, что её отец живёт в своём доме, где-то на берегу моря, куда обязательно пригласит свою дочь. Она всерьёз думала, что однажды переедет жить к папе, и её жизнь круто изменится, естественно, в лучшую сторону. Но в письмах отец только рассказывал о тяжёлой разлуке, но никогда не звал в гости, неизменно заканчивая письмо одной фразой: “Однажды, доченька, мы с тобой встретимся и я, наконец, смогу тебя обнять”.
Оля пыталась выяснить, где живёт отец, но мать, видимо, специально приносила с почты посылки без упаковки, поэтому шансов найти отца было совсем мало.
Татьяна разрывалась на двух работах – сначала в офисе пропадала, а потом ещё до поздней ночи сидела за компьютером дома. Одной растить ребёнка Татьяне было сложно, но она стремилась дать дочери всё, пусть и в ущерб собственным интересам.
– Я хочу отмечать день рождения в ресторане и позвать всех своих друзей и одноклассников, – заявила за месяц до восемнадцатилетия Ольга.
– Это очень дорого, – Татьяна не отрывалась от готовки.
– Мне исполняется восемнадцать, мам. Я хочу встретить начало взрослой жизни, как полагается – по-взрослому, – Оля настаивала на своём.
– Начало взрослой жизни – это когда сама начинаешь себя обеспечивать. Вот заработаешь на ресторан и сводишь туда всех, кого на тот момент сможешь назвать другом, – обычно мягкая Татьяна сегодня не сглаживала углов.
– Дай мне номер папы. Он точно поддержит меня. Потому что любит. А ты только и знаешь, что воспитывать да нотации читать, – Ольга вплотную подошла к матери.
Татьяна выдержала паузу. В ней боролись желание раскрыть дочери всю боль, с которой ей приходилось жить все эти годы и стремление сохранить у Оли веру в существование любящего и заботливого отца.
– Я не знаю его номера, – тихо ответила Татьяна.
– Тогда я с тобой схожу на почту за подарком, чтобы ты не успела содрать с него упаковку с адресом отправителя. Не получится позвонить, значит, съезжу к нему, – Ольга восхищалась своей находчивостью.
Татьяна сделала глубокий вдох.
– Нет никакого адреса отправителя. Я сама тебе по два подарка покупала все эти годы – от себя и от отца. Письма, которые в подарки вложены были – тоже моих рук дело, – Татьяна не решалась поднять на дочь глаза, но могла поспорить, лицо Ольги выражало недоумение.
– Как ты? А папа? – девушка не понимала, как ей реагировать на открывшийся обман.
– Он алименты платил. Минимальные, но платил, хотя я не подавала официально. Не знаю, как у него с деньгами, вообще ничего не знаю про него с тех пор, как он уехал и подал на развод. Вот книжка, – Татьяна пошарилась в верхнем шкафчике и вытащила оттуда сберегательную книжку.
– Четыреста тысяч? – Оля посмотрела на последнюю строчку, – За двенадцать лет? – девушка посмотрела на мать, – А подарки? Он присылал деньги на подарки?
Татьяна лишь помотала головой.
– Зачем ты это делала? – голос Оли дрогнул.
– Я не хотела, чтобы ты чувствовала себя брошенной и преданной. Надеялась, что однажды он захочет возобновить общение, – Таня виновато пожала плечами.
– Но ведь он, получается, действительно предал меня и бросил. А я верила в существование отца, который любит меня и ждёт встречи со мной. Я думала, что это ты мешаешь нашему общению, прячешь адрес. Тебя винила во всём, мам, – Оля приобняла маму за плечи и заглянула ей в глаза.
– Зато ты не выросла озлобленной, не затаила обиду на папу. А я, – Татьяна громко сглотнула, – Я люблю тебя. Вижу, что ты счастлива, и мне больше ничего не нужно, – Татьяна крепко обняла дочь.
Через несколько дней Олю в соцсетях нашёл Сергей – сын отца от второго брака. Сергею было четырнадцать. Тогда Оля поняла – отец бросил её ради новой семьи и нового ребёнка. Глупо было думать, что отца захлестнули чувства, которые вдруг вылились в беременность. Наверняка отношения с этой женщиной длились не месяц и не год.
Отец жил на две семьи, а мама все эти годы, едва сводя концы с концами, не позволяла запятнать его светлый образ.
Сергей со свойственной подросткам настойчивостью приглашал Олю в гости. Звонил каждые выходные, рассказывая, что отец очень рад их общению и сам хотел бы увидеть свою повзрослевшую дочь. Судя по фотографиям и рассказам парня, их семья вовсе не бедствовала, даже наоборот – жила на широкую ногу.
– Оля, ну ладно, Новый год ты встречай с мамой. Это я могу понять. Но на Рождество обязательно приезжай к нам. Тут ехать-то два часа на сапсане, – настаивал Сергей, – Иначе папа обидится.
Оля сначала загорелась идеей. Мама её не отговаривала и вообще была не против их общения с отцом. Только вот отец, который все эти месяцы знал её номер телефона, почему-то предпочитал передавать приглашения исключительно через своего сына.
– Хотел бы увидеться – давно бы позвонил или приехал. А он, как ушёл в новую жизнь, так обо мне и не вспоминал. А сейчас меня почему-то должна пугать его обида. Может, вообще приглашение отца и желание встретиться со мной – это всё плоды Серёжиной фантазии, – сидя на кухне, рассуждала Оля.
Татьяна молча пила чай, предпочитая не вмешиваться в суждения дочери.
– Знаешь, мам. Никуда я не поеду. Захочет – сам приедет. А так, ты меня все эти годы за двоих любила. Поэтому я с тобой и на Рождество, и на все остальные праздники. Вот уж, в ком я ни на толику не сомневаюсь, так это ты, родная моя, – Оля подошла к маме и крепко обняла её за шею.
По щекам Татьяны покатились горячие слёзы. Слёзы радости и гордости, что она смогла воспитать такую дочь. Теперь она была уверена, что однажды приняла правильное решение, как бы трудно ей от него ни было.
_________
