– Главное – живой, – в коридоре послышались шаги, дверь открылась, и в палате зажёгся свет.
В палату вошли люди.
– Как ты, Толенька? – защебетала вокруг кровати жена, – Сейчас я тебе поправлю подушку, мой хороший. Супчик принесла. Как ты любишь.
На кровати неподвижно лежал генерал. Некогда бравый герой после покушения оказался запертым в собственном теле. Он всё понимал, всё слышал и видел. Но не мог пошевелить ни одним мускулом.
Жена суетилась вокруг мужа. Рассказывала ему какие-то домашние новости про детей, про кота. На автомате проводила манипуляции – умывала супруга, что-то поправляла. И снова продолжала свои рассказы.
Я смотрел на происходящее и то и дело ловил себя на мысли, что генералу очень неловко. Все эти вытирания рта салфеткой, сюсюканья при посторонних – он всё понимал, но не мог издать ни звука.
А ведь когда-то этот человек без охраны заходил в логово к боевикам и вёл с ними переговоры. Им восхищались, его боялись.
– Жив и слава богу, – то и дело твердила жена, поглаживая мужа по щеке.
Тогда мне правда казалось, что случилось чудо – человек выжил после такого зверского покушения. Да, травмы серьёзные, да полностью парализован, отсутствуют речь и мимика, но ведь жив и жизни ничего не угрожает. А что может быть важнее той самой жизни?
Был бы пациент в сознании, а лекарство со временем найдётся. Я верил в это. Искренне. Постоянно следил за разработками и, казалось, что вот в этот раз точно сработает, но не работало.
Стволовые клетки вызвали у организма бурную реакцию, но не ту, на которую все рассчитывали. У генерала активнее обычного стали расти ногти и волосы, но на этом всё.
Улучшения есть – генерал общается с женой глазами, иногда взмахивает руками, во сне ищет удобную для себя позу.
Я до сих пор наблюдаю за генеральской женой, которая так самоотверженно ухаживает за мужем. Только представьте, она уже 23 года каждый день ездит к мужу в больницу, вывозит его гулять, делает массажи.
А ведь могла двадцать три года назад, будучи ещё довольно молодой женщиной, начать новую жизнь. И вряд ли бы её кто-то осудил.
Но интересно, что думает по этому поводу сам генерал. Уже сейчас, когда ему 74 из которых 23 года он живёт в больнице, согласился бы он снова выжить после того покушения?
Не возникало ли у него мыслей о суициде, которого он не сможет совершить? Не хотел бы он своей жене другой доли?
В любом случае можно называть это как угодно: крест, судьба или просто решение. Каждый идёт своим путём. И критиковать чужие пути мы не будем. Напротив, эта семья у меня вызывает восхищение.
Но вот порассуждать над подобными случаями, можем себе позволить. Жду ваших мыслей в комментариях.
––––
На создание публикаций автора вдохновила история жизни генерал-полковника, Героя Российской Федерации Анатолия Александровича Романова.