У Захара Прилепина увидел репост чьего-то плача: человек стенает о том, что в парламент идут "еще более мракобесные, коррумпированные, невежественные" люди. И приводит в пример Марию Бутину, Анну Кузнецову и Захара Прилепина. По поводу Кузнецовой и Бутиной у меня комментариев нет, что же касается Прилепина, то я все понять не могу: почему условно человек, который смотрит "Рика и Морти", читает Толкиена и чавкает за едой (а Навальный чавкает), считает, что литератор, литературовед, знаток Есенина и Мариенгофа Прилепин приведет страну к мракобесию? У меня это не укладывается никак в голове.
Кто из прекраснодушных людей с хорошими лицами первым уверовал и обратил остальных в свою веру в то, что чавкающий потребитель масс-культуры, говорящий журналистам "ты" и, будучи женатым, окружающий себя в работе молодыми красивыми женщинами, приведет их в светлое европейское будущее, а Прилепин, насколько я знаю, незнакомым людям никогда не "тыкающий" и в тяге к найму красавиц в декольте при живой жене не замеченный - к расстрельным ямам? Это же глупость. Не агитирую за Прилепина, не голосую.
Но мне он кажется куда меньшим злом, о чем я давно писала. Человек, написавший "Есенина" и "Патологии", вряд ли будет расстреливать оппонентов. Он, если на то пошло, пока ни одного своего оппонента в политическом споре не расстрелял, хотя подозреваю, что доступ к оружию у него есть. А вот Навальный, ваше горе луковое, стрелял на дебатах в посмевшего с ним не согласиться. Забыли, да? Это книжная культура против культуры "Рика и Морти".
И я из отвращения на сторону любителей мультиков не встану. Я всегда за тех, кто читает книги
Я и в то, что Эдуард Лимонов устроил бы нам ГУЛАГ со Сталиным и Берией, не верила. И я бы голосовала за него, если бы его допустили до выборов 2012 года. Потому что Лимонов, во-первых, был интеллектуал, во-вторых, я его лично немного знала и видела, что это был человек крайне высокой личной культуры, очень деликатный, тактичный. После его кончины я где-то выкладывала ссылку на его выступление в ходе первого после эмиграции визита в СССР. Он выступал перед большим залом и сказал "вы" мальчику лет десяти, который подошел к микрофону задать вопрос. Был крайне вежлив. Я также когда-то рассказывала, как, еще студенткой, нашла номер телефона Лимонова и позвонила ему просто потому, что мне нравились его книги. Обычная девочка из далекой Сибири. Это были еще времена роуминга, я проговорила несколько минут и звонок оборвался. Потом Лимонов мне, незнакомой Насте, с которой ему вряд ли было интересно разговаривать о своих книгах, перезвонил со словами: "Наверное, у вас кончились деньги". Это меня очень потрясло, я вежливо закончила разговор и больше ему с глупостями ни разу не звонила.
Занятно, что после того как этот мой пост о противопоставлении Навального Прилепину в Телеграме репостнул сам Захар Прилепин, мне написали два человека - оба со словами сожаления. Это уже стало традицией: кажется, Прилепин второй раз меня репостит - и второй раз читатели выражают мне соболезнования. Приходят и пишут, что они, якобы, очень ценят мое "творчество" и им жаль, что Прилепин, де, затронул мое имя.
Это мои им соболезнования. Захар Прилепин - большой писатель. Свое к нему отношение я высказала много лет назад, когда, еще молодая и доверчивая, рассчитывала уговорить "Новую газету" сделать круглый стол с Прилепиным и позвать туда либеральных журналистов обсудить "Обитель" честно, а не в режиме односторонних плевков. Отношение простое:
если Захар Прилепин кого-то убил, то должен сесть в тюрьму, там он продолжит писать книги, а я их буду читать
Но не было тогда круглого стола. Потому что, вопреки прогрессивному образу борцов за все хорошее, и там сидят люди совсем не книжной культуры.
Очень хорошо и со стыдом я это поняла, когда писала для "Новой" о деле "Сети" и назвала найденных в лесу двух молодых людей из этой компании "шатушками". Я упомянула героя "Бесов" Ивана Шатова, у которого был прототип - студент Иванов, устраненный революционным кружком Нечаева. В редакции долго не могли разобраться, кто такие Шатов, Нечаев, студент Иванов, путали и исправляли фамилии. Слово "шатушки", его смысл, причина его употребления им, кажется, вообще не было понятно. Это меня крайне огорчило. Думаю, если бы была жива газета "Лимонка" и я бы писала текст туда, мне бы не пришлось все это унизительно объяснять, понимая, что по ту сторону экрана сидят люди, не помнящие или не читавшие Достоевского и поэтому решившие, что я неумело изъясняюсь, у меня мутная образность и я не могу донести ее до читателя. И не верили они, думаю, что в России достаточно людей знают, кто такой Иван Шатов.
Еще эти люди не цитируют "Властелин колец" и не смотрят "Рика и Морти". Думаю, им всем трудно объяснить, что люди книжной культуры опаснее тех, кто говорит незнакомцам "ты" и шутит про "Мальчик, мы домой летим".