Несмотря на то, что Вера категорически не хотела принимать помощь от Геннадия, он сдаваться был не намерен. Почему он это делал? Неужели он до сих пор так сильно ее любит? Возможно. Но, после того, как он узнал о случившемся, после того, как он увидел Веру в таком плачевном состоянии, он уже не мог ее оставить.
Если бы он просто уехал, как бы он потом с этим жил? В конце концов, она живой человек, несчастная женщина, которая осталась совсем одна на этом свете. Да, она сама в этом виновата, но что же делать?
Главное теперь – убедить ее бороться. Нужно, чтобы Вера захотела жить, захотела вылечиться, восстановиться, а для этого ей необходимо смириться с тем, что Гена в очередной раз выручит ее. Это ей было очень тяжело принять. Она стыдилась своих поступков, считала, что не заслуживает прощения.
Когда Гена вернулся в гостиницу, он стал думать, что же делать дальше. Единственным знакомым человеком, который связан со здравоохранением была Оля. Странное дело, столько у него всяких знакомств полезных накопилось за всю жизнь, а в этой сфере – практически никого.
Но ему нужно было что-то решать. Только вот, как позвонить женщине, в которую ты влюблен, которая влюблена в тебя, и рассказать такое? Гена метался, потом понял, что в любом случае правда, все-равно, вскроется. Тем более, что он не хотел расставаться с Ольгой, просто и Веру не мог бросить в таком состоянии. Он решился все ей рассказать и попросить совета.
- Геночка, я уже переволновалась. Чего ты не звонил так долго? Обещал же, как приедешь, сразу.
- Извини, Оленька, были неотложные дела.
- Что-то случилось? У тебя такой голос.
- Нет. Вернее, да. Оль, мне нужно тебе что-то важное рассказать.
- Так рассказывай, не тяни. Ты меня пугаешь.
- Дело в моей жене.
- Она не хочет разводиться, да? Я так и знала… - разочарованно казала Оля.
- Нет, Оленька, послушай. Она попала в серьезную аварию, ей нужна помощь.
- А ты тут при чем? Я так поняла, что она бросила Вас с детьми много лет назад. Ты ничего ей не должен.
- Все так. Но как я ее оставлю в таком состоянии? Врач сказал, что ее нужно перевозить в другую больницу, возможно, она никогда больше не будет ходить.
- Так ты сейчас с ней? – удивленно проговорила Оля.
- Да.
- То есть, ты сказал, что поехал в командировку, а сам к ней?
- Да, Оля, извини, что сразу не сказал, я просто не знал, как. Да и понятия не имел, что меня здесь ждет.
- Хорошо, допустим. Ген, что ты планируешь делать дальше?
- Я хотел спросить у тебя, как ты считаешь, ее возможно перевезти в нашу больницу?
- Теоретически возможно, конечно. Ты думаешь, это верное решение?
- А что я должен сделать? Оставить ее здесь? Тогда у нее не будет шанса на восстановление.
- А как же твои дети? Как они должны принять возвращение блудной мамаши, да еще и в таком состоянии? Ты о них подумал?
- Главное сейчас поставить ее на ноги, а с этим разберемся. Оль, ну ты пойми, не могу я так поступить. Сама бы ты что на моем месте сделала? Оставила ее умирать? А как жить потом?
- Да, Геночка, ты прав, конечно. Это я так, с горяча. Скажи мне одну вещь, ты ее по-прежнему любишь? Ты думаешь, что если ты ее вылечишь, она вернется к тебе?
- Оля, нет. Конечно же нет. Я даже не думал об этом.
- Ладно, Гена. Пришли мне электронной почтой ее медицинские документы, все, что есть. Я покажу нашим врачам и узнаю, есть ли смысл ее сюда перевозить.
- Спасибо, Оленька.
- Пока не за что. – сказала она и отключилась.
Она чувствовала, что даже в таком немощном состоянии эта женщина может ей стать соперницей. Не зря же Гена любил ее всю свою жизнь. А что, если, и правда, она захочет вернуться в семью? Устоит ли Гена?
Олю теперь мучил этот вопрос, хотя сам Гена об этом даже и не думал. Он был сосредоточен на медицинской стороне вопроса. О своей безумной, многолетней любви он не вспоминал. Ему было очень жалко Веру.
Только сейчас он задумался о словах Ольги о детях. Они, и правда, могут очень болезненно отреагировать на появление матери в их жизни. Он их не настраивал против нее, они и сами все понимали, особенно Даша, которая старалась делать все, чтобы ни капли не быть похожей на эту предательницу.
Она не простила мать, и, даже не старалась этого сделать. Казалось, что она ненавидит ее больше всех на свете. Как ей сказать, что Гена снова решил впустить ее в свою жизнь, да не просто так, а собирается заниматься ее восстановлением? Предстоял тяжелый для всех разговор. продолжение навигация по каналу