И каково вам раз за разом заходить в одно и то же токсичное лобби, глотать цифровую грязь, смотреть, как на твоих глазах рушатся судьбы, и при этом яростно проклинать того единственного человека, который пытается вытащить тебя из этого болота?
Я, как и вы, сидел перед монитором. Я читал очередные новости киберспорта, видел заголовки про то, что Лига безопасного интернета снова что-то проверяет, что Екатерина Мизулина обратила внимание на Twitch или Discord, и ярость закипала в моих венах. Я кричал в монитор. Я думал: «Какого черта? Оставьте мой интернет в покое! Дайте мне просто скачать игры, дайте мне спокойно смотреть стримы, дайте мне мою свободу!».
Но свободу ли мы защищали?
Я долго думал об этом. Я смотрел на то, во что превратилась наша сеть. И однажды до меня дошло. Осознание ударило меня как сковородкой по голове, как ледяная вода отрезвляет пьяного. Мы ослепли. Мы стали идеальными потребителями цифрового мусора, рабами алгоритмов, которые защищают свою клетку. И сегодня я скажу то, за что меня, вероятно, возненавидит все игровое комьюнити.
Иллюзия свободы, или Как мы полюбили свою цифровую петлю
Мы кричим о цензуре каждый раз, когда звучит словосочетание «Лига безопасного интернета». Мы вбиваем в поисковики запросы вроде «почему лагает игра», «блокировка дискорд», «vpn для игр» или «во что поиграть вечером», но мы в упор не хотим вбивать в свою голову одну простую мысль: наш уютный интернет давно перестал быть безопасной гаванью. Он стал Диким Западом, где шерифа давно пристрелили, а балом правят стервятники.
Давайте будем честны хотя бы перед самими собой. Что мы защищали, когда поливали грязью инициативы Мизулиной?
- Рекламу онлайн-казино на Twitch. Мы смотрели, как наши кумиры, стримеры с миллионной аудиторией, с улыбкой впаривали подросткам рулетки и ставки, ломая неокрепшие психики ради очередного рекламного контракта.
- Треш-стримы. Прямые эфиры, где за донаты людей унижали, избивали и спаивали до полусмерти. Мы называли это «контентом».
- Скам-проекты и мошенничество. Бесконечные рулетки со скинами для CS2, фальшивые ключи для Steam, фишинговые ссылки, ворующие аккаунты, в которые мы вложили годы жизни.
- Тотальную безнаказанность. Сваттинг, когда из-за проигранной катки к тебе домой вызывают спецназ. Кибербуллинг, доводящий детей до петли.
Я смотрел на это и думал: это и есть та самая свобода, за которую мы держимся? Свобода быть обманутым? Свобода быть уничтоженным морально в голосовом чате игры?
«Мы так долго всматривались в бездну интернета, что не заметили, как бездна начала продавать нам лутбоксы и рекламировать нелегальные ставки».
Темный рыцарь, которого мы заслужили
Вы помните концовку фильма «Темный рыцарь»? Бэтмен берет на себя вину за преступления, которых не совершал, чтобы город не потерял веру. Он убегает в ночь, преследуемый собаками, потому что он не герой, которого город хотел, но герой, который был ему нужен.
Екатерина Мизулина — это наш Темный рыцарь.
Я не жду, что вы со мной согласитесь. Мое мнение — это глас вопиющего в пустыне. Но посмотрите на факты холодным рассудком. Кто-то должен был стать громоотводом. Кто-то должен был взять на себя весь этот колоссальный, первобытный хейт миллионов разъяренных геймеров, чтобы просто заставить гигантские корпорации и зажравшихся инфлюенсеров соблюдать хоть какие-то правила приличия.
Вы думаете, ей нравится читать про себя проклятия? Вы думаете, это весело — каждый день просыпаться и знать, что армия анонимов в сети желает тебе зла просто за то, что ты требуешь убрать рекламу наркотиков и казино с площадок, где сидят дети?
Почему правда всегда колет глаза
Я спрашивал себя: почему меня так бесила Лига безопасного интернета? И ответ оказался до тошноты неприятным.
Она бесила меня, потому что показывала мое собственное бессилие. Я понимал, что интернет болен, но мне было комфортно в этой болезни. Мне было лень что-то менять.
Когда Мизулина и ее команда начали методично зачищать сеть от откровенного криминала, они нарушили наш привычный, гнилой покой. Они заставили стримеров бежать или меняться. Они заставили платформы удалять незаконный контент.
Вот хронология того, что мы получили на самом деле, если снять очки ненависти:
- Удар по теневому гемблингу. Кумиры молодежи перестали массово крутить слоты на стримах. Сколько школьных завтраков и родительских кредиток было спасено? Миллионы.
- Борьба с треш-контентом. Платформы начали блокировать каналы, где насилие было способом заработка.
- Привлечение внимания к безопасности. Разработчики и провайдеры наконец-то начали внедрять нормальные фильтры, защищающие от доксинга и сваттинга.
Мы ругали зеркало за то, что у нас кривая рожа. Мы обвиняли хирурга в том, что он делает больно, забывая, что он вырезает раковую опухоль.
Горькое лекарство для больного комьюнити
Мой путь к этому прозрению не был легким. Мой младший брат чуть не влез в огромные долги из-за «безобидных» стримов одного очень известного деятеля, которого позже заставили прекратить эту деятельность именно благодаря давлению Лиги безопасного интернета.
Уже была глубокая ночь, я смотрел на мерцающий экран, где загружалась очередная сессионка. Я читал форумы, где люди продолжали постить гневные комментарии: «Екатерина Мизулина запрещает игры», «Лига безопасного интернета что делает», «конец киберспорта».
И мне стало смешно. Смешно и страшно от нашей коллективной слепоты.
Никто не запрещает нам играть. Никто не отбирает у нас право на эскапизм. Никто не удаляет наши любимые миры. Нас просто пытаются заставить мыть руки перед едой. Нас пытаются оградить от того, чтобы в наших виртуальных мирах нам не продавали реальный яд.
Мы требуем от разработчиков античитов, потому что читеры ломают нам удовольствие от игры. Но почему-то мы ненавидим «античит», который пытается очистить от мусора саму платформу нашей жизни — интернет.
Время сказать то, о чем все не хотят говорить
Я не проповедник. Я такой же геймер, как и вы. Я знаю, что такое высокий пинг, я знаю боль от потери ранга, я знаю радость от долгожданного релиза. Я часть этого огромного, пульсирующего цифрового организма.
И именно поэтому я должен был это написать.
Наступит день, когда нынешнее поколение геймеров повзрослеет. Когда у нас появятся свои дети, которые впервые откроют браузер, скачают свою первую игру, зайдут на свой первый стрим. И вот тогда, глядя на то, с чем им предстоит столкнуться, мы в ужасе схватимся за голову.
Мы будем искать тех, кто сможет их защитить. Мы будем умолять о том, чтобы в сети были хоть какие-то законы.
Но нам не придется начинать с нуля. Потому что грязную, неблагодарную, тяжелую работу уже начали делать сегодня. Под шквал оскорблений, под насмешки, под угрозы.
Я перестал кричать в монитор. Я снял свои розовые очки. Я посмотрел на цифровую бездну и увидел тех, кто стоит на краю, удерживая нас от падения в нее.
Я желал ей исчезнуть. А теперь, сидя перед погасшим экраном, в тишине своей комнаты, я говорю: Екатерина Михайловна, спасибо. Спасибо за то, что у вас хватило смелости делать то, на что у нас не хватило ума.