По картам археологов эта территория выглядит странно. Словно кто-то вычеркнул пару веков из жизни целого края. Поздний энеолит — есть. Средний бронзовый век — тоже есть. А между ними зияющая пустота. Северо-восточная Сербия — настоящий парадокс: регион с богатейшей археологической историей, где на целую эпоху словно наложили заклинание исчезновения. Куда делись люди между 2800 и 2000 годами до н. э.? Почему молчат слои, где должны бы быть поселения и могильники? Новое исследование даёт шанс заглянуть в этот «бронзовый вакуум».
Привет! Меня зовут Артур, я увлекаюсь историей и веду свой Телеграм-канал "Века Древних", где публикую фотографии древних артефактов и исторических мест. Мне интересно исследовать прошлое, делиться уникальными находками и рассказывать о культурных и археологических сокровищах со всего мира.
Исчезнувшие без следа
Историки любят уверенность. Чёткие даты, плотные стратиграфии, артефакты на своих местах. Но с ранним бронзовым веком в северо-восточной Сербии уверенности нет. Совсем. Пока соседние территории — Паннонская равнина и Центральные Балканы — бурлили жизнью, строили курганы, плавили медь и обменивались драгоценностями, здесь будто кто-то нажал на паузу.
По количеству памятников разрыв очевиден. Поздний энеолит — 86 локализаций. Средний бронзовый век — 59. А на ранний бронзовый век приходится всего 15. Более того, даже эти немногочисленные находки часто датированы условно. Археологи указывают, что этот период практически лишён надёжно стратифицированных слоёв и культурной типологии.
Речь идёт о территории, простирающейся от Дуная и Савы на севере до горных хребтов Стара-Планина на юге. Здесь протекают реки Пек и Млава, находятся микрорегионы с выраженным карстом, например, район Ключа и ущелья Железных Врат. Климат — континентальный, с влиянием как Паннонской степи, так и субальпийских условий Карпат. Густота гидросети — средняя. Именно здесь были найдены такие памятники, как Рудна Главе — древнейшая шахта по добыче меди в Европе, а также некрополи Магура, Трняне и Хайдучка Чесма.
Однако между 2800 и 2000 гг. до н. э. происходит загадочный спад. Исследователи связывают его с несколькими возможными факторами: миграционным давлением, изменениями хозяйственной модели, сменой погребальных традиций. Прежние методы археологических раскопок, сосредоточенные в основном на равнинных участках, могли просто упустить поселения в труднодоступных зонах. Более того, сами модели обитания могли измениться: от стационарных к сезонным, от наземных поселений — к полузаглублённым убежищам.
В последние годы археологи начали применять радиоуглеродный анализ для точного датирования изолированных находок. Например, керамика из Новачкой Чуприи и Панчева позволила отнести некоторые культурные слои к переходному периоду между поздним энеолитом и ранним бронзовым веком. Анализ форм сосудов, способов орнаментации и состава глин показывает признаки как локального, так и внешнего влияния. Особенно отчётливо прослеживаются контакты с Винковской группой, доминировавшей в Славонии и восточной Хорватии, а также с Белотич–Бела Црква и культурой Ватин в регионе современной Воеводины.
Некоторые учёные предполагают, что эти связи не были односторонними. Возможно, северо-восточная Сербия не столько «принимала» влияние, сколько участвовала в его формировании. Это подтверждают и находки: фрагменты специфических сосудов с литыми бортиками, элементы оружия, орнамент в виде загнутых линий и насечек.
Проблема, однако, в другом: эти артефакты редки и разбросаны. Они обнаружены вне чётко зафиксированных культурных слоёв. То есть мы видим результат — но не контекст. Как будто кто-то перенёс керамику с места на место, либо она осталась от краткосрочных остановок кочевых или полукочевых групп.
История, спрятанная в тени
Авторы подчёркивают важность новых подходов. Сегодня археология региона движется к изучению не только больших поселений, но и мелких объектов — пещер, пригорков, временных стоянок. Именно такие точки, по мнению исследователей, могут скрывать следы исчезнувшего времени. Использование георадаров, магнитометрии и высокоточной датировки уже дало первые результаты.
Примером может служить участок у деревни Грабовица, где обнаружен культурный слой, содержащий керамику переходного типа. Он не тянет на полноценное поселение, но показывает: кто-то был, жил, оставлял следы.
Речь идёт не о «выпавшей» цивилизации, а об изменении археологической видимости. Люди не исчезли — они сменили модель взаимодействия с ландшафтом. Сложные горные районы могли стать временным убежищем, а реки — коридорами миграции. Северо-восточная Сербия, по сути, оказывается зоной, где столкнулись старые и новые способы существования: осёдлость и мобильность, локальное и трансрегиональное.
Археология как восстановление памяти
Новое исследование важно не только для Балкан. Оно показывает, как легко историческая картина может исказиться, если опираться лишь на видимые данные. Пропуски в археологической записи не всегда означают исчезновение. Иногда они говорят о смене стратегии выживания, о том, как прошлое скрывается от нас под почвами, осыпями, забвением.
Каждый новый слой, каждый найденный осколок — это не просто вещь. Это голос, прорывающийся сквозь тысячелетия. И северо-восточная Сербия теперь говорит. Говорит о людях, которые не исчезли. А просто жили иначе.
Следующая задача археологов — прислушаться внимательнее.
📌 Источник: Ognjen Mladenović, Aleksandar Bulatović. The Problem of the Early Bronze Age in the Territory of North-Eastern Serbia: the case of the Makó-Kosihy-Čaka and the Somogyvár-Vinkovci cultures. // Starinar, LXXIV/2024.
Если вам было интересно, подписывайтесь на мой канал @agesofancients.
Там я делюсь фотографиями древних артефактов и исторических мест, сопровождая их познавательными описаниями и уникальными деталями.