Руководствуясь книгами и исследованиями. Были написаны сопутствующие рассказы, которые от части являются плодом фантазии и переплетаются с историческим контекстом.
Вот одна из тех самых источников которые вдохновили на создание приключенческих рассказов.
Путеводитель по древним соборам и местам тамплиеров Издательский бутик Книжные сети
•••
Изучая исторические исследования Семёнова, я вдохновился на создание отдельных рассказов от лица героя.
суть заключалась в в том, что среди вымышленных образов, присутствует символизм и описание элементов ордена.
С этим мне помогли книги: «Знамя Босеан» и «Алый Крест Знамени».
Там, где падают северные звезды: Хранители Белого Ордена
Ледяной ветер с Финского залива выл в щелях старых камней Александро-Невской лавры. Иван Орлов, молодой, но уже уставший от архивной пыли историк, тер пальцы над электрической грелкой. Он копался в описях XVIII века, ища следы одного забытого масонского кружка, когда его взгляд зацепился за странную запись: "Ящик дубовый, обитый железом, за печатью с красным крестом и мечом. Изъят из подземелий Соловецкого монастыря по указу Императорской Комиссии, 1764 г. Содержимое: ветошь, пергаменты нечитаемые, предмет железный, подобный мечу малому. Передан на хранение в Секретную Казну".
"Печать с красным крестом и мечом..." — прошептал Иван. Тамплиерский символ? В России? В XVIII веке? Это было невероятно. Орден Храма был уничтожен столетиями раньше, а его легенды витали где-то далеко на юге, в Палестине и Франции. Но Соловки... Северная твердыня, место силы и страданий. Что могло связывать тамплиеров с этим суровым краем?
Одержимость овладела им. Месяцы поисков в закрытых фондах, настойчивые запросы, полушепотные разговоры с седыми архивариусами, знавшими больше, чем говорили. Наконец, удача: в одном из секретных дел петровской эпохи, касавшегося "расследования по еретическим сборищам иноземного толка", мелькнуло имя: "Братство Белого Ордена" или "Северные Хранители".
Легенда, которую Иван начал собирать по крупицам, была ошеломляющей. После разгрома Ордена в 1307 году, небольшая группа рыцарей, возможно, с казной или каким-то священным залогом, бежала не на юг, а на северо-восток. Их путь лежал через земли Новгорода и Пскова, где еще помнили о воинственных "варягах"- крестоносцах. Они искали не просто убежища, а места, где можно спрятать нечто на века, место силы, недоступное для Папы и короля Франции. Их привлекла суровая, неприступная твердыня Соловецкого монастыря – русский "Храм Соломона" на краю земли.
Здесь, под видом благочестивых иноков или служивых людей охранявших северные рубежи, они осели. Они не строили готических соборов. Их "командорией" стали бескрайние леса, скалистые острова, подземные лабиринты монастырских подвалов и, возможно, тайные убежища в землях карельских племен. Они адаптировались. Их белые плащи с красным крестом сменились на сермяжные кафтаны или монашеские рясы, но девиз остался: "Non nobis, Domine, non nobis, sed Nomini Tuo da gloriam" ("Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему дай славу"). Их миссия трансформировалась: охранять не дороги в Святую Землю, а знание и *реликвию*, принесенную с собой, оберегая ее от мира, который был к ним слишком жесток. Они стали "Белым Орденом" – невидимыми стражами Севера.
Их следы терялись в водовороте русской истории: Смутное время, раскол церкви, петровские реформы. Говорили, что они помогали защищать Соловки от англичан в Крымскую войну, что их потомки водили дружбу со старообрядческими скитами, хранившими свои тайны. Ходили слухи о странных, очень старых иконах в глухих северных часовнях, где рядом с ликом Спаса был вырезан маленький, едва заметный равносторонний крест. И о мечах – не саблях, не палашах, а прямых, как луч света, клинках, хранимых в некоторых купеческих семьях Архангельска как святыни предков.
Иван нашел упоминание о "ящике соловецком". Он был в запасниках одного из музеев Петербурга, забытый, затерянный среди сотен других "неопознанных предметов". Долгие уговоры, звонки, бумаги... И вот он держит его в руках. Дуб, почерневший от времени, скрепленный грубыми железными полосами. На крышке – оттиск: четкий восьмиконечный тамплиерский крест, а под ним – скрещенные меч и ключ. Сердце Ивана колотилось как молот.
Внутри, среди истлевшей ткани и слипшихся в комок пергаментов (на одном угадывались латинские буквы: "...sub signo Aquilonis..." – "под знаком Севера"), лежал он. Небольшой меч, скорее длинный кинжал. Клинок был удивительно тонким и легким, из какой-то темной, почти черной стали, не тронутой ржавчиной. На гарде – тот же восьмиконечный крест. На широком навершии рукояти была вырезана надпись на смеси старорусского и латыни: "Храни Путь. Блюди Тайну. Свет Севера Не Угаснет".
В тот вечер, когда Иван принес меч к себе в каморку при архиве, город погрузился в густой, мокрый туман. Он разглядывал клинок при свете настольной лампы, пытаясь понять металл, ощущая странное тепло, исходящее от него. Вдруг на клинке, как от дыхания, проступили тончайшие серебристые линии – карта? Созвездия? Знаки? Они светились тусклым внутренним светом и тут же погасли.
Иван вздрогнул. За окном, в тумане, замерли две темные фигуры. Не в современной одежде, а в чем-то длинном, темном, с капюшонами. Они просто стояли и смотрели на его окно. В их неподвижности было что-то древнее и неумолимое. Это не были музейные сторожа или случайные прохожие.
Он резко задернул занавеску, сердце бешено колотилось. "Храни Путь. Блюди Тайну". Легенда ожила. "Белый Орден" не исчез. Они наблюдали. Всегда. И теперь он, Иван Орлов, держа в руках меч последнего соловецкого хранителя, стал частью этой тайны. Частью Тайны Русских Тамплиеров.
Туман за окном сгущался. Тишина стояла звенящая. Иван погасил свет и прижался спиной к холодной стене, сжимая рукоять древнего клинка. Путь только начался, и он уже понимал: назад дороги нет. Где-то там, в бескрайних лесах и холодных морях Севера, ждала Тайна, охраняемая веками. И Хранители бодрствовали.