Последний взмах пера — и …
Было около четырёх часов вечера, как вдруг зазвонил телефон. Трубку взял Джейк и после коротких приветствий переключил его на громкую связь.
— Слушайте сюда, парни, — бодрый голос показался Павлу знакомым. — Вы там не закисли? Есть небольшое дельце для вас. Два часа назад полицейские подстрелили молодого чёрного парня-наркомана в Гарлеме на Сто Шестнадцатой стрит. Это недалеко от вас. Его увезли в больницу, и если он не выживет — а скорее всего, негритос не выживет, — хотя какая разница, прецедент уже есть, так что в любом случае ночью как пить дать будет большая заваруха. Их «Комитет чёрного меньшинства Нью-Йорка» намечает провести акцию протеста. Полиция уже на ушах — готовится. Мы не можем оставить это без внимания. Все журналисты заняты, и мне посылать кого-то другого проблематично. Короче, от вас я ожидаю две статьи о событиях на месте, потом я объединю их в одну на всю полосу. Гонорар пополам. За срочность получите неплохие бабки. Согласны?
— Да, сэр, сделаем, — ответил Джейк.
— Тогда завтра к семи утра с материалом жду у себя, быстро ознакомлюсь — и в набор. В издательстве все будут на местах. Так что, если сработаете как надо, часов в десять-одиннадцать выйдет свежий номер с вашей статьёй, желательно с фото и лучше в форме репортажа: ну там пару интервью с полисменами и пару — с их противниками, заправилами из «Комитета». А в общем смотрите сами, как получится. Успехов!
— Вот так, Майкл, нас ждёт ещё одна весёлая ночка. Едим спокойно, а то, как говорит моя мудрая Эмили, «Убежишь от еды — прибежишь к язве».
Они принялись за еду. Каждый думал о своём.
— Это как раз тот случай, о чём я тебе говорил, — прервал молчание Джейк. — А ещё я думаю, это твоя проверка.
— Мне тоже так кажется, — проговорил Павел.
— Ну что, больше энтузиазма! Как ты там говорил про грибы — чтобы попасть в корзину?..
— Назвался груздем…
— А, вспомнил: полезай в кузов. Твой случай!
Перед тем как выехать на место, им надо было определить, где с большей вероятностью могут произойти основные события, чтобы не метаться по всему Гарлему. Джейк предположил, что это место должно быть связано с задержанием афроамериканца, да к тому же оно должно быть просторным, так как мероприятие предполагалось довольно большое, а если так, то лучше всего подходило пересечение 115-й, 116-й и 117-й Западных улиц, а также Adam Clayton Powell Jr. Boulevard — бульвара Адама Клейтона Пауэлла-младшего. В том, что предположения его оправдались, сомневаться не пришлось, так как при подъезде к определённому Джейком пересечению этот район Гарлема со стороны Манхэттена был оцеплен полицейскими автомобилями. В ночи их мигающие проблесковые огни добавляли какого-то торжественного и тревожного ожидания. Витрины магазинов и других заведений, находящихся со всех сторон улиц, были закрыты металлическими жалюзи или фанерными щитами. За полицейскими машинами стояли пожарные с водомётами, готовыми к действию. Движение общественного и другого транспорта было перекрыто. Вместо этого посередине сооружалась трибуна, и со всех сторон пространство перед ней стали заполнять чернокожие американцы разных возрастов, мужчины и женщины, некоторые с детьми. Группа рослых парней в шлемах и в спортивных костюмах бейсбольных команд с битами имитировали игру с бейсбольным мячом. Со стороны трибуны доносились африканские ритмы с боем барабанов и африканским речитативом нараспев. А с другой стороны улицы раздавался африканский рок. Для полной картины тревоги не хватало воя сирен полицейских машин, Павел догадался, что их партия в этой какофонии ещё впереди.
При подходе их задержали полицейские, которые стали убеждать не заходить за полицейское оцепление, несмотря на предъявленные обоими приятелями журналистские удостоверения. На громкий спор они услышали по рации голос комиссара: «Что там происходит?» — и, услышав ответ, что двое журналистов хотят пройти через оцепление и что они из «Нью-Йорк таймс», командир распорядился пропустить их к нему. По пути Джейк нажал кнопку диктофона.
— Вы что, парни, приключений ищете на свои задницы? — поинтересовался тот.
— Да не особо, — ответил Джейк, — но у нас редакционное задание осветить этот бардак.
— О, мистер Кларк, сразу видно профессионала — выразились прямо в десятку. Самый настоящий бардак. Скоро эти чёрные вообще возьмут власть в свои руки. Ведь из-за чего весь сыр-бор? Из-за того, что они здесь, в Гарлеме, чувствуют себя хозяевами, рассуждают о нарушении их прав и демократии, а про закон стараются не вспоминать. Вы что, записываете на диктофон? — спросил он.
— Да, сэр, не возражаете? Мы ещё будем снимать.
— Валяйте, своё отношение я не скрываю. С лейтенантом, который стрелял в этого наркомана, не подчинившегося его законным требованиям, я служу семь лет. У него двое детей, и теперь благодаря тому, что они вытворяют, его посадят за превышение. А нам потом что делать прикажете? Не замечать наркоманов? Или афроамериканцы стали неприкасаемы? Вот, посмотрите на них — какого хрена мамы ведут сюда своих малых детей? Они что, не знают, что здесь будет через пару часов? А эти, в бейсболках, — боевики, будут провоцировать нас на ответные действия.
— И что же вы намерены делать? — спросил Павел. — Их становится гораздо больше вас.
— Ничего, справимся, не первый раз, — ответил комиссар, — если не поймут по-хорошему, зачинщиков пару десятков доставим по участкам, а остальных, если не образумятся, смоем по дворам вглубь Гарлема. Они наглые, когда в толпе, а когда их рассеешь, начинают визжать: «Не имеете права!»
— Комиссар, пока не началась заваруха, разрешите пройти к трибуне и задать пару вопросов их вожаку?
— Как хотите, но за вашу безопасность я не отвечаю. Если дам наряд в сопровождение, то это может послужить раздражителем, как красная тряпка для быка. Не хочу провоцировать. Пусть ваш редактор за вас несёт ответственность, если даёт такие задания. Только советую, как только, как вы сами говорите, заваруха начнётся, убирайтесь через четверть часа или час подобру-поздорову, можете попасть под горячую руку — разбираться нам будет некогда.
— О, пресса! — обрадовано воскликнул лидер движения за права и свободы афроамериканцев. — Ну что я могу сказать? Если односложно, то это полицейский беспредел. Каким бы ни было преступление, а убивать молодых несовершеннолетних мальчиков — это самое настоящее преступление. Снимайте и публикуйте всё, что увидите и услышите. Я хочу, чтобы резонанс был на всю Америку. Пусть все знают, что мы будем защищать и отстаивать свои права!
Итак, начало было положено: два интервью противостоящих сторон и фото подготовки к протесту. Далее всё пошло по сценарию, который предрёк комиссар, только к этому ещё добавились костры от «коктейлей Молотова», крики, вопли, нецензурная брань, вой сирен и сногсшибательные струи воды. Геройствовать приятели не стали, фотоматериала и впечатлений от картин мятежа было достаточно. В час ночи они уселись печатать тексты статей, попеременно уступая друг другу печатную машинку. А Павел ещё подготовил кассету с негативом. В половине седьмого подготовленный материал был передан Артуру Дэвису, который, не успев поблагодарить, умчался в свой кабинет заняться редактурой.
Продолжение следует.
Друзья, мне интересны ваши оценки и отзывы.