О трамвае
Я жду свой уже часа полтора, и мне холод роден стал, по-моему. Споткнулся по пути там что ли? Снова смотрю на табло, где минуты три назад до прибытия пятнадцать оставалось, а сейчас тридцать пять. То ли время не так идёт — по крайней мере, не так, как мне хочется — то ли я.
Сидя и сидя, смотрю на разогнанный снег от путей рельс. Уеду я, а они так и останутся ждать. Столько времени вместе провели, те ведь до дому добраться помогут, но так и останутся здесь для других — идолы. Или меркантильны они скрытно? Хотя, думаю, украдёт моё время эта стоянка или даст фору, зависит весьма от меня.
Я где вообще
Сейчас не на той самой, что меня так будоражит. На остановке Кипровской, вспоминая те моменты, так и хочется не отпуская её поехать вместе; поговорить о том, что дома ждёт и завтра будет. Не настолько мои чувства были сильны тогда, как сейчас, но вправду в тот момент я даже возрастал любовь в себе древом, не замечая. Стабильная повседневность в жёлтые листья и гололёд забавный.
Беспокой декабря. Не могу лезть в твои обстоятельства, но душой надеюсь, что хорошо у тебя там всё. Будь счастлива, пожалуйста! Всё кратче становилась мысль о том, что же мне делать, но и сдавшимся себя я не считаю. Так наплевательски мне отнестись к этим чувствам — противоморально. Нет цели забыть или начать ненавидеть за то, в чём плохого нет ничего, лишь бы «перенести это с большей лёгкостью» — здесь я скорее буду чаять и стараться думать боле спокойно что-ли. И это максимум сейчас. Но некоторое не в силах сдерживать, что уже понимаю: от себя ликвидировать любой намёк на романтику — всё-таки как плохое отношение к своим же чувствам, нежели вариант решения проблемы.
Досадно, что сейчас она со мной ощущается, как мышка, зажатой. Должен я быть для неё не помехой, только вот что она считает таким весомым во мне? Столько вариантов и все они кажутся противоречивыми.
Тебе плохо?
Ныне не зная ничего о том, что ты думаешь обо мне, что чувствуешь, до сих пор ли и как твои дела сейчас, я… хочу быть с тобой. Это глупо? Средь зимы и её начала холод ощущаю настоящий: в жизни такого холода не знал. Хотя и мучениями я это не признаю: мучала по-настоящему меня зубная боль в одну из ночей года так пятнадцатого, остальное просто стыдно воспринять схожим словом. Да и как такой, как я, вообще может подобное испытывать?
Тут будто зима началась только потому, что ты так захотела. Понимать бы, почему так: вдруг тебе тяжело и, видимо, до сих пор есть нерешённые проблемы — я готов помочь во всём, но знать… Но знать, как оно на самом деле, не могу. Грубость в этом не ощущаю, просто понимаю, что не дано сейчас. А когда же голос твой я вновь услышу рядом? Мне целые каникулы из всей наполненности ничего не дадут; остановка любая без тебя смысла будто не имеет — считаю я неполноценной. Дай Бог, у тебя всё будет хорошо.
Время не в счёт
Что ж, даже имея при себе часы, что уже приморожены ко мне, я перестал фиксировать своё ожидание вынужденное, ибо так легче проходит. Часы будто умоляют меня быть «вовремя». Дрожь от хлада плотского тельце начала беспокоить. Да где сейчас тепло? В Крыму? …А если бы Ялта была основана мною, клянусь, она бы называлась Ялтж. К слову, мне бы я просто посоветовал купить грелку. Ну или гречку. Подушку себе сделаю с неё и спячка мне будет.
Сейчастье
Он приехал. Следующая остановка — Снеградский тракт. По пути такое всё красивое: я будто обманываю своё тело, пересекая все эти пути не своими ногами. А главное — когда приятно мне, я вспоминаю человека, с которым мечтаю это разделить; ну опять… Яркие огни-звёздочки после всего того мрака, что был, кажутся ослепляющими моё желание сна. Всю ночь провёл бы я, катаясь на братике поезда? Даже не знаю.
Над изданием работали:
- Автор — Даниэль Рымбельский
- Главред — Даниэль Рымбельский
- Редактор — Евгений Перфильев