Москва под руководством Сергея Собянина уже больше десяти лет напоминает вечную стройку. Тротуары перекладываются, асфальт меняется, а бордюры обновляются с завидной регулярностью. Только за последние годы на эти работы ушли десятки миллиардов рублей из бюджета города. Почему же столичные власти так любят «закапывать» деньги в бордюры?
Разбираемся, кому это выгодно и что скрывается за бесконечным «благоустройством».
Миллиарды на бордюры: масштабы трат
С 2015 года Москва потратила на замену бордюров и тротуарной плитки колоссальные суммы. Например, в 2019 году столичные власти закупили бордюры на 2,3 млрд рублей, а в 2020 году, в разгар пандемии, мэрия заключила контракт на 3,2 млрд рублей на поставку бетонных бордюров. Всего за пять лет (2014–2019) на бордюрный камень ушло более 12,9 млрд рублей, а в 2017 году на гранитные тротуары и бордюры — 24 млрд рублей.
А в 2024 году на проведение работ по замене бордюров было потрачено, по некоторым подсчетам, более 2 млрд рублей.
Один метр гранитного бордюра обходится бюджету в среднем в 2–3 раза дороже рыночной стоимости, что вызывает вопросы о прозрачности закупок.
В 2019 году Москва закупила около (внимание!!!) 900 км гранитных бордюров — это почти расстояние от столицы до Волгограда. Протяженность всех дорог Москвы составляет 3,6 тыс. км, а МКАД — всего 108 км. Зачем городу такие объемы? Ответ прост: постоянная замена бордюров превратилась в стабильный источник дохода для определённых кругов.
Кому достаются контракты?
Ключевые контракты на поставку бордюров и плитки часто уходят одним и тем же компаниям. В 2019 году тендеры на 2,3 млрд рублей выиграли ООО «Башкирский камень» и ООО «ТД Спецпласт», которые неоднократно получали подряды от мэрии. В 2020 году контракт на 3,2 млрд рублей достался ООО «Бетонный завод №222», связанному с группой компаний «Крост» бизнесмена Алексея Добашина — доверенного лица Собянина на выборах 2018 года.
Эти компании, как правило, побеждают в тендерах без конкуренции: заявки от других участников либо отсутствуют, либо отклоняются. Например, в контракте на 3,2 млрд рублей в 2020 году других заявок просто не было. Это наводит на мысль о заранее распределённых подрядах.
Более того, расследования показывают, что цены на бордюры завышены: директор челябинской компании-поставщика отмечал, что был бы «счастлив» продавать бордюры по таким ценам, какие платит Москва.
Связь подрядчиков с окружением Собянина подтверждается и другими фактами. Например, компании, связанные с миллиардерами Андреем Бокаревым и Искандаром Махмудовым, а также с семьёй Ротенбергов, регулярно получают крупные контракты на благоустройство.
В 2017 году Федеральная антимонопольная служба выявила нарушения в закупках на 4 млрд рублей в рамках программы «Моя улица», но это не привело к серьёзным последствиям для организаторов.
Почему бордюры — идеальная схема?
Бордюры и плитка — идеальный объект для «освоения» бюджета. Во-первых, это расходный материал, который можно менять ежегодно под предлогом износа или «благоустройства». Во-вторых, работы по их замене сложно проверить на качество: обыватель не заметит, если бордюр переложили без необходимости. В-третьих, контракты на поставку и укладку бордюров легко дробятся на множество мелких тендеров, что усложняет общественный контроль.
Программа «Моя улица», запущенная в 2015 году, стала основным инструментом для таких трат.
За 2015–2018 годы на неё выделили 126,7 млрд рублей, значительная часть которых ушла на бордюры и плитку. В 2017 году Москва уложила 1,2 млн кв. м гранитных тротуаров и 674 км бордюров — больше, чем вся Россия добывает гранита за год.
Для этого даже пришлось закупать материалы в Китае и даже на стране "404".
Скандалы и общественный резонанс
Закупки бордюров вызвали волну критики, особенно в 2020 году, когда в разгар пандемии Собянин заявил, что финансовая помощь москвичам невозможна, так как «бюджеты треснут».
Однако это не помешало мэрии выделить 3,2 млрд рублей на бордюры буквально за неделю до этого заявления. Пользователи соцсетей и оппозиционные политики назвали это примером коррупции.
В 2019 году расследование указало на возможную причастность к схемам с благоустройством заммэра, чья семья якобы владеет недвижимостью на 6,5 млрд рублей.
Хотя прямых доказательств её участия в «бордюрных» контрактах нет, такие обвинения усиливают подозрения о системной коррупции в мэрии.
Почему это продолжается?
Схема с бордюрами работает, потому что она выгодна узкому кругу лиц: чиновникам, распределяющим контракты, и лояльным подрядчикам. Москва, обладая огромным бюджетом, позволяет «осваивать» миллиарды без серьёзного контроля.
Правоохранительные органы редко вмешиваются, а общественный резонанс не приводит к реальным изменениям.
Даже запрет Собянина на «неотложные» закупки в апреле 2020 года не остановил новые контракты на бордюры на 170 млн рублей.
Что вместо бордюров?
Критики указывают, что деньги, потраченные на бесконечную замену бордюров, могли бы пойти на более насущные нужды: расселение ветхого жилья, модернизацию больниц или поддержку жителей в кризис.
Например, 5,3 млрд рублей, выделенные на бордюры в 2019 году, эквивалентны годовому бюджету на содержание дорог всей Орловской области.
Заключение
«Бордюрная» эпопея Собянина — это не просто история о городском благоустройстве, а пример того, как бюджетные миллиарды могут оседать в карманах приближённых к власти.
Пока Москва утопает в граните, а бордюры меняются чуть ли не ежегодно, москвичи задаются вопросом: когда бюджет начнёт работать на них, а не на «своих»?
Разоблачение этой схемы требует не только общественного внимания, но и реальных действий.