Продолжение
Окончив девятый класс, я решила пойти по стопам своего отца – ювелира, и, вдохновленная его уверениями, что я безусловно талантлива, уехала, так сказать, «на большую землю» обучаться ювелирному делу. За почти четыре года пришлось хорошо помаяться. Проживание в общежитии было платным, да и жизнь в большом городе была не дешевой, поэтому приходилось учебу совмещать с работой, какую удавалось найти. Окончив обучение, причем с красным дипломом и самыми лучшими рекомендациями от преподавателей, я не сомневалась, что найти работу не составит труда, но ошиблась. Работодатели предъявляли целый список требований, которым, я, к сожалению, не соответствовала. Моего таланта, признанного педагогами и моим отцом, оказалось недостаточно. Максимум, что мне предлагали, это работа мастера по ремонту ювелирных изделий. Помыкавшись еще несколько месяцев, пришлось признать свое поражение и вернуться на родину - в маленький ненавистный мне тогда городок. Тогда еще были мысли, что поживу там чуток, подзаработаю и снова вернусь еще раз попытать свое счастье. Но как известно, там, наверху, твои планы совсем не интересны.
Вернувшись домой, я устроилась на вышеупомянутую местную ювелирную фабрику, где работал мой отец. Когда-то фабрика принадлежала государству, но на момент моего возвращения она уже перекочевала в руки какого-то бизнесмена, которого никто никогда не видел. В основном на фабрике изготавливали бижутерию, изделия из дерева, камня, керамики и глины. Часть изделий уходила заказчикам, а часть продавали здесь же в небольшом магазинчике на первом этаже. Украшения пользовались большим спросом у обитателей пансионата и всех приезжих, ведь изготовлены они были вручную, а это куда ценнее, чем то, что изготовили на конвейере. Но все эти безделушки ничего общего не имели с ювелирными украшениями, которые изготавливали здесь когда-то. Заказов на изделия из благородных металлов поступало очень мало, в основном от частных лиц.
На фабрику, конечно же, меня взяли, что называется, «с руками и ногами». Радовались, что наконец-то в коллективе «новая кровь» появилась. Отец тоже был рад, ему нравилось работать бок о бок со своей дочерью, делиться своим опытом. Он стал моим мастером и наставником. Так я и проработала там около года, пока фабрику не закрыли по причине ее нерентабельности. Больше желающих выкупить бизнес не нашлось, работники оказались на улице.
У меня наконец-то появился повод свинтить, но заболел папа. Видимо, закрытие фабрики его сильно подкосило. Обострились все болезни. Потом инсульт, после которого он очень долго восстанавливался, а через полгода папы не стало... Это было ударом для всех нас. Мама долго не могла поверить, что папы больше нет с нами. На нее было жалко смотреть. Я не могла оставить ее и младшую сестру и мне пришлось похоронить свои мечты о переезде в большой город вместе с отцом.
После похорон моя тетка позвала меня работать в музей ювелирного мастерства, который открыли еще во времена моего детства в усадьбе купца, построившего когда-то фабрику, дабы обеспечить местных жителей рабочими местами и продлить жизнь памятнику архитектуры. Его государство закрывать не спешило, потому что иначе содержать этот самый памятник пришлось бы за счет бюджета, а так, музей, продолжая «жить», худо-бедно обеспечивал себя сам. Выбора у меня, как понимаете, не было. Всяко лучше было водить толпы народа по залам и рассказывать всякие байки, нежели убирать за отдыхающими в пансионате. И, как оказалось, с выбором я не ошиблась: спустя пару месяцев именно в музее я познакомилась со своим сказочным принцем, а ныне усопшим мужем – французом по имени Мишель Перье.
Он был вдвое старше меня, сказочно богат, женат и весьма привлекателен: выше среднего роста, спортивного телосложения, темноволосый, с благородными чертами лица и изящными манерами. Помимо родного французского, в совершенстве владел тремя языками: русским, английским и арабским. Причем на русском языке он говорил на удивление чисто, без акцента. Он покорял своей образованностью и интеллигентностью. Казалось, что этот человек знает абсолютно все и обо всем, вести беседу с ним было весьма увлекательно. Увидев его, создавалось отчетливое впечатление, что такая личность может быть связана только с миром искусства, например, он - художник, поэт или писатель. Но в действительности, и увы, он оказался обыкновенным бандитом. Хотя искусство ему все-таки было не чуждо. Как потом я узнала, на черном рынке предметов искусства и антиквариата Мишель Перье был весьма известной персоной.
Еще одним его недостатком было чрезмерное увлечение женским полом. К сорока двум годам он успел обзавестись двумя бывшими женами и двумя детьми. Верность своей третьей жене он также не хранил, и на момент встречи со мной их брак, что называется, трещал по швам, так что развод много времени не занял.
После трехдневного знакомства я прибежала домой, сообщила маме, что выхожу замуж, собрала вещи и, пообещав обеспечить и ей и сестре безбедное существование, укатила в Париж. Избито, банально, но кто об этом не мечтает? Целый год после свадьбы мы путешествовали по свету. Это было самое незабываемое, в хорошем смысле этого слова, время за всю нашу совместную жизнь. Потом в «делах» моего мужа что-то пошло не так, и нам пришлось вернуться в Россию. Остальные пять лет до самого дня его смерти оказались чередой весьма незаурядных происшествий.
Вскоре после возвращения из затянувшегося свадебного путешествия до меня дошло, что мой благоверный далеко не добропорядочный гражданин, а его верзилы-охранники и бронированный автомобиль – это не дань его статусу, а необходимость, и его жизни угрожает опасность. О том, как он сколотил свое внушительное состояние, Мишель не распространялся. О его родителях мне также было ничего неизвестно. Интересоваться этим было категорически запрещено. И совать нос в его «дела» также было под запретом, да и решались они в его кабинете за закрытой дверью вместе с его так называемыми бизнес-партнерами, от бандитских физиономий которых бросало в дрожь. Не лишенная любопытства, первое время я неустанно следила за мужем, пыталась подслушивать, подглядывать, выспрашивать, за что впоследствии была «сослана» за границу под предлогом не дать мне скучать, пока он будет решать свои проблемы.
Продолжение следует...