Дверь в квартиру оказалась не заперта. Но Виктор точно помнил — закрывал. В душе поднялась волна раздражения, хорошо знакомая и столь же тяжело терпимая, как глухо ноющий больной зуб. Мужчина прикрыл глаза, глубоко вдохнул, потом выдохнул и наконец, решительно нажал на дверную ручку, входя домой…
— Алевтина, что вы здесь опять делаете?
Дипломатия была бессильно против двоюродной тетки, в этот сумеречный вечер будто вор рывшейся в ветхом шкафу. Впрочем, мужчине едва хватало моральных сил, чтобы не назвать ее как-нибудь покрепче. Пусть и мысленно.
— Мы, кажется, обо всем договорились и…
— Глядите-ка! Договоришься с ними!
Незваная родственница всплеснула руками и отскочила от разворошенного мебельного нутра, но от Виктора не укрылось, как в складках ее одежды скрылось что-то мелкое. Должно быть, поживилась чем-то из материной коллекции дрезденского фарфора. Уже присматривалась к нему раньше.
— … и вы согласились, что мы все разделим по-справедливости, по договоренности и согласно завещанию. Скажите, вот вам самой, как взрослой женщине, не стыдно приходить, когда хозяев нет дома и рыться по чужим вещам?
— По чужим?! По чужим вещам? Да ты как со мной разговариваешь, а? Может, еще ударишь, а? Ну, давай, бей! Старая я, некому за меня заступиться, — в голосе еще не пенсионного возраста еще женщины зазвучали плаксивые нотки. — Мать-покойница если бы видела… Как ты с родной кровью!
Где же ваша родная кровь была все последние десять лет, когда мать болела? Почему не пришли? Ладно, что помощь не предлагали. У всех свои жизни, а он — сын и это его естественный долг и обязанность. Но почему не было даже простых звонков, чтобы узнать, как там Арина, полегче? Почему не навестили ни разу?
Нет, Виктор не мог горько и зло отзываться обо всех родственниках. Были и те, кто не забывал. Троюродный дядя Семен каждый год организовывал для Арины эдакие загородные каникулы, радушно принимая ее и Виктора на своей даче в окружении соснового бора. А другие родственники, столь дальние, что и названия для них не помнил, Маргарита и Марат, они всегда готовы были помочь найти по лучшей цене очередные выписанные и к несчастью — практически не помогающие лекарства. Словом, не все окружение можно было обрисовать в серых тонах… Но вот со стороны Алевтины явно преобладали оттенки ближе к черному. Вот и теперь — объявились, налетели. Едва вернулись с похорон, так завели речь о наследстве, о том, что в квартире покойнице было много того, что стоит разделить по-родственному.
Виктор не был против. Он не всегда был согласен с матерью во взгляде на то, что как бы плохи ни были родственники, но все должны держаться вместе, однако, никогда в открытую и не противопоставлял себя этому. В разумных пределах, конечно.
Так, когда шесть лет назад карьера молодого архитектора неожиданно пошла в гору, да так, что взял в ипотеку студию в новостройке, он решительно отказал в материальной помощи кое-кому из родни, посоветовав ради ремонта и шикарной свадьбы больше работать либо последовать его примеру с кредитом.
Прошло всего три года и ипотеку удалось закрыть. Но новоселье справить не получилось. Болезнь матери прогрессировала и она практически перестала вставать с постели. Так что студия пустовала.
Не складывалось и с личной жизнью. Романы случались, но… отношения гасли, когда Виктор знакомил очередную подругу с матерью либо просто рассказывал о ее тяжелом состоянии и заверял, что ни в коем случае не будет сдавать родительницу никуда. Она его мать. Она осталась беспомощной и он обязан и просто хочет быть ей опорой на все дни.
К трагичному исходу Виктор давно был морально готов. Только это не уменьшило боли от потери матери. Лишь помогло не сойти с ума оставшись в тишине в пустой квартире. И помогло сделать все, как надо. Достойно проводить в последний путь. Но о том, как жить и быть дальше, похоже, никто не собирался давать ему времени подумать…
— Вам лучше уйти, — тихо, но твердо сказал Виктор.
Он давно усвоил это нехитрое правило — не давай оппонентам почувствовать, что они задели тебя и это станет сильнейшей защитой.
Тетка открыла рот, явно собираюсь ужалить еще чем-нибудь, но встретившись взглядом с Виктором передумала.
— И отдайте ключи. Взяли запасные в коридоре, верно? Так вот, если в этой квартире и есть то, что нужно отдать вам, я это обязательно выясню и так и поступлю. Но вы сюда приходить в мое отсутствие больше не будете. И кстати… Это для вашей же безопасности, — добавил с нервной усмешкой, когда тетка, ворча себе под нос проклятья, швырнула ключи к его ногам. — Вы же знаете, у меня собака. Пират прошел курс дрессировки, но от чужих дом защищать умеет, так что…
— Гад! — выплюнула тетка у порога. — Развел тут зоопарк! Твоего волкодава надо…
— Уходите, — склонив голову и засунув руки в карманы пальто, Виктора надвигался на родственницу и невозможно было не ощущать, что он сейчас на самом краю самообладания.
Когда за ней захлопнулась дверь, Виктор закрыл ее на все замки, разулся, снял пальто и прошел в ванную. Плеснул в лицо холодной водой и замер, опираясь руками о бортики раковины.
Из зеркала на него смотрел тридцатипятилетний мужчина. Светлые волосы взлохмачены и давно не стрижены, в серых глазах последние горькие дни отметились алыми штрихами сосудов. Эти же дни мрачным скульптором подчеркнули остроту скул и будто сделали еще заметнее легкую горбинку на носу.
Нужно было бы побриться, но казалось, на простую повседневную рутину не осталось сил.
Не зажигая свет, прошел на кухню, где заварил себе кружку кофе покрепче и наскоро сложил бутерброды. В сгущающихся сумерках можно было вообразить, что все идет как прежде… Что он просто вернулся домой с работы поздно, как то часто бывало и можно будет скоро привычно разбудить маму и узнать, что ей приготовить или разогреть к ужину. Потом, конечно же, выгулять на ночь Пирата и еще побыть с мамой, составив ей компанию за просмотром какого-нибудь шоу или сериала…
Но реальность давила свинцовыми тисками. Невозможно было отвернуться от происходящего и того, что еще предстояло сделать. Поэтому, выпив второй кофе и укорив себя за это, Виктор прошел в комнату матери, включил свет и принялся разбирать комод.
Личные вещи в одну сторону, те, на которые могут, возможно, претендовать родственники — в другую. Но дорогую маминому сердцу шкатулку из кедра, с резной крышкой, на которой в танце кружилась пара медведей, они не получат! Виктор решил, что ее оставит точно себе на память. Мать хранила здесь безделицы — бусы, счастливый трамвайный билетик и прочее…
Виктор грустно улыбнулся. А ведь когда-то не было для него приключения большего, чем сесть к маме на колени и вместе с ней перебирать все это, слушая истории, а то и сказки, которые родительница сочиняла о каждой вещице.
Мужчина осторожно открыл шкатулку. И увидел странную бумагу. Вообще, мама тут не хранила ни писем, ничего подобного… Впрочем, именно письмо тут и обнаружилось. А еще — завещание. На конверте было выведено крупно: «Виктор, сыночек, это тебе!».
— Что это?
Спросил у самого себя и опустился в плюшевое потертое кресло, вертя в руках конверт и почему-то страшно не желая его открывать. Ему казалось, что у них с мамой не было секретов. Значит, это прощальное письмо? Покачав головой, Виктор решительно вытащил несколько тетрадных листков… и углубился в чтение.
Оказалось, секреты у мамы все-таки были. И главный заключался в том, что Виктор всю жизнь думал, что его отец мертв — погиб, разбился в аварии. Но оказалось, что он жив!
Просто мама, как она сама призналась, не хотела разговорами о нем ломать жизнь сыну… Ведь будет тогда задаваться вопросами. А вырастет, так захочет еще искать, чего точно делать не надо! Семьи давно нет. Да и не было никогда.
Но однажды наступает время, когда молчать больше нельзя. И вот в письме-записке Арина изложила свою последнюю волю…
Мама попросила прощения за то, что скрывала правду, но также объяснила, что не могла поступить иначе… По туманным намекам выходило, что некие события вынудили ее однажды расстаться с отцом Виктора и запретить ему навещать сына и как-то общаться с ним.
Правда, она согласилась принимать переводимые для воспитания мальчика регулярные суммы и даже, пока ребенок был совсем мал, кое-какие подарки.
Теперь же, после того, как ее не стало, пришла пора Виктору самому решать. И мать сообщила, что она хочет, чтобы Виктор отправился к отцу и познакомился к ним. Тем более, что это напрямую связано с получением наследства.
— Бред какой-то, — вздохнул Виктор, потянувшись за завещанием. Оно было составлено по всем правилам у нотариуса. В нем излагалась воля Арины о том, что квартира, в которой проживали они с сыном, уходит ему. И кроме того, ему же уходит и обширный земельный участок где-то в южной области…
Виктор не совсем понимал, о чем идет речь, но похоже, это был очень большой участок. Но как он оказался у мамы и почему она никогда не говорила о нем? Хотя, она сама уточнила, что все это как-то связано с отцом.
— Бред какой-то.
Повторился Виктор и решительно убрал бумаги обратно в шкатулку, ее — в ящик комода и последний прикрыл так резко, будто опасался быть укушенным в ответ.
Можно было сидеть хоть всю ночь и гадать о том, что все это значит и думать о том, что теперь делать, но в этом не было никакого смысла.
Пройдя в свою комнату, Виктор лег в постель и хотя ему казалось, что заснуть не удастся, он погрузился в сон без сновидений практически сразу же, как голова коснулась подушки.
Проснулся Виктор необычно для себя поздно — в десять утра. Вместо завтрака перекусил йогуртом. Решительно отклонил несколько входящих звонков от Алевтины — эта навряд ли хочет извиниться, а вот с утра высосать побольше нервов, так это наверняка.
В непростых жизненных ситуациях Виктора не раз выручало правило — действуй быстро, но не глупо и со всем разбирайся по ходу дела.
Именно поэтому он договорился о встрече с лучшим другом и меньше, чем через час от пробуждения уже сидел напротив него за столиком кофейни.
— Хм, — Андрей задумчиво постучал пальцем по подбородку. — Очень странно. Что думаешь делать?
— Вот это я как раз хотел спросить у тебя, — пожал плечами Виктор. — Можешь узнать, что это вообще за земли?
— В принципе, разобраться реально. Но потребуется немного времени.
Будучи юристом не только по профессии, но и по тому самому призванию, о котором можно говорить поэтично, Андрей умел найти выход из любых обстоятельств и когда у друга началась темная полоса, естественно, не остался в стороне.
— Этого у меня навалом.
— Ты вообще как?
— Нормально.
— Значит, паршиво.
— Не хочу никуда ехать.
— И?
— Но поеду. И знаешь, можно не узнавать ничего. Сам разберусь. Шеф сказал, что отпуск продлится столько, сколько нужно. Тем более, наш проект встал и я могу быть на связи онлайн.
— Значит, Пират гостит у меня?
— Нет. Думаю, родственная душа мне не помешает.
Андрей подвез к себе домой, где временно был оставлен Пират. Эта кличка удивительно подходила коренастому стаффордширскому терьеру — на его большею частью белой морде было пятно вокруг глаза, напоминавшее повязку морского разбойника.
Виктор решил оставить пса на постое у лучшего друга потому, что не хотел нервировать своенравное животное постоянными визитами в квартиру родственников и знакомых. Одни заходили искренне выразить сочувствие, но при том, что могли быть и навязчивые особы во главе с Алевтиной, Виктор серьезно опасался за нервное здоровье собаки. Не хотелось бы конфликтов, в которых Пират, ведя себя естественным образом для защиты хозяина, мог бы кого-то цапнуть. Он вообще не любил гостей. Считал своим псовым долгом каждого сопровождать по пятам и регулярно с большим подозрением обнюхивать.
— Ну что, парень, собираемся?
Уложить личные вещи было делом пяти минут. А вот багаж Пирата едва ли не превзошел хозяйский. Ведь нужно было захватить теплый коврик, любимые игрушки, утепленную курточку, миски и запас диетического корма для собак-аллергиков.
От сборов отвлек звонок в дверь.
— Сидеть, тихо.
Оставив пса в комнате и для верности прикрыв дверь, Виктор пошел открывать. На пороге обнаружился сын Алевтины — девятнадцатилетний Макс.
— Здорово.
Парень шаркнул ногой, вытирая ее о коврик. Виктор прищурился. Макс вел себя неестественно. Не был дерзким и наглым. А значит, опять влип в неприятности.
Вообще, против этого великовозрастного оболтуса Виктор ничего не имел, в конце-концов, чудо, что он еще в своем уме остался, живя в таком окружении! И в целом Макс не был пропащей душой… Даже шел на золотую медаль в школе. Но потом… возможно, это был затянувшийся подростковый протест, но парень пустился во все тяжкие.
— Проходи, — кивнул Виктор.
Макс приглашение принял. Долго и неловко разувался, дав рассмотреть едва заживший шрам на голове, полученный в очередной драке. Которая, естественно, была случайностью!
— Что у тебя стряслось? Денег не дам.
Гость хмыкнул, пожевал губами и долго, сосредоточенно почесал в затылке.
— Такое дело… Понимаешь, верное дело! Займи, а? Я отдам! С процентами!
— Боюсь, что километровая очередь твоих кредиторов меня не пропустит.
— Да ладно тебе! Разберемся, выплывем, а? — парень качнулся и стукнулся о косяк.
Виктор поморщился. Картина была знакомая, болезненно-мерзкая и стоило уже признать очевидное — безнадежная на девяносто-девять процентов.
В дальней комнате заскреб по двери когтями скучающий пес.
— О! И зверюга дома! — расплылся в улыбке Макс и плюхнулся прямо на пол.
— Снова энергетики?
Это было уже привычно — склониться, подставить плечо и довести родственника до кухни. Домашних блюд в холодильнике не осталось — Виктор сам последние дни грешил перекусами на ходу. Но нашлись сыр, колбаса, масло и хлеб. Пачка печенья и салат из кулинарии. Все было выставлено на стол. Вместе с горячим крепким чаем.
— Ешь. Потом отоспись. Как полегчает — возвращайся домой.
— Мать ругаться будет…
— Я знаю.
— И бить…
— Рекомендую снять квартиру и зажить как взрослый мужик. Могу дать денег на первые пару месяцев и помочь устроиться на работу.
— Чо я, лох какой, на дядю ишачить? — буркнул парень, принимаясь за еду. Но потом опомнился и глянул виновато. — Извини.
— Ничего. Я привык. Знаешь, твое желание стать миллионером похвально. Только и они, если не выходят из рода Рокфеллеров и им подобных, частенько начинают с низов. Торгуют на рынке, ловят рыбу…
Родственник не отвечал, размеренно жуя.
— Макс, я тебе морали читать не хочу. Во-первых, потому что это бесполезно. Во-вторых, потому что это опять же бесполезно. Но если ты все-таки надумаешь попробовать... В общем, я могу тебя поддержать. Но с одним условием — ты бросаешь свои компании. С кредиторами разберемся потихоньку и грамотно. А дальше… Ты парень молодой, толковый и все у тебя может быть еще хорошо!
Родственник гостевать не остался, ушел, сославшись на неотложные дела, но Виктор знал, что отправился по знакомым, в надежде у них выпросить инвестиции.
День прошел буднично, насколько это определение было вообще применимо к текущей действительности. К вечеру удалось раздобыть билеты на завтрашний поезд и оказалось, что на одного пассажира с псом требуется выкупить целое купе.
— Поедем приватно и со всем комфортом, верно, дружище? Верхние и нижние полки все наши, — почесал Виктор животное за ухом.
Казалось, что времени предостаточно, но на вокзал прибыли с опозданием. Сначала водитель такси, хотя Виктор честно уведомил оператора о том, что едет с собакой, отказался пускать их в салон:
— Я думал, у вас какая-нибудь обычная собака, а не это, — кивнул на Пирата, который прямо сейчас вел себя как хороший мальчик, увлеченно тыкаясь носом в клумбу у подъезда. — Извините, но не повезу! — развел руками. — Про бойцовских знаете, что пишут?
Виктор закатил глаза и отпустил водителя с миром. Когда заказывал такси повторно, уточнил не только породу Пирата, но и на всякий случай добавил, что пес будет одет в намордник.
К счастью, при посадке в поезд обошлось без происшествий — на пса проверили ветеринарный паспорт, у его хозяина спросили билет, паспорт обыкновенный и к моменту, как пейзаж за окном поплыл, оба путешественника успели с комфортом устроились.
— Знаешь, я в поездах сто лет не ездил!
— Вуф? — отозвался пес, лакомясь косточкой-конфеткой.
— Вот именно! Когда же это было в последний раз? А, да… Когда с мамой ездили в гости к Алевтине в деревню в первый и последний раз.
Коротали время просто — пес спал, жевал свои игрушки, а хозяин то смотрел в окно, то читал детектив, то погружался в детали замороженного проекта. Ведь стоило, разумно было верить в то, что он все-таки будет однажды реализован, а значит, нужно заблаговременно вникать в детали.
Включенное в стоимость билета питание оказалось сносным и даже вкусным. Решив что в следующую поездку, скажем, на обратном пути обязательно захватит на дорожку курицу-гриль и вареных яиц, Виктор накрылся одеялом и снова легко и глубоко нырнул в сон.
Долгие часы в дороге пролетели почти незаметно и даже приятно, но все равно было безмерно приятно ощутить под ногами твердую землю. Пират стоял рядом, жался к хозяйской ноге и принюхивался к незнакомому воздуху.
— Морем пахнет, чуешь?
В этой широте весна, кажется, давно сменилась летом, так что Виктор скинул ветровку. Проверил, надежно ли застегнуты намордник с поводком и решил отказаться от такси в пользу пешей прогулки. Гостиницу, естественно, забронировал заранее и пришлось еще поискать ту, в которую пускали с животными. Селить питомца в специальный отель или искать частную передержку Виктор не хотел — доверить незнакомцам лучшего друга казалось немыслимым.
Отель явно относился к категории три звезды, но в целом оказался на удивление чистым и уютным. Из небольшого номера открывался вид на ту часть города, где до сих пор громоздились ступенями, спускаясь к берегу, малоэтажные частные домишки в окружении зеленых двориков. А еще отсюда было видно само море. Оно искрилось вдоль горизонта лазурной лентой, заставляя на время забыть обо всех тревогах и просто отдаться настоящему моменту.
На следующее утро Виктор без будильника пробудился ровно в семь утра. Чувствовал он себя неважно — тело ломило с дороги, голова болела без пропущенной утренней порции кофе. Но бодрящее питье и горячий душ, чтобы расслабиться, могли подождать — Пират деликатно жался к двери, намекая хозяину, что его потребности неотложны в самом деле.
— Гулять?
Пес завилял хвостом и едва оказавшись на улице, снова принялся шумно и глубоко дышать. Сам владелец тоже не отставал — по чистоте воздуха и отсутствию шумов было ясно, что это город, где жизнь течет вне современного гулкого и душного ритма, так часто задаваемого повседневностью мегаполисов.
Понимая, что общественные пляжи не предназначены для собак, пусть даже очень воспитанных, Виктор решил углубиться влево, туда, где начиналась «дикая» территория приморского отдыха.
Неторопливо они дошли до бухточки, обрамленной островерхими скалами и здесь наконец-то Виктор решился отстегнуть поводок. Небо расчерчивали береговые ласточки. В воздух полетел круг фрисби.
— Лови!
Это могла бы быть замечательная прогулка, но сделав пару кругов, Пират вдруг заторопился вглубь берега. Возвышение местности вокруг бухты поднималось практически отвесной стеной, будто великан слепил наспех преграду из камня и песка.
— Пират! Ко мне! Эй, ты с каких пор не слушаешься?
Но через мгновение причина странного поведения пса открылась и подала голос.
— Дяденька! Спасите!
На высоте, должно быть, метров пять, на выступе под стать горной козе, но никак не человеку, будь он хоть трижды покоритель Килиманджаро, стоял мальчик. Паренек лет восьми на вид неверяще смотрел на появившегося под ним незнакомца.
— Не двигайся! Как ты туда… Так, малец, не реви! И не шевелись. Все будет хорошо, да? Сейчас я тебе помогу!
На последней фразе из-под ноги шелохнувшегося ребенка вниз упал камушек. Виктор понял, что вызывать спасателей и ждать их — слишком долго. Наверх как будто можно было подняться не только ребенку, но и взрослому. Если только поверить в то, что тот хрупкий выступ, больше напоминавший крошащееся печенье, чем надежную опору, способен выдержать вес чего-то крупнее чайки.
— Как тебя зовут?
— Никита-а-а… — мальчик захлюпал носом.
— А меня Виктором! Мы тут с Пиратом, — махнул рукой на пса, который застыв, тоже смотрел вверх. — Гуляли и вдруг тебя нашли! Здорово, правда? Не шевелись!
Виктор осторожно начал подниматься наверх. Не смотря вниз. Мысленно отвесив себе пару подзатыльников за то, что не записался за компанию с Андреем в скалодром. Но кто же знал, что однажды такие вроде бы бесполезные навыки, так пригодились бы!
— Пират, место.
Собака послушалась и села. Неуверенно вильнула хвостом.
— Ты как туда попал?
Виктор ничего не знал о спасении застрявших на горах и других высоких местах, не считая того, что показывали в голливудских фильмах. Но вряд ли там показывали что-то подходящее этому случаю! Просто ему казалось, что сейчас очень важно отвлечь ребенка, чтобы он не сорвался в истерику.
— За ласточкой…
— Что? Зачем тебе ласточка?
— Не ласточка, ее гнездо.
— Это все меняет. Так, держись там, не шевелись. Нет! Вниз не смотри! Я иду…
До мальчишки оставалась пара шагов, когда он не послушался — глянул вниз. Вскрикнул, пошатнулся…
— Нет!
Один рывок, на который мир замер и едва не перевернулся небом вниз. Один рывок, в мгновения которого казалось, что все кончено. Виктор буквально ухватил мальчишку за шиворот матросского костюмчика, потом удобнее перехватил под локоть и совершив немыслимый акробатический трюк, умудрился поставить его перед собой так, чтобы можно было начать спускаться.
— Тихонько, тихонько… Уже почти все, да? Ты герой! И я герой… Но ты все-таки больше. Вниз не смотри!
Наконец, спустились вниз. И должно быть от того, что наконец-то оказался в безопасности, мальчик разревелся. От души, растирая слезы ладошками по раскрасневшейся мордочке. Потом и вовсе плюхнулся на песок и заревел пуще прежнего.
Виктор абсолютно не представлял, как вести себя с плачущими детьми. И вообще с детьми.
А вот Пират был по натуре дружелюбен ко всему миру, включая маленьких грустных мальчиков. Толкнул лобастой головой в плечо, проскулил, на своем собачьем языке выражая сочувствие и принялся лизать горячим языком, утирая слезы.
И этого хватило, чтобы через несколько минут мальчик уже заливался громким смехом, то ли отбиваясь от наскакивающей на него в бурлящем позитиве собаки, то ли порываясь потискать ее в ответ. Виктор решил, что теперь, пожалуй, можно и поговорить.
— Ну, что делать будем, Никита? Пойдем искать твоих маму с папой?
— У меня только мама есть. Я сам ее найду.
Поднявшись, мальчик с самым серьезным видом отряхнул шортики от песка.
— Э, нет, парень! Так дело не пойдет. Отпущу я тебя, а ты снова куда-нибудь заберешься! Так что идем к твоей маме… а еще лучше — ей позвоним. Ты знаешь свой номер телефона?
Никита отрицательно покачал головой.
— Ну, тогда пойдем.
— Я с незнакомцами не хожу никуда.
— Вот это да! Даже с теми, которые тебя спасают?
Мальчик ненадолго задумался. Внимательно и даже подозрительно глянул на Виктора.
— Мама про это не говорила.
— Вот и чудно. Так, куда идти? И объясни, зачем тебе понадобилось ласточкино гнездо?
— На суп.
— Хм, это, знаешь ли, очень странный суп получается.
— Он лечит.
— Лечит? А кого нужно лечить? Маму или тебя?
— Дедушку.
— Хм…
Диалог прерывал вновь насторожившийся пес. Только теперь уши его встали торчком, а хвост вытянулся в струну.
— Никита! Сыно-о-ок!
Женский голос, отразившийся в пространстве бухты гулким эхом, ворвался вперед своей обладательницы.
— Мама!
Никита вырвал ручонку из руки Виктора и понесся по пляжу навстречу незнакомке.
Минувшие события были тревожными, Виктор был не на курортном отдыхе, где сама атмосфера велит проникнуться романтическими настроениями. Но здесь и сейчас это с ним просто случилось…
Он смотрел и видел ее. Высокая, стройная и гибкая, как тростинка. Васильковое платье облепило длинные ноги, длинная юбка от бега развевается вихрем, русые кудрявые волосы непокорной гривой струятся до пояса. Она была просто красива. Легкая и такая понятная. Чудилось, будто она просто вышла из морского свежего бриза, пронзенного солнечными лучами.
Но миражи, даже самые чарующие, на то и миражи — чтобы рассеиваться и возвращать в реальность, безжалостно отбирая то, что обещали.
Виктор чувствовал себя дураком, потому что впал в этот странный, явно неуместный ступор и пропустил первые несколько фраз, которыми обменялись мама с сыном.
— Он правда тебя спас?
Никита явно успел поведать маме о том, что с ним приключилось. А мама оказалась тут не просто так, а потому что кто-то выдал ей планы сына добыть ласточкино гнездо и даже уточнил, где искать юного авантюриста. Этот смысл Виктор уловил.
— Спасибо, — крепко держа мальчика за руку, девушка улыбнулась Виктору. — Вы спасли моего сына. Не знаю, как вас и благодарить!
— Для начала научитесь смотреть за ребенком.
Если бы Виктора спросили, что нужно сказать в подобной ситуации, он бы точно исключил эту фразу. Но слово, как известно, не воробей… Зелено-синие, как морская волна, глаза незнакомки опасно сузились.
— А почему вы решили, что я не смотрю?
— Потому что я его нашел и снял с песчаной стены.
— Он просто убежал из дома!
— У вас двери нараспашку?
— Не ваше дело! И собаку уберите!
Пожав плечами, Виктор пристегнул поводок к ошейнику.
— Благодарность принята. Желаю вашему семейству всего наилучшего!
— Я могу извиниться, — девушка вздохнула, приложила ладонь ко лбу. — Мы оба погорячились, не находите?
— Мне не стоило лезть… У меня самого даже нет детей.
— Вы не должны передо мной объясняться. Вы же только что спасли моего сына!
— Думаю, это было… неожиданно, но правда, хватит меня благодарить! Я просто гулял с собакой и Пират вдруг заметил вашего сына наверху…
— Значит, перед тобой тоже нужно извиниться? Он у вас не кусается?
Присев перед собакой, девушка осторожно погладила Пирата по голове, затем почесала шейку и за ухом.
— Спасибо!
Она поднялась и теперь они с Виктором стояли совсем близко.
— Просто будьте осторожны.
— Обязательно! Подождите, вы уходите?
— Ну, просто мы уже нагулялись. И у нас дела.
— Но мы же не можем вот так просто расстаться…
— Можем, — не особо решительно возразил Виктор и очень на себя разозлился. Ему не нравилось то, какие эта девушка будила в нем чувства. Потому что однажды за слабость пришлось заплатить и слишком дорого. Неважно, какие обстоятельства привели к этой встрече, но нужно просто убедить себя, что перед ним не самая прекрасная девушка на свете, а просто человек, мать другого человека, которому он волею случая помог.
— Хорошего дня. Никита, слушайся маму!
Шаг, второй и далее… Мужчина и пес уходили с пляжа и никто не пытался их остановить.
— Странный какой-то, — пробормотала девушка, смотря на удаляющиеся фигурки.
Она даже не успела спросить, как зовут спасителя ее единственного ребенка! И вообще повела себя невоспитанно и грубо. Это, конечно, можно было списать на стресс… Но сейчас она почему-то просто позволила ему уйти. Хотя… разве были иные варианты? Если бы даже они поговорили больше и дольше, обменялись телефонами… К чему все это? Они просто незнакомцы, однажды сведенные случаем. Но у нее — своя жизнь. К которой она давно привыкла и за которую благодарна судьбе. И еще стоит благодарить небеса, что сегодня все обошлось. А прошлые ошибки больше никогда не должны повториться.
Виктор понимал, что невозможно долго откладывать то, за чем он приехал. Конечно, теоретически, можно было бы еще отменить планы. Но это было немыслимо! Размышляя об этом, Виктор чувствовал себя предателем. Ведь мама, пусть и хранившая свою тайну долгие годы, все-таки решила, что он должен узнать всю правду. Мужчина не думал о том, что эти унаследованные им земли могут представлять большую ценность. Точнее, он знал об этом — Андрей, пока Виктор ехал в поездке, позвонил и сообщил, что стоимость новоприобретенных владений исчисляется миллионами. Но Виктора это не радовало. Он не планировал забирать это себе. Не потому, что сам был сказочно богат. До этого было космически далеко! Но просто он не представлял, что вправе распоряжаться тем, что по запутанным и неясным намекам матери каким-то образом принадлежал его отцу.
Оказывается, мать периодически наводила справки об этом мужчине. То письмо она написала меньше месяца назад… И в то время отец Виктора был точно жив, был матерью указан и его адрес.
Ну почему все так мучительно запутано?! Он ведь никогда не знал его. И что теперь? Виктор заготовил несколько речей, с которых можно… начать знакомство. Меньше всего ему хотелось, чтобы неизвестный отец подумал, что сынок явился за наследством! И кроме того… Он не представлял, как вообще сообщать этому человеку, своему отцу то, что его возлюбленной, пусть и бывшей, больше нет на свете. Но медлить действительно не стоило — потому что каждый миг откладывания только усложнял задачу.
Пирата Виктор доверил фирме «Нос и хвост», жившей тем, что предлагала выгул собак всех пород, а также курсы их дрессировки. Виктор изучил не только сайт компании, но и отзывы о ней, остался доволен и в ранним утром передал Пирата на руки профессиональным любителям собак, пообещав забрать ближе к вечеру.
Шагая по улочкам городка к дому отца, который располагался на самой его окраине, он еще раз обдумывал все, что смог узнать об этом человеке. Похоже, отец его, которого звали Георгий Серебров, был большим человеком в местном бизнесе 90-х годов. В ту лихую эпоху ему удалось сколотить кое-какое состояние и даже сберечь его — вложив в землю.
Дом не был виден с улицы за высоком забором. Похоже, незваных гостей тут не любили и не ждали. Нажав кнопку домофона, Виктор впервые задумался о том, что дело в принципе может обернуться таким образом, что его просто не пустят на порог. Конечно, мать в своем письме уверяла что обязательно нужно ехать… Но что будет в действительности?
Наконец, с той стороны раздался голос. Виктор ожидал, что это будет охранник, но ему ответил приятный женский голос, показавшийся странно знакомым. Стараясь держать тон уверенным, он назвал себя и сказал, что у него личное дело к хозяину дома.
— Хозяин не принимает, — ответили и завершили сеанс связи.
— Подождите!
Не успел, набрал повторно.
— Вы не понимаете? Мне охрану вызвать?
— Нет, извините! Мне правда, очень нужно увидеть Георгия Ильича. Вы можете передать ему… В общем, просто скажите, что пришел его сын! Если он откажется, то я уйду и больше, клянусь, не вернусь!
Получилось приторно-пафосно, но Виктор этому даже не смутился. В конце-концов, имеет право человек понервничать и повести себя глупо по той причине, что впервые может встретить отца, которого всю жизнь считал погибшим?
С той стороны домофона воцарилось долгое молчание. Знак отказа? Может его приняли за сумасшедшего и не хотят больше разговаривать?
Но вот зашуршал механизм, открывающий ворота. Теперь осталось только сделать шаг… не один, конечно! Но Виктор знал, что если переступит порог этого дома, то прежней жизни у него уже никогда не будет.
Конец первой части.....
Вторая часть: https://dzen.ru/a/ZG9KAl2CXmkhV1a0?share_to=link
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить продолжение!!!