-Ладно, посмотрим, - кивнул Волибор и, обернувшись к приехавшим, зычно крикнул, -обедаем и приступаем.
Мужики, гомоня, засуетились. Кто-то раскинул холстину. На неё тут же стали выкладывать хлеб, куски варёной рыбы, какие-то зелёные листья и неизвестные Виктору плоды. Не дожидаясь приглашения, к столу стали подсаживаться приехавшие. Виктор тоже не стал дожидаться приглашения, сел с краю. Беря пример с других, стал есть. После трапезы, Волибор распределил всех по работам. Виктору досталось с вихрастым Богомилом собирать сухое сено на волокуши и стаскивать к шалашам. Начали они с ближних рядков, чтобы побыстрее отправить первую партию в селение. Богомил знал дело, и работа у них закипела. Вот уже заполнены все подводы, и Волибор отправляет Виктора с двумя парнями их сопровождать. Выстраивается караван, и в путь. Виктор с худым, жилистым Богуславом ехали на первой телеге, третий, Витигост - на последней, следить, чтобы никто из лошадей не отвязался ненароком, и не увёз воз в сторону. Устав, ехали молча, дремали. Дорога была одна, и лошади её знали. Виктор поначалу крутил головой, пытаясь что-то высмотреть в зелени окружающего леса, но потом перестал. Лес он и в древности лес. В селение они приехали, когда солнце уже сидело на верхушках деревьев заречного леса. Разгрузились быстро, и Богомил, посмотрев на небо, заторопился. – Поехали обратно, чего рассиживаться, на ходу поедим. - По пути он забежал домой и взял узелок с едой. Теперь все ехали на первой телеге. Богомил развернул узелок и ребята, сидя жевали хлеб, сыр и варёную репу. Запивали всё квасом из кувшина. В лагерь вернулись уже при звёздах. Волибор похвалил, что вернулись и велел отвести лошадей на пастбище. Управившись с лошадьми, умылись в роднике и завалились в шалаш на сено спать. Виктор заснул сразу.
С сеном провозились почти неделю, радуясь погоде. Увезли всё. Следующую неделю Виктор помогал возить руду Дуболому. Погребом заниматься было и некогда. В конце недели он заикнулся кузнецу, что хочет перекрыть погреб, но не знает чем. Кузнец, почесав в затылке, отдал свои сухие брёвна, из которых собирался делать клеть для готового инвентаря. Он же и помог Виктору правильно сделать накат и уклон, чтобы не заливала погреб вода. А вот, как открывается крышка, Виктору не понравилось. По его чертежу Дуболом выковал петли для неё и очень удивился простоте решения. Погреб был готов. И по совету, и подсказке Дуболома, распустив несколько брёвен на доски, Виктор соорудил в нём полки и лавки.
-Погреб, паря, у нас не только для хранения чего-то, но и схрон для женщин и детей на случай нападения разбойников, - объяснял Виктору кузнец. – И то, что яму ты сделал большую, это хорошо. Пригодится.
Для маскировки поверх погреба, Виктор, по совету кузнеца поставил клеть для коз. Старую, всё равно, пора было ремонтировать. Так, в делах он не заметил, как подобралась зима. Сначала стали короче дни, потом холоднее ночи. А потом, вдруг, утром, он, выйдя во двор, не узнал его. Кругом лежал снег. С приходом зимы пришли и другие дела. Надо было заготавливать лес, как на дрова, так и на разное строительство. Рук, как обычно не хватало. Самые умелые ушли на промысел зверя. Виктор был на заготовке леса. Работа производилась, в основном, топором, пил ещё не изобрели. Виктор попытался растолковать кузнецу, как изготовить пилу. И тот попробовал это. Но качество железа всю работу свело на нет. Горислава, как и обещала, сшила Виктору к зиме новый овчинный полушубок, шапку и штаны. Гривень принёс сам валенки. Рукавицы подарили Вира с Любашей. Похвастались, что сами расшили их узором. Так что, морозы были ему теперь нипочём. Горислава радовалась постояльцу. Виктор, опять же, с помощью кузнеца, поменял нижние, подгнившие венцы у бани, поставил её на камни и настелил пол. Раньше он был земляной. Кузнец помог переложить и печь. Теперь баня быстро не остыстывала, позволяя насладиться процессом. Невестки Гориславы поглядывали на парня с затаённой грустью. Да и сама хозяйка, нет, нет, да и вздохнёт, глядя на рукастого и безотказного постояльца. А после того, как Виктор принёс ей медвежью шкуру, он стал для неё, считай, родным сыном. А дело было на вырубке. Виктор работал в паре с кузнецом. И они не заметили засыпанную снегом медвежью берлогу. Срубленное Виктором дерево кузнец роготулей направлял в пустую сторону, и оно упало как раз на берлогу. Разъярённый медведь вылетел тут же. Видно, он давно уже проснулся от стука топора. И Виктор оказался буквально нос к носу с ним. Повернуть браслет он уже не успевал. Хорошо, что в руках ещё был топор. Недолго думая, он и опустил этот топор на лоб медведя. Тот остановился, будто налетел на стену и, немного постояв, рухнул к ногам Виктора. Со всех сторон к ним уже бежали, кто с чем, мужики. Увидев лежащего медведя, лишь качали головами и цокали языками.
-Ну ты, паря, и даёшь, - пришедший в себя кузнец присел перед мордой зверя. – Одним ударом и наповал.
-Ты посмотри, может, он ещё живой, - усмехнулся Виктор, загоняя топор в пень.
-А это мы сейчас исправим, - кузнец вытащил нож и перерезал зверю горло. Брызнула кровь. –Мужики, котелок давайте, - обернувшись, крикнул он.
На обед все лакомились жареной медвежатиной и похваливали Виктора. На подпорках поодаль висела шкура.
-Что же мне из неё сделать? – Горислава, подперев подбородок, долго смотрела на разосланную на полу шкуру.
-Бабушка, а пускай здесь лежит, - предложили внучки, раскинувшись по мягкому меху. – Или нам на полати положи.
-Шуба из неё будет тяжёлая, а вот одеяло - в самый раз, - решила бабуля и принялась с внучками кроить и сшивать.
Вскоре покрылась льдом река, и лес стали возить с той стороны, свой берегли. Рыбаки в полыньях ловили сетями рыбу. Виктор показал Дуболому, как сделать ломик. Это облегчило рыбалку. Снегу всё прибавлялось и прибавлялось. Свободно можно было ездить только по льду реки, да и то с оглядкой, чтобы не попасть в полынью. Волибор стал собирать пошлину князю, снося всё в одну избу.
-Князь сам приедет, или вы повезёте туда? – узнав об этом, спросил Виктор.
-Да я хочу сам в город съездить, - почесал нос Волибор, - посмотреть, как там люди живут, может, что новенького узнаю. Товар какой, нужный подкупить. Наши охотники и шкур много набили для этого. Да и от викингов кое-что осталось, может, поменяю. Хочешь со мной прокатиться?
-Хочу, - не стал отнекиваться Виктор, - интересно же, что там за город у князя.
Собрались в путь через неделю, дождавшись окончания очередного бурана. Девчонки, узнав, что Виктор едет в город, стали задумчивы. Горислава тоже. Заметив это, Виктор как-то после ужина и спросил: - кому, что привезти из города, заказывайте.
-У нас денег нет, - покривили губы девочки. - И менять не на что.
-Ну, по поводу денег не переживайте, - улыбнулся Виктор, - это не проблема. Вы говорите, что вам хотелось бы?
-Мне, - стрельнула на мать глазами Любава, - серьги янтарные. Я такие видела у Бажены.
Катя прыснула: -куда тебе серьги, дочурка. От них ушки у тебя оторвутся.
-Ничего, я вырасту ещё, - нахмурилась девчонка.
-А мне бусы, тоже янтарные, - закатила мечтательно глазки Вира.
-Ну, бусы, ещё куда не шло, - кивнула одобрительно Катя.
-А вам, что привезти, красавицы? – Виктор перевёл взгляд на невесток, сидевших за прялками. Те почему-то смутились и, переглянувшись, засмеялись.
-Ты себя привези обратно живого, сынок, - улыбнулась Горислава, - мы и будем рады.
-Ладно, там посмотрим, чем этот город богат, - хмыкнул Виктор и больше к этой теме не возвращался.
Последние дни он помогал кузнецу подготовить к продаже мечи викингов. Но вот метели закончили свою деятельность. Всё что могли, занесли, оставив свободным только лёд реки. Волибор объявил, что обоз выходит через два дня. Ранним утром, едва забрезжил свет, из ворот стали выползать нагруженные сани. Несколько самых здоровых мужиков осторожно спускали их на лёд. Собравшись вместе, обоз тронулся. От ворот им махали вслед остающиеся домочадцы. Виктор шёл рядом с последними санями, гружеными изделиями кузнеца. Своего товара у него на продажу не было, поэтому он помогал ему. Холодное, не ласковое солнце нехотя взбиралось на хмурый небосвод. Мороз держался приличный. От лошадей и людей свечкой валил пар. Шли молча, сберегая силы. Да и в такой мороз особо и не поговоришь. Первую остановку сделали в полдень, чтобы подкормить лошадей и дать им отдохнуть. Сами перекусили домашними припасами, не разводя костра. Ближе к вечеру стали высматривать место под стоянку. Остановились на нешироком плёсе, стащив сани кружком, и поставив за них лошадей. Сами развели костёр и первый раз за целый день грелись горячим чаем, сев вокруг огня. Сзади стояли лошади и тоже тянули морды к огню. Потом разошлись по саням спать, оставив караульщиков. В первую ночь Виктор в караул не попал, поэтому хорошо выспался, завернувшись в медвежье одеяло, что дала ему в дорогу Горислава.
Шли спокойно ещё день. Во вторую ночь после полуночи Виктора разбудил стоящий в охране кузнец. - Слушай, напарник, - кузнец поднял указательный палец. Вокруг стояла промёрзшая тишина. Изредка потрескивали стволы деревьев, звенели сосульки на ветках тальника.
-Ничего не слышу, - мотнул головой Виктор. И тут вдруг невдалеке взвыл волк.
