Рук своих дело осмотрев, Бог для чего-то захотел,
Нам замысел сей не понять, то ль изучать, то ль наблюдать?
Но создал Бог себе Эдем. Не знаем до сих пор, зачем?
Меж берегов широких рек был сад посажен. Человек
Из праха сделан номинально, был помещён там персонально.
И имя получил – Адам, как первый, что Господь создал.
В саду же этом было всё, для жизни нужно, и ещё
Отдельно дерево стояло. Плодов на нём висело мало.
Но были не простые те плоды, в них - знанье зла и доброты
Бог заложил, основы жизни и мудрость мысли.
Адаму не велел их рвать. Сказав, что смертью может пасть.
Адам без дела не сидел, сад обходил, зверей глядел.
Всему, что видел, дал названье. Но обратил своё вниманье,
Что звери парой ходят все. А он один ещё совсем.
- Да, не порядок, - сказал Бог и тут же взял ему и помог,
Ребро у парня одолжив, ему жену соорудил.
И завещал: - вы плоть от плоти, и дальше вместе вы живёте.
Теперь Адам с женою жил. По саду райскому водил.
Там было что им посмотреть. И пить хватало им, и есть.
Адам доволен был в раю, что не сказал бы про жену.
Ей всё же что-то не хватало. А, может, просто так скучала.
Заметил эту скуку Змей и всюду следует за ней.
Та раз под дерево присела. Змей - тут как тут:- скажи-ка, дева,
Вот это яблоко не ела? – кивает сам на древо жизни. – Не успела.
Махнула вяло та рукой. – Сгинь, не мешай, хочу покой.
- А ты попробуй, - Змей воркует, - оно прекрасно! – Не могу я.
Вгляделась дева в древо, - не стони, свои я не хочу закончить дни.
Бог запретил плоды те рвать. И перестань меня тут соблазнять.
- Не веришь? Посмотри, я ем, - Змей откусил кусок, - живой совсем.
- Да что ты с этим яблоком пристал? – сказала дева тут в сердцах.
И плод запретный надкусила. – Вот видишь? Ты осталась жива. -
Махнув хвостом, Змей тут исчез. У девы зародился интерес.
Она к Адаму побежала и яблоко ему подала.
Не глядя, слопал тот его. Глаза вдруг выпучил: - и что?
Мы тут гуляем нагишом? А если кто придёт ещё? -
И листья смаковы сорвав, опояску сделал тут Адам.
А вскоре появился Бог и стал искать детей. Не смог.
Те спрятались, в кустах сидели и показаться не хотели.
В причине сей Бог разобрался. Запрет нарушен, догадался.
Адам признал: - жена дала. – Та сразу Змея назвала.
Змей моментально был наказан. Без ног теперь он должен лазать.
Жену рожать обрёк в мученьях, и к мужу своему влеченье.
- Теперь тебе он - господин. И жизнь продолжишь ты лишь с ним.
Адаму ж Бог на врата указал, за непослушание изгнал.
И заповедовал: - свой хлеб трудом и кровью ты свой век
Сквозь тернии растить ты будешь, и сладку жизнь забудешь.
Покуда в землю не вернёшься взад, откуда мною был ты взят.
Одеждой Бог их наделил и из Эдема проводил.
И обнял тут Адам жену и назвал Евой. Жизнь одну
Им подарил теперь Господь. Едина жизнь, едина плоть.
Господь же врата затворил, и Херувима водрузил
У врат тех пламенных с мечом, чтоб не пустить кого ещё.
Адам же с Евой стали жить. Сумела сына та родить.
Назвали Каином его. А Ева родила ещё.
И имя дали ему Авель. Подрос, пасти овец поставил.
А Каин землепашцем стал. На ниве хлеб свой добывал.
Шли годы. Дети подросли. И как-то к Господу пошли.
Дары ему вдруг понесли. Авель - от стада, Каин - от земли.
От Авеля дары Господь призрел, от Каина - не захотел.
И тут обиделся на брата брат. И кто при этом виноват?
И Каин зовёт брата в поле. Причину не узнать нам боле.
И вот обидой возмущён, вдруг убивает брата он.
Господь проступком Каина был возмущён и наложил проклятье он.
За кровь, что пролита невинно, земля-кормилица взвопила,
И силы от неё ты больше не достанешь, изгоем и скитальцем станешь.
- Суров, Господь, твой приговор, - тут Каин тело ниц простёр.
- Теперь любой, кого я встречу, убьёт меня на том же месте.
- Кто руки замарает о тебя, - вздохнул Господь, - закон блюдя,
Тому я всемерно воздам. Тебе же я знаменье дам.
Такой развязке Каин рад, тотчас покинул родной град,
Жену свою лишь захватив, на большее не стало сил.
Шёл от Эдема на Восток и поселился в земле Нод.
Родил он сына там Енота и город его имени отгрохал.
Адам по Авелю погоревав, родил другого сына, Сиф назвав.
Ну, в общем, род его продолжил жить. Как Бог велел, рождаться и селить.
И люди, размножаясь, расселялись, но только добротой не выделялись.
Всё множилось, зло и разврат, и людям Бог и сам уже не рад.
Решил, устрою-ка потоп, чтоб смыть с лица Земли народ.
Но одного в последний миг всё ж пощадил. Предупредил.
То Ной был. Праведный и непорочный. И Бог велел ему тут срочно
Локтей аж в триста выстроить ковчег, хватило чтоб, наверное, на всех,
И отобрать по паре каждой твари, что по Земле гуляли.
И Ной трудился, не покладая рук, чтоб выполнить всё в срок.
И вот настал потопа день. Ной выбранных загнал в ковчег скорей.
Небесные Бог окна отворил и сорок дней на Землю воду лил.
Вода поднялась выше гор. Ковчег лишь плавал. Уговор
Господь держал свой крепко. Жизнь на Земле исчезла.
Ковчег носило по волнам, потом прибило к Араратским горам.
Решив проверить, что с водой, ворона выпустил тут Ной.
Вернулся ворон через час. Кругом, мол, воды лишь лежат.
Ной подождал чуть-чуть, опять давай голубку посылать.
Вернулась та опять ни с чем: земли, покуда, нет совсем.
Ной в ожидании семь дней сидит, и голубь вновь в окно летит
И возвращается обратно, и лист маслины держит в клюве он зажатый.
Через неделю голубь в третий раз пускается, но вот обратно он не возвращается.
Вода, что спала, понял Ной, пора ковчег покинуть свой.
И выпустил он всех на волю, представив каждого господней доле.
И жертвенник устроив, Богу дань воздал. Господь же эту дань принял.
И в сердце он своём пообещал, что землю проклинать зарок уж дал.
Он понял, человеческий порок и зло - от юности его.
