Часа через три Тимоха толкнул в бок задумавшегося Макария и показал на отставших чужаков.
- Смотри, наши охранники, похоже, спят. Бежим, что ли?
Быстро переодевшись в городское платье, парни сели на коней верхом, и обогнав обоз, поспешили к городу. Их исчезновение заметил один лишь Карп, махнув на прощание рукой. Заплатив на въезде пошлину, задерживаться в городе парни не стали, а направились сразу в сторону студеного моря, расспросив дорогу для верности у нескольких человек.
- Интересно, кто нас хотел захватить? – покинув город через северные ворота, оглянулся Макарий.
- Я думаю, не царские люди, - поморщился Тимоха. – Те бы сразу повязали, тянуть не стали. Кто-то другой. А вот кто, теперь не узнаем.
Помыкавшись дорогами, через месяц парни прибыли в Белоозёрье. Принял их сам Епифаний, глава монастыря. Он хорошо знал, оказалось, Порфирия. Долго о нём расспрашивал. Узнав о разорении монастыря, лишь удручённо покачал головой, пробормотав: - на всё воля Божья. Парней в монастырь принял, если не с радостью, то с доброжеланием точно. Тимоха не стал рассказывать о всех дорожных мытарствах, поведав лишь честно, что их ищут. Кто, правда, они и сами не знали. Узнав это, Епифаний построжел лицом и стал подробно расспрашивать об этом.
- Поляки, говоришь, монастырь разорили? Сам видел? – уставился он пронзительными глазами на рассказывающего Тимоху.
- Не только видел, но одну шайку мы лично отравили, - поглядев на сидящего рядом Макария, Тимоха рассказал о их мести.
- И за что же, интересно, поляки ваш монастырь сожгли? – почесал бороду Епифаний. – Что там было такого ценного? Признавайтесь, отроки, - монах сердито стукнул кулаком по столу.
- Книги, отче, - Тимоха опустил голову.
- Книги? Какие книги? – сдвинул брови монах.
- Их Порфирий из Казанского похода привёз. Мы переводили и записывали. Старые книги, греческие. Ему их царь велел переписать и привезти обратно ему.
- Греческие книги? – задумался монах. – И что ценного в них, говори?
- Они ведают, как на Русь нашествие готовилось, - сказал вдруг Макарий.
- Нашествие? Какое нашествие? – монах перевёл взгляд на Макария.
- Изначальное. Когда ещё христианства на Руси не было.
- И где эти книги теперь? – нахмурился монах. – Ну? – прикрикнул он, видя, что парни стушевались. – С собой привезли или схоронили?
- Привезли, - тихо ответил Тимоха.
- Значит, за вами и сюда придут, - покачал монах головой. - И нас могут сжечь. Видно, серьёзные книги, отроки, вы везёте. Ох, и серьёзные. Раз за них монастыри горят. Что же мне с вами делать теперь? Здесь оставлять нельзя, вас видели. Человеческие души слабы, не смолчат на пытке. Ладно, переночуете, а утром дальше пойдёте. Найду я, куда вас спрятать, раз такое дело.
Епифаний ушёл, сердито постукивая посохом, а парни переглянулись. Тимоха подошёл к узкому окну кельи и выглянул наружу.
- Надо было нам на пасеке оставаться, - буркнул Макарий. – Авось, там бы не сыскали долго ещё.
- Авось, да небось, - зыркнул на него, сердито обернувшись, Тимоха. – Далеко теперь наша пасека. О завтрашнем дне думай.
- Давай уйдём в тайгу куда, скит себе поставим и будем жить.
- И долго ты так собираешься жить? – поморщился Тимоха. – Всю жизнь?
- Нет, пока книги не переведём.
- А потом?
- Отвезём перевод царю, и пусть он сам дальше разбирается. А мы вон к Карпу пойдём. Ты же сам хотел быть ратником.
- Пока мы эти книги перепишем, бороды отрастим уже, - усмехнулся Тимоха.
Утром, едва посветлела заря, в келью явился Епифаний. С ним шёл монах лет тридцати с корзиной в руках. Поставив корзину на стол, он отступил к двери.
- Поешьте-ка вот на дорожку, - Епифаний сел на лавку у стены. И пока парни ели, молчал, прикрыв глаза. Только губы чуть шевелились. То ли молитву читал, то ли ругался, не поймёшь. Едва парни доели последнюю крошку, монах открыл глаза и кивнул.
- Пойдёте значит, вон с Лукой. Он дорогу знает. Пойдёте далеко, за Каменный пояс. Там монастырей нет, одни скиты. Вот там и схоронитесь пока. Как искать перестанут, я человека пришлю, сообщит. Припас на дорогу у ворот ждёт, езжайте. Коней своих заберёте.
- А как же Лука? Узнают, что ты нам его дал, плохо тебе, отче, будет, - нахмурился Тимоха.
- За это не думай, - махнул рукой монах. – Лука вчера тоже пришёл. Его наши не знают ещё. Вот с вами и пойдёт дальше. Ему тоже тут не стоит оставаться. Ищут, как и вас. Вот друг другу и поможете. Втроём оно веселей идти, чем врозь, - он вдруг улыбнулся и подмигнул парням. – Всё, с Богом, - благословив всех, монах встал и первым направился к двери.
Их кони уже стояли у ворот навьюченные. Тимоха привязал сверху только сумки с книгами, с которыми они и ночевали в келье. Махнув рукой открывшему им ворота монаху, путники двинулись по едва приметной дороге прочь от монастыря. Войдя в лес, парни достали мечи и повесили за спину, как учил Карп. Там же примостили и колчаны со стрелами, взяв луки в руку.
- Вы, как настоящие воины, - покачал головой Лука. – Довелось сражаться?
- С разбойниками только, - поморщился Тимоха и предупредил взглядом Макария, чтобы лишнего не болтал.
Лука оружия не имел, если не считать дубового посоха и засапожного ножа. Лесная тропа была узкой и извилистой. Лука шёл первым, за ним - вереницей три лошади, на длинных поводьях. Меж ними - Макарий. Замыкал караван - Тимоха. Такой ряд определил с первых шагов Лука. Парни спорить не стали, не увидев в нём беды. На ночлег сходили с тропы и располагались под елями, пряча и коней. Костёр жгли с опаскою, выбирая для этого глубокий овраг.
