― Коль, привет. Ты сколько за доставку берёшь?
― Смотря куда и что везти, ― по привычке ответил Коля, а через секунду вспомнил, что он один в машине и едет по объездной трассе в сорока километрах от города. Сначала он решил, что это телефон на громкой связи, но потом вспомнил, что тот уже полчаса как разряжен.
― Повезём души грешников в Ногинск, ― произнёс невозмутимо голос.
Коля оглядел салон своей «газели» и обнаружил два возможных источника шума: дырку в пассажирской двери и китайскую магнитолу, которая постоянно хрипела и ловила только одну волну — «Радио Дача».
«Вот они — бессонные ночи в дороге и кофе на заправках», — подумал Коля, глядя в бескрайнюю дорожную даль.
— Почему в Ногинск? — зачем-то спросил он, в душе надеясь, что ему не ответят.
— Там у нас новый филиал открылся. Следующий — в Калуге, — голос исходил из дверных колонок.
— У кого это — у нас?
— У нас — это у приверженцев ада, — сказал голос, а потом резко продолжил эфир: — А сейчас, дорогие друзья, Ольга из Саратова хочет передать привет тестю Олегу Ефимовичу Лапшину и заказать для него песню Аркадия Укупника…
Коля чуть не отпустил руль. В голове сразу всплыли слова отца о том, что на торпеду нужно обязательно установить иконку. «На дороге теперь нечисти развелось… Что ни встречная машина — то чёрт за рулём! Лучше перебдеть», — брызгал слюной старый дальнобойщик в его голове.
Нужно было что-то срочно решать. Коля попытался переключить приёмник на другую волну, но Укупнику это было до фонаря ― он хорошо чувствовал себя на любой частоте. Звук не убавлялся, а наоборот, становился только громче, и Коля оставил все попытки настроить радио.
Тогда он решил пойти по хитрому пути.
— Я только по безналу работаю, — выдал он, как ему показалось, гениальную отмазку.
— Не вопрос, — ответил вдруг певец, прервав выступление. — У нас очень простые реквизиты: ООО «Преисподняя», ИНН 6661999, юридический и фактический адрес: ад, дом шесть, офис шесть, генеральный директор: Сатана Люцифер Вельзевулович, работаем на основании Устава. Запомните или в Вайбер прислать?
— Запомню, — голос у Коли вибрировал то ли от страха, то ли от ребристого асфальта.
— Так какой тариф?
— Пятьсот рублей с километра! — выдал водитель, надеясь, что цена спугнёт нежеланного клиента.
— Пятьсот рублей? — Аркадий закончил выступление, и с Колей снова говорил ведущий: — С такими расценками прямая дорога к нам в штат!
Коля закашлялся.
— Я сказал пятьсот? Оговорился — девяносто три.
— Вот это другой разговор! Можешь прямо сейчас выехать?
— Нет! Я дома неделю не был! Уже не помню, как жена выглядит.
— Нормально выглядит, я проверил.
— Чего ты сделал?!
— Да успокойся, у нас же данные на всех есть. Мы ей СМС отправили, а в качестве извинений за неудобства и в счёт будущих заказов выслали подарок от твоего лица — новый айфон. Считай, на день рождения можно ничего не дарить.
— Но я…
— Поздно. Через пятьсот метров у тебя клиент. Тут крюк всего в сто километров, два часа делов-то. Успехов!
Из колонок снова полилась музыка, словно никаких перерывов в вещании не было. Коля похлопал себя по щекам и, взглянув на пустынную дорогу без намёка на населённые пункты, решил, что его всё-таки накрыло от усталости. Сплошное поле с обеих сторон, и даже знаков нет ― откуда здесь кому-то взяться?
Коля утопил педаль газа, чтобы скорее проскочить заявленное расстояние и убедиться, что всё это игра воображения, но тут из высокой травы на дорогу выскочила бабушка в косынке, ростом от силы метра полтора, скрюченная, как вопросительный знак, и с палочкой. Этой палочкой она Коле по фаре и двинула, когда он притормозил рядом с ней, взметнув в воздух столб пыли.
— До Ногинска? — просипела старуха, с трудом открыв дверь.
— Д-д-да, — неуверенно произнёс Коля.
— Ну наконец-то. Поехали! Я тут уже десять лет околачиваюсь. Пока дорогу ремонтировали, думала от скуки начать землю рыть прямо в центральный офис, — ворчала бабка, забираясь в салон.
Коля кивнул и дал газу.
— А вы что, грешница? — наконец пересилил страх Коля, набрав скорость.
— А ты что, святой отец? — буркнула бабка. — Кто мне, скажи, сейчас без греха?
— Ну-у, я, например, — протянул с сомнением Коля, по-быстрому перебирая в голове все свои поступки.
— Да? — прищурилась старуха. — А с виду — настоящий мерзавец.
Коля обиженно отвернулся в другую сторону и принялся разглядывать краснеющий горизонт.
— Ладно-ладно, шучу. Симпатишный. Глаза как у моего Тузика — такие же наивные и добрые. Эх, бестолковый пёс был. Вечно в какие-то неприятности попадал. Вот, чувствую, у тебя с ним сходство.
Коля немного оттаял, но всё равно ощущал себя по-собачьи.
— А за что вас? — решил он сменить тему.
— За разбойное нападение.
— Да ну?
— Ага. Двадцать лет назад здесь на тракториста напала. Сняла с трактора аккумуляторы, цепи, забрала все деньги и чувство собственного достоинства.
Коля нервно сглотнул. Затем внимательно изучил бабушку периферическим зрением, прикидывая, как она снимает аккумуляторы и цепи с трактора.
— За что ж вы его так?
— Время тяжёлое было. На пенсию, знаешь ли, трудно прожить, особенно когда у тебя дети — неработающие алкоголики.
— И что, прям вот руками всё снимали?
— Ага, а потом до приёмного пункта пятнадцать километров тащила.
Колино горло вдруг сдавили обида и стыд за то, что старикам приходится идти на подобное ради выживания. Он, конечно, плохо представлял себе эту картину, но не зря же говорят, что женщина в отчаянии и не на такое способна.
— А мне кажется, вас неверно направили, — после недолгого молчания произнёс он, глядя на табличку с надписью «Ногинск». — Подумаешь, аккумуляторы сняли и тракториста обидели — он же от этого не умер.
— Не умер. А ты молодец, я в тебе ошибалась. Вон там — направо. Видишь, ворота ржавые с колючей проволокой?
— Нам туда?
— Нет, это райские. Чтоб никто лишний не проник. А наши следующие, кованые.
— Красивые какие, — поразился Коля.
— Процветает геенна огненная.
— А откуда вы всё это знаете? — удивился шофёр такой осведомленности.
— Да в путеводителе было. Их всем выдают, как только возвращаешься после смерти на то место, где совершил главное зло или добро жизни.
Коля притормозил перед воротами и погудел. Те начали медленно открываться, приглашая въехать.
— Ну вот и всё. Спасибо, что докинул, Тузик, — ухмыльнулась старуха.
— Меня Коля зовут.
Мужчина не спешил. Он смотрел на ворота, которые вот-вот закроются за невинной душой, что оступилась из-за неудачно сложившихся обстоятельств.
Ведущий на радио снова заговорил:
— Коль, чего стоишь? У нас пропуск на тебя оформлен, проезжай.
— Мне кажется, что это не ваш клиент, — произнёс водитель, наклонившись к магнитоле.
— Наш, наш, не переживай. Я тут с начальством переговорил, тебе помимо айфона премия полагается за отлично выполненное первое задание. Сто тысяч. Только не тяни, проезжай.
Старуха присвистнула:
— Сто тысяч… Вот так свезло тебе, Тузик. Чего ждёшь-то? Ехай!
— Коля меня зовут, — грустно повторил шофёр и, вывернув руль до упора, ударил по газам.
Ревя мотором, он на всей скорости влетел в глухие ворота, обрамлённые колючей проволокой. Те распахнулись, и Коле в лицо ударил яркий свет. Мужчина прикрыл глаза, но продолжил движение.
— Убери ногу с газа! — кричал кто-то ему на ухо сквозь оглушающее рычание двигателя.
Коля убрал ногу и открыл глаза. Перед ним было дерево, которое вмяло половину морды «Газели». Лобовое стекло осколками валялось на полу и сиденьях, а также торчало из Колиного лица. В колонках играло «Радио Дача», а с улицы кто-то пытался проникнуть внутрь машины, видимо, чтобы спасти водителя.
Коля несколько раз моргнул и почувствовал, как из носа течёт кровь.
— Что случилось? — спросил он с трудом, когда двое парней выволокли его из машины и положили на землю.
— Ты зачем на эту дорогу полез? — кричал на него в ответ один из них, одетый в форму дорожного рабочего. — Не видел, что ли, знак? Дорога на ремонте!
— Должно быть, уснул за рулём, — еле жевал слова Коля. — А где бабка?
— Какая ещё бабка? — удивился второй, пока его напарник вызывал скорую, что должна была приехать из Ногинска.
— Ну та, что в ад должна была попасть.
— Сотрясение, похоже. Лежи и не двигайся, — приказал ему парень и попытался выключить радио в машине.
— Ну что, Тузик, молодец, конечно. Не поддался, — раздалось откуда-то сбоку. Коля повернул голову и увидел её — бабку, лежащую рядом на асфальте. — За доброе сердце тебе ещё пожить разрешено. Главное ― не испытывай судьбу. Если чувствуешь, что не можешь больше ехать и засыпаешь, лучше остановись. Иначе в следующий раз за ворота тебя самого провезут, а вот за какие именно — решат твои поступки и тот, кто подберёт на пути.
Александр Райн
