Жаркое лето, Монголия, аэродром Чойбалсан. Личный состав Краснознаменного Севастопольского ордена Кутузова III степени 43 авиационного полка истребителей-бомбардировщиков несет службу по охране воздушных рубежей Союза Советских Социалистических Республик и братской Монгольской Народной Республики. (А в те времена существовал приказ, гласящий о том, что части ИБА в тех местах, где поблизости нет частей истребительной авиации ПВО и ВВС, несут боевое дежурство по защите воздушного пространства от супостата проклятого.)))
Итак, лето, воскресенье, жара градусов под 30. На стоянке дежурного звена в капонирах стоят 4 Су-17М3, у каждого подвешено по паре ракет Р-60. Дежурство несет основная пара, на этот день в лице капитана «Л» и его ведомого, ст. лейтенанта «П». Время близится часам к шести вечера. А надо сказать, что истребитель-бомбардировщик Су-17М3, который состоял на вооружении 43 полка в то время, мог выполнять перехваты воздушных целей только днем в ПМУ (ибо бортовая РЛС на нем отсутствовала), а засим боевое дежурство летчиков длилось не полноценные сутки, а лишь с восхода солнца и до наступления темноты. А дежурство в воскресенье было вообще сродни отдыху. Можно было "втихаря" одному из летчиков и на Керулен на рыбалочку сбегать, можно было слегка и "горячительного" усугубить. Во всяком случае, до того времени, чтобы кто-то какую-либо тревогу в воскресенье объявил или ДЗ поднял в воздух, таких примеров даже самые старожилы припомнить не могли.
Часам к шести вечера «Л» и «П» уже немало "усугубили" "Монгол-архи" (водка монгольская, гадость необычайная) и тихонечко сидели в креслах летного домика, вытащенных на улицу и поставленных в тенек, обсуждая, как и положено после "усугубления", проблемы летной подготовки, полка, авиации в целом и всех советских Вооруженных Сил.
В это время по громкой связи диспетчер объявил, что из Читы в Чойбалсан идет транспортный Ан-12, на котором летит зам. командующего авиацией ЗабВО генерал-майор Грицына.
Ну летит себе и летит, секрета особого тут не было, все знали, что с понедельника начнется плановая проверка Штабом округа полка и частей обеспечения в Чойбалсане. «Л» и «П» живо обсудили, как сейчас сядет "почтовый", Грицына этот со штабными своими прямиком в баньку, водочки "Столичной" (некоторая редкость в то время в тех краях, купить можно было только контрабандно у экипажей "почтарей") выпьют, расслабятся, а на утро начнут "драть" всех подряд от командира дивизии и заканчивая простыми летчиками.
А Грицына в это время возьми да и передай с борта "Ан-12" офицеру боевого управления: "Наша цель - контрольная, поднять истребитель на перехват". Ну, ОБУ (офицер боевого управления) естественно - "Дежурному звену - ВОЗДУХ", черед быть в готовности был у «Л», он в кабину, запустил двигатель, вырулил на полосу и с ходу, пошел на перехват. Офицер боевого управления в ту смену был толковый, четко вывел самолет «Л» на цель, и с первой же атаки он успешно перехватил контрольную цель. Далее все шло банально скучно, выработал топливо, произвел посадку, доложил, "усугубил" еще с ведомым остатки "Монгол Архи" и по окончании дежурства (с наступлением темноты) поехал домой спать.
А на следующий день начиналась проверка. Начиналась с всеобщего построения авиагарнизона. И вот, личный состав полка, части обеспечения стоят в строю, выходит зам. командующего округом , вызывает Л из строя и говорит что-то типа: "За высокие показатели в боевой подготовке, мастерское выполнение перехвата учебной цели, капитану «Л» объявляю благодарность." Ну, «Л», естественно, ответил, что положено, в строй встал и «П» тихонечко так толкает, типа "А что было-то?". Тот ему :"Так ты вчера цель контрольную перехватил, Ан-12, на котором сам зам. командующего и летел". "Я-Я ??!!!" - чуть не заорал «Л». "Так, вроде, ты, я-то не помню, но технари говорят - точно ты" - это «П» ему ответил.
Вот такая история ходила по Чойбалсанскому авиагарнизону, и местная молва приписывала сей удачный перехват Евгению Ивановичу Литвинову.