Начало
Глава 10.
***
Когда-то я жила в городе, вернее, мы жили с родителями. Я одна в семье, мне казалось, что это не плохо. В общем-то, если нет братьев или сестёр, то вроде как, сравнивать не с чем. Поэтому хорошо это или плохо, не знаю. Но вот, когда умер отец, а следом потянулись его кредиторы, было жутковато и жалковато, что нет у меня страшного старшего брата, который разобрался бы со всеми этими тёмными личностями. Хотя, гады они или нет, я так и не уразумела, может, папа был не так идеален, как мне рисовалось в шестнадцать?
На ту пору я считала его идеалом, и была твёрдо уверена, что маме несказанно повезло. И радовалась за неё и завидовала: ведь она получила единственного достойного мужчину на земле! А, что же мне теперь делать молодой и красивой, если все пацаны, что пытались подкатить, не годились ему в подмётки? Да и те парни, что постарше, были нисколько не лучше.
Однако, мама, всю мою сознательную жизнь не знавшая, что такое ходить на работу, ударившись лицом о реальность, уже не считала покойного мужа принцем, однажды чудом забравшим её в сказку, и всё больше слала обвинения в его адрес, по мере убавления финансов и дорогих украшений в её шкатулке.
Когда и эти запасы закончились, а аппетиты кредиторов не убавились, ничего другого не осталось, как продать большую квартиру в центре.
От нас отстали лишь, когда, мы отдали практически всё, на остатки денег сумев купить ветхий домишко на окраине города, в так называемом, посёлке.
Сам по себе посёлок неплох, здесь чисто, по сравнению с загазованным центром свежий воздух, экология, но человеку, привычному к городской суете, тоскливо. Особенно зимой. Ещё летом, куда ни шло. Весь городской люд сбегает на природу, так что посёлок раздувается втрое, не меньше. Да и красиво, домики утопают в зелени садов, отлогий берег реки полностью становится пляжем. Самоорганизованные дискотеки и вечеринки тут и там зазывают музыкой чуть ли не до утра. В такие вечера я представляю себя заезжей горожанкой, как и все переехавшей временно на дачу из каменных джунглей, но…
Это хорошо, когда отдыхаешь. А, когда вынуждена подрабатывать сразу со студенческой скамьи? Розовые мечты про художественную академию, как-то сами собой померкли после первой же полуголодной зимовки.
Поэтому, получив аттестат за девять классов, я не раздумывая, подала документы в медицинское училище и вторым шагом устроилась в больницу санитаркой.
Так что, мой трудовой стаж уже почти девять лет! А мама так и не сумела полноценно восстановиться после утраты отца и главное, комфортного существования. Несколько раз она заводила романы с разными мужчинами в надежде поймать ещё раз удачу за хвост, но только хвост этот становился с каждой попыткой всё тоньше и жиже. И в конце концов, когда мне исполнилось двадцать, и красный диплом медучилища оказался в руках, она сказала,
- Ну вот, детка, ты и выросла. Теперь проживёшь без меня, - и укатила за очередным хвостом удачи, куда-то в Геленджик устраивать личную жизнь в тёплых краях.
С тех пор, ни слуху, ни духу, хотя прошло пять лет. Я подавала в розыск, безрезультатно. Так что, живу в нашем домике одна. И надеюсь, что мама всё-таки жива - здорова и обрела своё счастье…
Посёлок строится и перестраивается. Вокруг появляются красивые коттеджи в два – три этажа, чем дальше, тем красивее, дворцы, иначе не скажешь. У некоторых хозяев даже личные фонтаны имеются, я уж, молчу про водопровод. А я по-прежнему хожу за водой на колонку и мечтаю не о водопроводе, а о том, чтобы водопровод не случился весной с потолка в дом. И было бы здорово пережить ещё хотя бы год без ремонта крыши, на это ещё копить и копить…
С соседями, можно сказать, повезло. Почему, можно сказать? Потому что до недавних пор так и было. По левую руку от моего дома вполне адекватная пара местных жителей дядя Коля и тётка Вера, а по правую проживала бабка Наталья. Старушка божий одуванчик. Все мы были глубоко уверены, что она круглая сирота. Помогали всей улицей, кто чем мог. То мужики дров наколют, то женщины воды принесут. Да я сама сколько раз гоняла по её поручению в местный продмаг за едой и привозила из города лекарства.
Но спустя ровно полгода с момента похорон соседки, выяснилось, что не такая уж она и круглая. Когда, откуда ни возьмись, объявился троюродный наследник - племянник Денис – толстый неприятный мужик лет тридцати пяти, и взялся устанавливать свои порядки...