Видно, так решили Сверху:
Стану я подобен Стeрху,
Обрюхатив Надю, Вeрку...
Сам же - дурeнь-дурaком!
Под мои стихи напейся
Да подбрось мне пару пeсо,
Потому что наша пьеса
Ни о чём и ни о ком.
Видно, так решили снизу:
Я люблю и ненавижу,
Потому что Мону Лизу
Явно написал не я.
Алкоголь взамен искусствам,
И летит навстречу куст Вам!
Я смеюсь, хотя мне грустно:
На душе шипит змея.
Видно, я Тобою болен
И в Тебя врываюсь с боем,
А потом волками воем,
Ухмыляется Луна.
Скроешь пораженье платьем,
Улыбнёмся и поплачем,
Не увидимся за ланчем:
Ты - то дура, то умна.
Видно, Небо так решило,
Что торчит из жoпы шило,
И ведёт по Миру Шива:
То хохочет, то ревёт!
Я возьму Тебя за гриву,
От влечения погибну:
Опознав свою Богиню,
Поцелую Твой живот!
Видно, приказали черти:
Ты погладишь против шерсти.
Для меня дороже чести
Угольки былых огней.
Не боюсь Твоих пожарищ!
Как ещё меня ужалишь?
А в груди златая залежь
Из стихов, и все о Ней!
Той, которою была Ты!
Мне завидуют Пилаты,
Потому что не пернаты:
То ли дело мой Пегас!
Ненавидят меня гады:
В мире лживой пропаганды
Я засаживал по гланды,
Но перегорел, погас...
Где летят по небу ядра,
Я допил остатки яда,
Чтобы в чёрно-белых кадрах
Различить Твои цвета.
Раз в душе звучит Бетховен,
Воспеваю я Твой Кoвен,
Хоть помят и обескровлен,
Ты по-прежнему свята!
Видно, по приказу беса
От Любви моей убейся,
Потому что наша песня
Бьёт во все колокола!
Тьма задушит глаз свечeнье,
Заползут в глазницы черви,
Ведь на Таинстве Вечери
Я солгал, и Ты лгала...
Перепачкав простынь соком,
Мы завидовали сойкам,
На Луну из мокрых окон
Сигаретками чадишь.
Всех вокруг себя сметая,
Ты по-прежнему святая:
Попрошу ещё свидaнья
Я молитвами кадиш!
Видно, так решили свыше,
Душу я Любовью выжег
Ради обнажённых пышек
Опускался до глубин.
Да и Ты давно другая:
И, за всё меня ругая,
Позабыла, что солгал я!
Не люблю и не любим...