— Ты правда не понимаешь?! — Лена говорила нарочито громко, так, чтобы её слышали все мамочки, что пришли в садик на утренник к своим детям, — сейчас все так живут, кредиты — это вообще не показатель, главное, чтобы было видно, что у семьи есть уровень дохода и жизни.
Подруга кивала, пролистывая фотографии на экране телефона, где Лена демонстрировала пенку от новой кофемашины, которую купила на досуге... В кредит.
— Ну да... А что с отпуском? На Мальдивы поедете с нами?
— Ой... Конечно! Но... Отпуск могут не дать... Мужу, — Лена покраснела.
— Надо было не на дядю работать, а на себя, — фыркнула подружка.
На некоторое время они вернулись к созерцанию утренника, но вскоре разговор продолжился.
— Мы просто сейчас много вкладываемся. Зато потом будет легче, Гоша у меня молодец, работает, старается, не то что некоторые.
Телефон завибрировал, Лена мельком посмотрела на экран и отложила его не отвечая.© Стелла Кьярри
— Что не отвечаешь мужу? Уточнила про Мальдивы? — спросила подруга.
— Да... Он переживает из-за денег, — Лена усмехнулась, — мужчины всегда так, им сложно видеть дальше завтрашнего дня.
Вечером разговор продолжился уже дома, без свидетелей.
— Ты зачем опять купила это? — спросил Гоша, глядя на коробку со светильниками, которую Лена даже не распаковала.
— Потому что надо, — ответила она, — у всех уже есть умный дом, мы что, хуже?
— У нас платёж за твой телефон через три дня.
— Ты же говорил, что разберёшься.
— Ага... Говорил.
— Вот и здорово...
— Мне иногда кажется, что умный у нас в семье только дом, — буркнул Гоша, уходя на кухню и думая, как платить по счетам
Он разобрался. Как и всегда. Взял подработку, почти не обсуждая это, потому что любой разговор заканчивался одинаково: Лена говорила о том, как всё должно выглядеть, он — о том, сколько это стоит. В итоге он соглашался, потому что спорить было дольше и тяжелее.
Лена продолжала жить своей жизнью. Она рассказывала подругам, родне и мамочкам в детском саду дочери, что у них сейчас такой классный период в жизни! И перспективы отличные, что они вкладываются в будущее, что Гоша много работает, а она держит всё под контролем. Сама она не работала и не собиралась, считая, что её задача — поддерживать образ семьи, у которой всё в шоколаде.
С наличием второй работы на какое-то время показалось, что баланс найден. Правда, было меньше времени на сон, зато платежи закрывались, Лена позволила себе новый ноутбук, оформив его в кредит, потому что старый выглядел несолидно и «не соответствовал». Она радовалась покупке недолго — ровно до того момента, пока не заметила, что у дочки старый пуховик.
— Мне нужны деньги, — сказала Лена, листая каталог одежды, — дочке нужен новый пуховик, этот уже никуда не годится.
— Купи на маркетплейсе. Там сейчас скидки, — предложил Гоша.
— Что? Я не собираюсь одевать дочь в китайский ширпотреб! У нас есть брендовый магазин, где одеваются все блогеры. Туда и пойду. Перечисли мне 50 тысяч, — возразила Лена.
— Сейчас все шьют в Китае. Даже бренды. Но платить за имя у меня возможности нет.
— Как нет?
— Так. Нет.
— Для дочери всегда должны быть деньги… Это твоя святая обязанность!
Фраза повисла между ними, как аргумент, который нельзя оспорить. Для дочери, должно быть, лучшее, для дочери нельзя экономить, для дочери нужно соответствовать. Суммы менялись, логика оставалась той же. Как и то, что экономить на жене — противоречит законам здравого смысла. Он же клялся у алтаря... И что теперь?
Гоша пытался объяснять, что очередной кредит за ноутбук ещё не закрыт, что впереди обязательные платежи, что он уже работает больше нормы, но Лена слышала только одно — он не справляется. В её сознании проблема была не в завышенных запросах, а в доходе мужа.
Разговоры о деньгах стали регулярными и резкими. Они вспыхивали из-за одежды, техники, мероприятий, куда «нужно сходить», потому что все уже сходили. Лена всё чаще говорила, что он может больше, просто не хочет, и каждый раз это заканчивалось тем, что Гоша снова искал выход...
Так появилась третья работа. Не как решение, а как временная мера. Лена приняла это спокойно, как должное, потому что это означало, что можно не менять привычный уклад. Деньги по-прежнему не задерживались, находя применение быстрее, чем он успевал привыкнуть к мысли, что теперь станет легче.
А легче не становилось.
Так прошел год.
— Мы не ездили со Смирновыми на Мальдивы в прошлом году, я забронировала тур на Маврикий. В конце месяца надо оплатить 100%, — Заявила межу делом Лена.
— О... — только и выдавил Гоша, прикидывая цену за тур и то, что на карте сбережения таяли как мороженое на солнце.
— Да. Возражения не принимаются.
— А если я скажу "нет"?
— Как это "нет"?
— Просто. Нет. Мы не едем. Это слишком дорого.
— Тогда я рассмотрю иные варианты.
— Ага, — отмахнулся Гоша. Он был уставшим после работы. Ему хотелось лечь и поспать. Пару дней.
— Вот. Смотри, — Лена пришла к нему через пять минут, протягивая смартфон.
— Что это?
— Ни что, а кто. Это Андрей. У него своя сыроварня. Он щедрый и добрый, готов содержать любимую женщину и возить её на юга.
Гоша вытаращил глаза на жену.
— А это... Иван. Он живет на Гоа и ищет легкую на подъем, красивую даму...
— Зачем ты мне это показываешь? — прервал Гоша.
— Ты согласился, что я буду рассматривать иные варианты. Вот они. Мужчины, готовые быть более щедрыми, чем мой муж — жмот.
— Что ж... — Гоша посмотрел на Лену так, что она растерялась. — Я обдумаю и приму решение, чем помочь нашим отношениям.
Гоша недолго думал... и...
О «четвёртой работе» Гоша сказал жене буднично. Лена не стала задавать вопросов — ей был важен результат. Она не знала, что эта «работа» была всего лишь прикрытием для встреч с Наташей, женщиной без лишних требований и амбиций.
Но почему-то в Наташе он нашел то, что искал: тепло, уют и понимание. Поэтому спустя некоторое время он просто пришел домой и стал собрать вещи.
— Ты куда? — опешила Лена. — Это что, из-за пылесоса? Не кипятись... Я его могу сдать...
— Дело не в пылесосе. А в тебе. Я устал приходить домой и видеть витрину магазина. Я устал от претензий и требований, потому ухожу.
— Куда?
— Да хоть куда.
— Не верю! Ты нашел другую!
— Даже если так, то это не меняет сути проблем.
— Но как ты мог? Ты предал нашу семью! Как мне теперь жить?! — кричала Лена, узнав, что муж уходит из семьи и теперь ей самой придется выживать.
— Я давал тебе возможность «реализоваться», пытался устроить тебя на работу, но ты все отрицала и только требовала, требовала... Мы давно не семья, а картинка семьи! Когда мы последний раз делали что-то для нашей семьи? — нахмурился Гоша.
— В прошлые выходные! Да! Мы ездили на Новогоднюю ярмарку! — нашлась Лена.
— На этой ярмарке ты только и делала, что снимала контент, и купила себе жутко дорогую и очень бесполезную косметику! А нам с дочкой даже не дала купить леденцы, сказав, что это пустая трата денег! — Гоша уже не сдерживался, орал на Лену, припоминая ей все ее «семейные» походы и покупки ради показухи.
Там был и современный спектакль, который никто не понял, но его так нахваливали критики, там была покупка популярного осушителя воздуха, который перестал работать на третий день после покупки, приобретение пуфика в виде кошачьей лапки, на котором было невозможно сидеть. Вся жизнь была напоказ, они погрязли в кредитах, долгах и совершенно перестали чувствовать главное.
— А как же долги? Ты бросишь меня без работы и с кредитами? — спохватилась Лена.
— Я все оплатил. Разводимся без долгов. Я буду платить алименты на дочь, буду брать ее к себе и делать все, чтобы она ни в чем не нуждалась, она. Именно она, а не ты и твои амбиции. На этом все, — сказал Гоша и, быстро собрав вещи, ушел.
Лена осталась одна в своем мирке, который ещё вчера казался доказательством благополучия. Она хотела нанять адвоката и вытрясти с мужа все, что можно, но выяснилось, что вытряхивать нечего: квартира осталась ей, долги закрыты, формально она получила максимум возможного.
Первое время Лена делала вид, что ничего не изменилось, но как только пришли счета за ту стабильную жизнь, к которой она привыкла, ей пришлось несладко.
Она подумала и потихоньку начала продавать все, что покупала для галочки: кресло — кошачья лапка, крутой фен, который не очень хорошо сушил волосы, а просто блестел логотипом бренда, кучу ненужной техники. Квартира становилась пустой.
Дочка в силу возраста и воспитания мамой не сильно переживала развод родителей, а вот сама Лена жутко страдала. И ее боль была не из-за потерянной техники и прочих «благ»... Лена осознала, что и без этих вещей можно жить. А вот любовь — не заменить ничем. И к счастью, или к сожалению, ее не купить ни за какие деньги.
Спасибо что читаете мои истории каждый день.
Особая благодарность за ваши классы и подписку на канал!
Вам понравится:
