Жил старик со своею старухою у самого синего моря.
Жил старик со своею старухой
У самого синего моря;
Они жили в ветхой землянке
Ровно тридцать лет и три года.
Старик ловил неводом рыбу,
Старуха пряла свою пряжу.
Раз он в море закинул невод, —
Пришел невод с одною тиной.
Он в другой раз закинул невод, —
Пришел невод с травой морскою.
В третий раз закинул он невод, —
Пришел невод с одною рыбкой,
С непростою рыбкой, — золотою.
Как взмолится золотая рыбка!
Голосом молвит человечьим:
«Отпусти ты, старче, меня в море,
Дорогой за себя дам откуп:
Откуплюсь чем только пожелаешь».
Удивился старик, испугался:
Он рыбачил тридцать лет и три года
И не слыхивал, чтоб рыба говорила.
Отпустил он рыбку золотую
И сказал ей ласковое слово:
«Бог с тобою, золотая рыбка!
Твоего мне откупа не надо;
Ступай себе в синее море,
Гуляй там себе на просторе».
Море – это природа во всем ее многообразии. И радом с ней, с природой, возникает старик со своею старухой. Возникает понятие с его определением. И из моря старик ловит золотую рыбку, смысл этого понятия.
Землянка – определение, созданное на основе памяти прожитого опыта. От земли – от природы.
Рыбка – смысл понятия, старик – само понятие, старуха – определение. Определение пока скромное. У определения пока есть только плот, собранный из досок… вернее разбитое корыто.
Определение говорит старику, что попроси у рыбки новое корыто. Появляется новое корыто. А за новым корытом появляется новый дом. Новое определение, расширенное и улучшенное. Определение, оторванное от природы, от земли.
После этого старуха хочет уже стать столбовою дворянкой. Что такое столбовая дворянка? На столбах, на столпах держится. Появляются какие-то фундаментальные понятия, какая-то построенная на этих понятиях система.
Но любая система всегда замкнута сама на себя. Т е ее определения определены через определения самой системы. Таким образом, по сути, у такой системы нет основания. Отсюда и аллегории колоссов из глины. Гефест, сильные руки, кует мечи богам. Но, при этом, у него слабые ноги.
В этой системе само понятие «старик» становится уже вторичным. Поэтому, в соответствии со сказкой Пушкина, в этот момент его отправляют на конюшню. Не достоин он поскольку жить в таких хоромах.
Но старухе и этого мало. Она хочет стать вольной царицей. Почему вольной? Старик ей теперь уже не нужен. Определение, когда становится достаточно мощным, оно уже само по себе переопределяет значение понятия. Тени от костра становится не нужен огонь. Это о «тени Платона».
«Подбежали бояре и дворяне,
Старика взашеи затолкали.
А в дверях-то стража подбежала,
Топорами чуть не изрубила.
А народ-то над ним насмеялся:
«Поделом тебе, старый невежа!
Впредь тебе, невежа, наука:
Не садися не в свои сани!»
Понятие чуть не изрубили, не расчленили на части, чтобы из них лего собрать. Понятие живет отдельно, определение уже не соответствует исходному. Часто говорят: «Ты используешь это понятие не по назначению!», «Ты садишься не в свои сани!» Хотя ты же говоришь в соответствии со смыслом.
Когда это все происходит, то старуха хочет стать владычицей морскою. И чтобы сама золотая рыбка ей прислуживала. И тут уже все встает на свои места.
Определение, на финальной стадии, всегда хочет состязаться со смыслом. Мне мало соперников, как говорил Калиостро, хочу посостязаться с самим богом.
Так вот состязание со смыслом всегда заканчивается одним и тем же. Никогда определение близко не подойдет к смыслу. Никогда определение не сделает так, чтобы ему служила золотая рыбка. Никогда ему не стать владычицей морскою.
«Смилуйся, государыня рыбка!
Что мне делать с проклятою бабой?
Уж не хочет быть она царицей,
Хочет быть владычицей морскою;
Чтобы жить ей в Окияне-море,
Чтобы ты сама ей служила
И была бы у ней на посылках».
Ничего не сказала рыбка,
Лишь хвостом по воде плеснула
И ушла в глубокое море.
Когда определение в реальном мире пытается применять свою философию, все возвращается на круги своя, к разбитому корыту. Оказывается, что все эти усложнения не приводят ни к чему другому, как только к возврату назад. К тому же разбитому корыту.
Не стоит ориентироваться на общественное мнение.
Это не маяк, а блуждающие огни