Валера начал злиться. Нормальные мужчины добиваются чего-то ради себя, ради своей семьи. А он, как идиот, добивается всего ради чужой жены, которая относится к нему как другу или родственнику.
За эти годы он ходил в храм, разговаривал со священником, но легче не стало. Ездил по монастырям – где-то вычитал список мест, которые надо объехать. Паломничество, во время которого надо просить об исполнении своего желания. И он просил – избавиться от наваждения по имени «Алла». Не помогло.
Он даже ходил к психологу, а три года назад ездил к одной бабке. Та что-то шептала, руками водила, но ничего не произошло.
А с полгода назад он ехал по делам в поезде и рассказал свою историю соседу по купе. Тот посоветовал Аллу соблазнить, переспать, после чего морок и рассеется. Что вся его «любовь» - всего лишь охотничий азарт, который он так и не удовлетворил.
Валера уже думал об этом, но боялся. Боялся сделать неверный шаг и потерять то, что имеет. И, еще хуже, быть осмеянным.
Теперь Валера думал о том, что может быть, стоит уехать? Далеко, чтобы просто не видеть Аллу. Расстояние сделает свое дело...
- Если позволишь, я помогу тебе, - рука жены опустилась на его.
- Что?
- Я же вижу, что ты живешь вполсилы. Думаешь только об Алле.
У Валеры по спине побежали струйки пота – неужели он рассуждал в слух?
- Что ты имеешь ввиду? Мы уже купили подарки и ей, и Диме, и ребятам.
- Я не об этом. Валер, мы вместе 15 лет. Я знаю тебя лучше себя самого. Ты нравился мне задолго до нашей встрече при переезде. Не смотри на меня так. Мы виделись пару раз до этого на семейных праздниках, когда я с родителями приезжала домой с севера и мы ходили к Алле. Но тебе было ни до кого, вот ты меня и не замечал. Когда мы начали встречаться, я решила, что Алла в прошлом или просто мне показалось, что ты в нее влюблен. Потом свадьба, начало совместной жизни, дети. Я была так счастлива, что ничего и никого не видела кроме тебя.
Валера медленно соображал. Чего-чего, а расстраивать Вику он не хотел. Она точно ни в чем не виновата. Когда он приходил в плохом настроении она никогда не лезла с расспросами и сюсюканьями. Это его тоже бесило – часто, смотря на Вику, он чувствовал себя полнейшим ничтожеством за то, что не может любить ее так, как она того заслуживает.
- Вик, я не понимаю. Я чем-то тебя обидел?
- Нет. Ты замечательный отец для наших детей, да и муж для меня. Но ты сам себе не рад. Я же вижу. Аллу не виню, ты не думай. Она и Димка тебя любят. Как друга, как родственника. Я слышала о тебе еще до того, как мы познакомились. Вы же учились вместе, потом Дима ушел в другой институт, Алла за ним, потому что влюбилась. Корысти в ней нет никакой. Димка всегда был менее удачлив, чем ты.
Валера не знал, как реагировать. Сейчас расскажет, и Вика его бросит. Что он будет делать? А может и лучше, если бросит – найдет себе нормального, который будет любить ее, а не недоступную, призрачную чужую жену.
- Вик, если ты думаешь, что у нас с Аллой что-то было… Нет. Я тебе здоровьем детей клянусь.
- Я знаю. Я тебя ни в чем не обвиняю. Я еще раз говорю – хочу тебе помочь. Возможно, после того, как ты получишь свою Аллу, ты успокоишься и мы будет с тобой жить вдвоем. Не будет у нас с тобой в постели еще и Аллы, о которой ты думаешь.
- Давай уедем. Просто уедем. Я сейчас об этом думал. Я могу работать везде. В любом городе страны. Да и в любой стране. Деньги есть. Языки знаем. Вот, многие, живут в каком-нибудь Тайланде. Тепло, хорошо.
- Нам хорошо не будет. Уехать всегда можно. Только от себя не уедешь. К бабкам больше не ходи. Не приворот это никакой. Я уверена. Знаешь, люди говорят «околдовала». Химия, может быть какая-то. Вряд ли когда-то кто-то поймет.
- И что предлагаешь ты?
- Как только вернемся, подадим на развод. Алла правил строгих, с чужим мужем ничего себе точно не позволит. Скажем, что я захотела развестись. Шлея под хвост попала. Ты начнешь изображать из себя страдальца. Женщины страдальцев любят. Алла видит, что ты все это время для семьи стараешься, а я, получается, не оценила.
Продолжение следует...