Александр Иванович записывал что-то в свой блокнот, когда распахнулась дверь, и в его кабинет вошёл капитан Володя.
- Александр Иванович, Коровин был у вас, да? Я встретился с ним в коридоре. У него был такой недовольный вид…, - капитан без приглашения сел на стул.
Глава 88
- Да, он был у меня, – подтвердил Александр Иванович, продолжая что-то записывать в блокнот. – Не понравился он мне сегодня…, - он закрыл блокнот и, положив ручку на стол, посмотрел на Владимира. – Я думаю, он знает больше… Что-то от нас он скрывает.
- Скрывает? Хм, интересно, что? А про дубликат вы его спросили? Почему он сразу нам не сказал про дубликат ключа? – спросил Владимир.
- Не сказал? А ты его спрашивал?
- Так я же не знал про дубликат, поэтому не спрашивал, - оправдывался Владимир.
- Ну, я спросил его. А он ответил, что имеет полное право не свидетельствовать против своего сына.
- О, как! Сынка выгораживает, значит. А может, мы зря на Шабаева гоним. Может всё сделал обиженный сынок? Александр Иванович, может же быть такое? А нам они подкидывают одну версию за другой, уводя следствие в другую сторону, - сказал Владимир.
- А мотив? - строго посмотрел на своего помощника Александр Иванович.
- Фирма, наследство – чем не мотив?! Папашка выставил сынка за дверь из фирмы, а тот обиделся…, - начал раскручивать новую версию Владимир и его глаза заблестели, как у собаки, напавшей на след. – Александр Иванович, я думаю, мы всё должны проверить.
- Ну, так и проверь…
**** ****
Николай, после ужина в кафе, отвёз на своей машине Анастасию домой и вернулся в отель. Сейчас, сидя в кресле после душа, он думал об Анастасии, о себе и их разговоре.
«Может зря я ей…, про себя, про Дашку…, - засомневался он, а потом решил. – Да, пусть. Лучше правда, чем сплетни. Я же ничего не придумал…, всё было так. Захочет уточнить, уточнит у Марка через две недели, - подумал он и прикрыл глаза. - Две недели…, ещё две недели я буду здесь»…
**** ****
«Три месяца назад Коровиных хотели убить. Обалдеть…, и он так просто об этом говорит! Или всё решилось? А если опасность всё ещё висит?...», – думала Анастасия.
Она сидела за столом в столовой и пила чёрный чай с цветами липы и мёдом.
В столовую пришла Клара Георгиевна и села за стол.
- Тоже будешь чай? – спросила Анастасия.
- Нет, не буду, - сказала она. – А ты снова ужинала с Коровиным?
- И ужинала и обедала. Обедала на стройке в их столовой. А что? – спокойно ответила матери Анастасия.
- В столовой? С мужиками? Дожили…, – расширились глаза от возмущения у Клары Георгиевны.
- Ну, да, в столовой, а что?
- А что? Ты ещё спрашиваешь, - продолжала возмущаться мать. - Я же тебя утром предупредила.
- Мам, мне «бла-бла-бла» твоих подруг как-то…, не буду говорить, как. А с Коровиным я работаю, понятно? - отрезала Анастасия.
- То есть, хочешь сказать, он просто так с тобой ужинать взялся каждый вечер, - покачала мать головой, - и домой на своей машине привёз…
- Аа, подсматривала? Ну, видела же, что Коровин ко мне не пристаёт. – Анастасия поставила пустую чашку на стол и встала. – Спокойной ночи, мама! – сказала она и вышла из столовой.
**** ****
Милана была в школе. Анна Ильинична на кухне чистила картошку для супа.
Лариса Васильевна ещё раз проверила содержимое своей сумки. «Кажется, всё взяла», – подумала она и с небольшим пакетом в руках пришла на кухню.
- Мам, я сейчас поеду…, - как-то неуверенно сказала она. – Вот, держи… Если что-то со мной…, вам с Миланой хватит на первое время, - она протянула пакет матери.
Анна Ильинична вытерла мокрые руки о фартук.
- Что это? – она взяла из рук дочери пакет.
- Деньги. Спрячь их и никому, слышишь, никому про них не говори.
- Украла, что ли? – растерянно спросила Анна Ильинична.
- Заработала. Тебе оставляю на хранение, - говорила Лариса Васильевна, но что-то в её голосе было не так.
Ум Анны Ильиничны отказывался понимать. Она бессильно опустилась на стул, стоящий возле стола, и в мыслях пронеслись слова дочери: «Если что-то со мной…»
- Лар, куда ты едешь и зачем? – спросила она.
- Куда? Зачем? Не знаю. Вызвали меня, - Лариса Васильевна помолчала. – Опасно там, поэтому, - она кивнула на пакет с деньгами.
- Лар, не езди никуда, останься, - с мольбой в глазах смотрела на дочку мать.
- Всё, мам, - Лариса Васильевна подошла и обняла мать за плечи. – Пока, - сказала и быстро вышла из кухни.
Анна Ильинична не сразу осознала, что бросив своё обычное «пока», её Ларка с ней так попрощалась перед своей опасной поездкой. Дошло это до неё только тогда, когда она услышала, как за Ларисой Васильевной захлопнулась входная дверь…