Глафира Сергеевна закрыла книгу и положила её на журнальный столик, встала с кресла, и подошла к окну.
«Уже август…, лето проходит…, - подумала она, заметив на зелёном газоне жёлтые листья, - а Валера так и не отдохнул…, без отпуска третий год, – она вздохнула, - какой отпуск, о чём я…, Коля в больнице, вертолёт»…
- Глафира Сергеевна, - в дверях гостиной стояла Зоя, - ужин...
- Да, да…, - отвернулась Глафира Сергеевна от окна и пошла вслед за Зоей в столовую.
Валерий Павлович уже сидел за накрытым столом. На красивой льняной скатерти лежали серебряные приборы, стояли тарелки из тонкого китайского фарфора, фужеры, открытая бутылка красного вина, и большая глубокая тарелка с салатом из свежих овощей.
Глава 16
- Вино? – спросил жену Валерий Павлович.
- Да, пожалуйста, - кивнула Глафира Сергеевна и положила себе в тарелку немного салата.
Валерий Павлович налил в бокалы вино.
Они ели салат… В столовой стояла тишина, которую нарушали лишь позвякивания ножей и вилок. Зоя принесла горячий сырный крем-суп и профитроли.
Валерий Павлович выпил вина, и зачерпнул ложкой суп.
- О, какой супчик вкусный, - оценил он, и взял в руки профитролинку. – Ты почему молчишь? – посмотрел он на жену. – Снова нездоровится?
- Нет, нет…, - махнула она рукой, - просто всё навалилось…, - ответила Глафира Сергеевна. – Валер, мы завтра к нему съездим?... Вместе… Я…
- Боишься одна? – прямо спросил Валерий Павлович.
- Да, - выдохнув, призналась она.
- Я хотел заехать к нему после работы…, позвонил Зотикову. Он сказал, что состояние Коли «стабильно- удовлетворительное» на данный момент, и приезжать не имеет смысла, Коля спит…
- Так долго спит? – удивилась она.
- Пойми, дорогая, это их метод лечения…
- И когда проснётся? – пыталась понять Глафира Сергеевна.
- Утром обещали, - Валерий Павлович налил себе ещё вина и сделал глоток.
- Валер, а что с вертолётом? Он подлежит ремонту?
- Пока не знаю, - пожал плечами Валерий Павлович и тяжело вздохнул. – Скорее всего, я куплю новый…, - махнул он рукой.
- Ну, ты же получишь страховку? Вертолёт же ты застраховал?
- Застраховал, - подтвердил Валерий Павлович и, чтоб не отвечать, начал есть суп.
« Если бы всё было так просто…, - думал он, - а тут…, отвратительная ситуация…».
Зоя принесла бифштекс с запеченными овощами, и унесла пустые тарелки.
- А мне опять эта девица звонила, спрашивала, почему её не пускают к Николаю. Знаешь, что заявила, «Мы же самые близкие люди с Колей», - передразнила она Лизу. – И ещё хватило наглости у меня просить, чтобы я ей пропуск к Коленьке организовала, - возмущалась Глафира Сергеевна.
- А ты, что ей ответила? Сказала, что это решение врачей? – отрезая кусочек бифштекса, спросил он.
- Конечно, сказала. Пропуск ей… обойдётся, - подцепила она вилкой запеченный кабачок.
- Правильно, и никаких передач, ни от неё, ни от друзей. Это не врачи, это я запрещаю, – строго сказал Валерий Павлович.
После ужина Валерий Павлович в своём кабинете поработал немного с документами, вышел в сад, погулял по тропинкам, выпустил доберманов из вольера, и пошёл в их с Глафирой Сергеевной спальню.
Глафира Сергеевна, лёжа в кровати в наушниках, слушала «Времена года» Вивальди.
**** ****
- Ну, всё, детка, иди, отсыпайся, - сказал Альберт, высаживая Лизу ранним утром у подъезда дома, где она жила в съёмной квартире.
- Пока, - смеясь, помахала она рукой и вышла из машины.
Альберт уехал.
Лиза, пошатываясь и улыбаясь, пешком поднялась на третий этаж, зашла в квартиру, закрыла дверь на ключ, сбросила босоножки, босыми ногами дошлёпала до кухни, и достала из холодильника бутылку холодной воды.
- Ух-х, хорошо, - выпила она прямо из горла.
Прихватив бутылку, пошатываясь, и натыкаясь на стены, она поплелась в спальню. Глупая улыбка не покидала её лицо. Она рухнула на кровать и мгновенно уснула.
Проспала она часов семь. Проснулась от дикой сухости в горле и с больной головой, машинально опустила руку, пошарила около кровати. Рука наткнулась на бутылку …, выпила воды и начала приходить в себя.
- О, чёрт! Я так и спала во всём этом? Да…, - стянула она с себя узкие джинсы и облегающую футболку. Не обнаружив на себе ни лифчика, ни трусов, всё так же глупо улыбаясь, она отправилась в ванную комнату.
Стоя под горячими струями воды в душе, она с трудом вспоминала вчерашний вечер и ночь, проведённую с Альбертом в роскошном отеле. Широкая кровать, множество разных по размеру и форме подушек, приглушённый свет…, и… ужин на столе…. и… вино…
- Да, мы пили вино, смеялись, а потом… - сказала она вслух.
«Однако, Альберт опытный мужик», - подумала она, вспоминая, как всё было…
Её руки скользили по телу, размазывая пышную пену, она улыбалась… В голове мелькали картинки их поз… «За одну ночь, и столько…, - промелькнула мысль и тут же возникло желание. – Ну, а что, я и сейчас хочу…», - она смывала пену.
Затем она облилась холодной водой, и мысли её начали проясняться.
«Хочу? Это же Альберт… без презерватива… А если…, - поморщилась она, осознавая величину риска, - и что тогда?» – её охватила паника.
Она вышла из душевой кабины, накинула на мокрое тело махровый халат, провела рукой по запотевшему зеркалу.
«Кошмар! Ну и видок…, - смотрела она на своё отражение, на синие круги под глазами, -
Это что? Я? Что это со мной? Как так? Почему? Мы же с ним договаривались о другом. Вот гад! А я? Идиотка, думала, пожрать в рестике…, а это… откуда отель.., - в голове её хороводом крутились мысли. – И что теперь?» – задала она себе вопрос, и сжала руками трещащую от боли голову.
- Надо поесть, - заявила она вслух и отправилась на кухню.
Через силу она съела бутерброд, выпила сладкий чай и, испытывая полное опустошение, отправилась снова в кровать. Мысли о вчерашнем дне не отпускали её.
«Вот ведь, сухарь, мог бы всё рассказать, и тогда бы ничего не случилось, - вспомнила она короткий разговор с Марком. – Да, но этот сухарь мне не по зубам, - оценила она свои силы. – Не Колька он, - она поправила подушку под головой и закрыла глаза, пытаясь заснуть, но услышала, как открылась дверь её квартиры. – Хозяйка? Нет, она не приходит по вечерам, и обычно звонит. Тогда кто?» – вся сжалась она.
- Лиза, ты дома? – раздался знакомый голос. Лиза выдохнула из себя весь воздух…