Разграбленная задолго до них кофейня сразу стала неуютной и чужой, а обнаруженная коробка с почти не выдохшимся кофе больше не навевала иллюзию, что вот-вот вернётся живой и чертовски обаятельный бариста и любезно предложит им заодно выбрать десерт и присесть где-нибудь в уголке. Катя страшно побледнела, стиснув немного распухшие пальцы на вскрытой ею упаковке, и возразила, требовательно взирая на онемевшую компанию и нарочно растягивая слова:
— Ну чего вы так смотрите? Я должна была позволить ему впустить псов? Да вы сами не колебались бы ни секунды, спасая друг друга! А я, между прочим, защищала не только вас и себя, но и малыша, — она с яростью стукнула приоткрытой ёмкостью по затянутой паутиной стойке, чуть рассыпав драгоценные зёрна, и водрузила руки на торчащий живот, как на последний аргумент. — Лучше бы спасибо сказали.
И никто не посмел возразить, глядя в её сухие и горящие гневом глаза, только Рома ворчливо поправил пряди, упавшие на её взмокший от бегства лоб, и укоризненно покачал головой остальным.
Позже, когда они устроились на вынужденный ночлег в помещении на втором этаже, с диваном для Кати и парой кресел и притащенной из примерочной банкеткой для остальных, в кромешной тьме прозвучал вопрос, который так или иначе волновал всех.
Кто играет в человечков? (начало, назад)
— Почему этого мальчика пёс не трогал? Такое разве бывает? Я думал, они на всех нападают, — Говорун пристально смотрел туда, где, судя приспособившемуся к темноте зрению, возвышался Катин силуэт.
За неё ответил Рома:
— Если честно, не знаю. Надеюсь, нам и не придётся выяснять детали. Что-то не так с этим городом. Совсем не так. Очень неправильно.
После своего часа караула Говорун долго ворочался и уже сквозь сон почувствовал, как что-то происходит. Лёгкие, невесомые шаги внизу и странный шелест. Он рывком присел и разлепил глаза, непонимающе оглядываясь на поникшую от усталости Зину. Она прижала палец к губам и неслышно выдохнула:
— Что-то там есть. Я уверена. Ты вовремя проснулся, — Зина вытянула ногу и легонько толкнула Червя, а тот сгруппировался и приподнялся так естественно, словно ждал лишь приказа.
Внизу всё стихло, но коридоры здания наполнились ощущением чужого присутствия, как будто несколько пар глаз буравили их со спины. Червь мягко вскочил, чтобы скользнуть к дверному проёму, и мгновенно получил удар в грудь чем-то маленьким и белым — нападавший был невысокого роста, но целил наверняка. Червь потянулся вынуть дротик, но кончик оперения так и остался торчать, а он обмяк и рухнул на пол, коротко застонав.
— Никому не двигаться, — звонко сообщил девичий голос, — следующий не парализует, а прикончит, так что не советую злить меня.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
Фигура в капюшоне приблизилась и снова замерла.
— Вообще-то я бы не откладывала вашу отправку к праотцам, но у меня есть кое-какие вопросы.
— Кто ты такая? — спросил Рома, плавно закрывая собой моргающую Катю.
— Ты ошибся, мужик. Вопросы у меня, а не у вас. И лучше спросите, кто я тому парню, которого вы хладнокровно прихлопнули в метро вместе с щенком. Так вот, я его сестра. Вам ясно?
— Нам ясно, — Говорун осторожно кивнул на диван, — и у нас есть беременная женщина.
— Эта, что ли? — луч света вспыхнул и упёрся в Катю. — Я её видела. Бегает круто. Живот хоть всамделишный?
— Ты совсем ещё молодая, да? — Катя прищурилась. — Не умеешь отличать?
— А мне и не надо. Вы просто звери.
— Он хотел натравить на нас псов, — прорычал Рома.
— Да и я тоже до сих пор хочу, — девушка стояла как раз там, где её нельзя было достать, и вдруг протяжно свистнула, — не буду скрывать. Они как раз со мной, мои пёсики.
Шелест повторился и теперь за витриной одна за другой появились тени, а Зина охнула.
Их было много — целая стая больших псов, сливающихся с темнотой и различимых только на фоне белоснежной рекламы, красующейся напротив кабинета.
— Что, уже не такие смелые? — девушка вздёрнула нос. — Отлично, тогда выкладывайте, вас зачем принесло в Москву? Сюда давно уже никто не совался добровольно.