Случается в жизни, когда не понять: что же пошло не так? Почему вышло то, к чему не было никаких предпосылок?
Принято считать, что неправильное детство накладывает изрядный отпечаток на склад личности. Не бедное, не отягченное болезнями либо социальными потрясениями, а - неправильное. Но у Георга, принца Уэльского, впоследствии идущего за номером Четвертым, детство было самое правильное, какое только можно представить. В многодетных семьях (младшие три брата - погодки) развивается чувство товарищества, даже старший не может ощущать себя пупом Земли. Родители уделяли детям много внимания, больше, чем это обыкновенно бывает в правящих домах. Большую часть времени дети проводили в загородной резиденции, сколько угодно игр на свежем воздухе, возня с домашними животными, посильный сельский труд. Их приучали к разумной скромности. Конечно, мальчиков отец иной раз порол, но найдите в осьмнадцатом веке хоть одну семью, где бы подобное упражнение не считалось воспитательно полезным? Главное же - наказания были честными, за дело. Да, опасаясь ганноверской склонности к ожирению, король установил строгую диету. Рыба, нежирное мясо, яйца, молоко, гренки только на завтрак и без масла, побольше фруктов и зелени. С яблочного пирога было велено срезать корочки. Но пищевые ограничения обидны если несправедливы. Но если и сам папа и вся детская на диете, то опять же всё честно. Учителя у детей были самые лучшие, умели вызвать интерес к предмету, поэтому учение всем давалось легко. Фальшь убивает любые нравоучения, но этим-то детям родители показывали честный пример добродетельного супружества!
(Кстати, еще штрих к портрету королевы Шарлотты, которая де "безликая наседка, только рожала да рожала". По дороге в Англию сильно штормило, в какой-то момент положение казалось весьма тревожным. Фрейлины и служанки сбились в перепуганную кучу, завскрикивали, заахали, кто-то изготовился падать в обморок. И тут семнадцатилетняя принцесса села за свой любимый клавесин, который везла из дому, и - заиграла. Так и музицировала, покуда шторм не утих).
Словом - у принца Уэльского было всё, чтобы он вырос ответственным, добродельным, порядочным человеком. Почему же вышло совсем иначе? Почему принц в самом юном возрасте пустился в любовные шашни, а, едва получив право самостоятельного существования, сделался безудержным мотом, кутилой, картёжником, хамом по отношению к родителям? (Сколько раз, впрочем, наделав долгов, он вдруг становился мил, уважителен, сознавал свои ошибки, намеревался взяться за ум... И тут же забывал об этом: до следующей атаки кредиторов).
Женщины занимали в его жизни самое большое место. Не знаю, можно ли назвать принца Георга развратником, я бы не назвала. Откровенный и циничный разврат ради наслаждений был ему чужд. Принц непременно влюблялся. Влюблялся неистово, безумно, самозабвенно... и ненадолго. В религиозном смысле, пожалуй, разницы и нет, грех исчисляется фактом. Но всё же, чисто человечески, романтическая обёртка дело облагораживает. Чтобы как-то скрывать свои страсти от публики - это было не для Георга. Лондон наблюдал его любовные эпопеи не с меньшим интересом, чем модные театральные постановки.
Но, пожалуй, в больший упрек, чем женолюбие, Георгу можно поставить другое. Он в своей жизни играл не по правилам.
Тут мы обращаемся к истории отношений принца с Марией Фитцгерберт. В какой мере юный повеса действительно так полюбил эту женщину, что несколько лет добивался ее благосклонности, не смотрел ни на какую другую? Безусловно, это была любовь. Хотя нельзя сбросить со счетов то, что избалованное обожанием света великовозрастное дитя впервые столкнулось со словом "нет". Как это возможно - не получить того, чего хочется? Мир перевернулся, в нем стало невозможно жить. Это также отчасти объясняет его настойчивость.
Мария Фитцгерберт (в девичестве Смит) была не такой, как другие. Прежде всего она происходила из старинной католической семьи, сохранившей свою веру и принципы. Мария получила традиционное монастырское образование во Франции. Она вдовствовала, но ее принципы категорически отвергали внебрачные связи. Очень нетипично, когда и мужьям-то изменяли с легкостью необыкновенной, а тут - свободная ж женщина... Ненормальная какая-то.
Отличилась от прочих Мария и внешне. Она категорически не желала пудрить свои красивые золотистые локоны и засовывать в них подушки. (По этой причине от работы над ее портретом отказался восхитительный Гейнсборо). Имея приятный и здоровый цвет лица, она также не видела необходимости в том, чтобы шпаклевать кожу свинцовыми белилами и полировать поверх румянами. Она сразу бросалась в глаза, всем.
Принц стоял под ее окнами, принц заманивал ее в коварные ловушки, принц писал душераздирающие письма, принц умолял... Вне сомнения, Георг обладал незаурядным физическим магнетизмом. Люди этого склада, кроме того, бывают невероятно трогательны, когда о чем-то просят. Ну и, невозможно отрицать, принц был блестящим собеседником, образованным любителем искусства, умел подчеркнуть свою красоту изысканной одеждой (хотя, сорвавшись с отцовской диеты, начинал уже полнеть и прятал прорастающий второй подбородок под нарочно изобретенным галстуком). Женское сердце не камень. Но Мария имела религиозные принципы.
Пострадает и угомонится. Мария решилась надолго уехать за границу, притом она старательно скрывала свои маршруты. Но рано или поздно ее местопребывание делалось известным. Не имея возможности покинуть страну, принц засыпал возлюбленную новыми и новыми трогательными посланиями. Не забывает? Не хочет забыть? Значит это в самом деле любовь?...
И мы подходим к той самой "игре не по правилам". Имелось: Георг трижды не может жениться на Марии. Первое: наследник престола не может жениться на вдове, только на девице, (это правило уходит в древние сакральные глубины). Второе: до достижения 25 лет члены правящего дома по закону не могли жениться без разрешения короля, каковое, конечно, не было бы дано. Третьи и самое главное: ежели ты Ганновер, и заявляешь, что считаешь антикатолические санкции незаконными (а именно это принц и говорил), тем самым ты провозглашаешь себя самозванцем, ибо на чем твои-то во дворец въехали, каким пунктом законных обошли?
Перед Георгом было два честных варианта. 1. Забыть Марию. 2. Отказаться от права наследования в пользу следующего по линейке из братьев, вступить с любимой женщиной в открытый брак.
Он нашел третий вариант. Склонил Марию к тайному венчанию. Все шло чин-чином, на венчании присутствовали лично принцем приглашенные мужчины из семьи невесты. (Поначалу настороженные, но этот Георг, теперь родственник, он так мил! Вдруг и вправду сумеет, окрыленный любовью, впоследствии вспомнить о справедливости? Прекратит гонения? Ну а не получится - откажется от трона, всяко благородный пример).
Пожалуй, получилось длиннее, чем я думала, и об обстоятельствах дальнейших - уже не сегодня.
изображения из открытого доступа