Наряду с пехотными касками, пехотными панцирями, для позиционной войны, были вновь изобретены и пехотные щиты.
В первую очередь, военных и промышленников, подкупала простота изготовления и низкая стоимость. И в самом деле — прямоугольный железный лист, не требовал сложной штамповки или гибки. Обрезал, по размеру, приклепал рукоятки или колесики, покрасил — и в бой!
Даже сэр Конан Дойль, бомбардировал британское военное министерство, в надежде укрыть атакующих «томми», бронещитами своей конструкции.
Как и в случае с панцирями и касками, вновь произошло "воспоминание давно забытого старого". Большие осадные щиты, применялись и в Античности и в Средние века, в полевом сражении, и при штурме\осаде крепостей, как легко возводимое, т.е. переносное с места на место укрытие. Щиты, сделанные из прочного дерева, оббитого не менее прочной дублёной бычьей шкурой, иногда армированные железными полосами, защищали от стрел и болтов. Впрочем появление мушкетов, быстро свело на ноль защиту из дерева против 50ти граммовой свинцовой "маслины".
Прошли века и в начале 20 века, вновь стали возводить обширные земляные крепости.
Уже осенью 14 года, во время грандиозного маневренного сражения, получившего название "Бег к Морю", линия фронта стабилизировалась и начала углубляться в землю, первыми неглубокими траншеями.
Которые были достаточно просто устройства - просто глубокая канава с бруствером. И на скорую руку обустроенными стрелковым ячейками и пулемётными точками.
Впереди, ближе всего к противнику располагались передовые дозоры. В неглубогих поначалу укрытиях, замаскированные под развалины дома, холмик, группу кустов, и прочее. Позднее они превратились в небольшие земляные крепости, состоявшие из нескольких защищённых огневых точек, расчёты которых располагались в глубоких блиндажах, и с основной линией окопов, эти "секреты" соединялись глубокими, часто подземными ходами сообщения.
В отдалении нескольких сот метров за ними, находилась основная, а позже вторая линия укреплений, с более прочными укреплениями, с окопами полного профиля.
Всё это полуподземное хозяйство постоянно углублялось, разветвлялось, обрастало укрытиями для стрелков, минометными позициями , отхожими "кабинетами" и дренажной системой, для отвода дождевой и грунтовой воды, и "биологических жидкостей".
С защищёнными блиндажами где отдыхала передовая смена. Первая линия состояла из 3-4 линий окопов, располагавшихся на расстоянии 100-150 метров друг от друга. Далее, в полукилометре или больше - до полутора километра - располагалась резервная линия окопов и укреплений. с орудийными позициями, с передовыми штабами, с резервной сменой для передовой линии.
Постепенно количество окопов стало перерастать в качество. Их превращали в мощные укрепления. С глубокими блиндажами, похожими на погреба, укрытые накатами сначала в 3-4-5 брёвен, а позже толщина укреплённого потолка доходила до десятка метров.
Система огневых позиций, пулемётов, миномётов и полевых орудий, многократно перекрывала перекрёстным огнём все подступы.
Но пока линия обороны росла в ширь и в глубь, защищаясь от артиллерийских снарядов постоянно растущих в калибре и массе, на самом верху этих подземных крепостей, оставалось много работы для простой пехоты. Наблюдение, корректировка, реконгносцировка, да просто подышать чистым воздухом...
Ну и боевые будни - встать, перебраться через бруствер и пойти в атаку или на штурм. Или занять место у амбразуры и винтовочно-пулемётным огнем отражать атаку или штурм противника?
При этом, чтобы вывести из строя пехотинца, было достаточно одного попадания кусочка свинца массой в 7-10 грамм...
Другими словами, выбравшись на свежий воздух, солдат становился лёгкой мишенью для вражеских снайперов, вражеской шрапнели и вражеских пулемётов, пристально наблюдавших за линией фронта.
В этой ситуации с зимы 1914\15 годов и стали применять употреблять большие бронещиты. Как кустарные, так и вполне фабричного производства. Иногда называемые в литературе "коллективное средство защиты". Сборный и относительно мобильный бронещит позволял сделать надёжное укрытие, вдобавок из-за компактности, легко возводимое и легко маскируемое.
Устанавливали щиты на бруствере окопа. Часто для дополнительной защиты прикапывая его в насыпи на бруствере. По возможности - щит маскировали кустами.
Для наблюдения за местностью, и стрельбы щит имел амбразуры.
В целом такая комбинированная защита была предпочтительнее, чем только земляных укрытий.
Она проще возводилась, была более устойчива к воздействию стрелкового оружия, и даже могла выдерживать снаряды полевых орудий калибром до 75-76мм.
Почти сразу, эти щиты пытались приспособить для атаки. Ведь боевая работа на фронте состоит не только в том, чтобы прятаться в копах, бункерах и ДЗОТах.
Но и в атаках и штурмах. Когда солдаты выходят на открытое со всех сторон "ничейное" поле, и двигаются в сторону противника.
И тут уже на первый план выходила нужда другого плана. Нужно было сделать так, чтобы щит мог двигаться вместе с пехотой, укрывая её за своей стальной стеной от пуль и осколков.
Один из таких щитов получился в процессе опытов над гусеничным бронетанком.
Педрейл Транспорт компани, предлагая Британскому военному министерству машину для преодоления вражеских окопов, показала "демонстратор технологий", состоящий из гусеничной тележки с "ручным приводом", и большого пехотного щита.
Всё устройство можно было катить перед отделением или взводом пехоты. Чем достигалась защита по фронту от огня противника.
Но далее разработчик увяз в создании механического танка и идею "педального коня щита" отбросил за ненадобностью.
Быстровозводимые щиты разной конструкции, казалось были удачным решением. Перед атакой, такой щит можно было за несколько минут составить на виду у противника, под прикрытием своего арт.огня. После чего укрывшиеся за щитом меткие стрелки, поддерживали атаку своей пехоты огнём по открывавшимся целям. Буквально засыпая врага свинцовым ливнем.
После преодоления какого-то рубежа вражеской обороны, такой щит нужно было разобрать и перенести на новую позицию, и смонтировав там, "полить" винтовочным огнём, новые цели.
Создавались подобные конструкции и в России. Большой щит "групповой защиты" установленный на железные колёса, можно было перекатывать с места на место.
Идея была безусловно здравая.
Но к моменту её реализации, ситуация резко изменилась. Стали появляться мобильные средства борьбы с такими целями.
В первую очередь, в борьбу с щитами включилась полевая артиллерия, те самые "косы смерти" калибра 75-76мм. Которые засыпали шрапнелью полевые укрепление противника. И хотя стрельба на большую дистанцию - для того периода, это 3-4 километра - не была слишком точной, выпустив в примерный район расположения щита полсотни - сто снарядов, был шанс снести щит вместе с засевшими за ним стрелками.
И пока снарядов было много, такой способ противодействия устраивал всех. Артиллеристы в итоге уничтожали цель и получали благодарность командования.
Подвергшиеся обстрелу, при первых близких разрывах, успевали спрятаться в более прочное укрытие. И получали благодарность непосредственного командира за сохранность солдат.
Страдал только железный щит.
Но к лету 1915 года, нехватка снарядов всех типов, привела к "снарядному голоду" у всех противоборствующих сторон. И про бесконтрольное "высыпание" снарядов по каждой мелкой цели пришлось забыть.
Кроме того, на фронт "пришли" дальнобойные орудия калибром в 107-152мм, которые изгнали "косы смерти" подальше от передовой линии окопов, или в такие укрытия, из которых стрелять по каждому щиту было значительно сложнее.
Грозные и смертоносные "косы смерти" бодренько попрятались в полевые укрытия из земли и палок бревен. На удалении в несколько километров от передовых окопов. Откуда доставать каждую цель стало сложнее и опаснее, засечённая врагом позиция сразу накрывалась огнем дальнобойных орудий более крупного калибра.
Выход нашли в создании лёгкого пехотного орудия, массой равной массе станкового пулемёта. Такая пушечка, размещённая прямо в передовом окопе, уверенно и с высокой точностью боролась с теми самыми щитами.
4-5-6мм брони в таких щитах, не были серьёзной преградой даже для 37мм снаряда.
Не было проблемой с 400-500 метров, "закинуть" маленький, около одного килограмма, фугасный снаряд-гранату в широкую амбразуру пулемётного ДЗОТ.
В 1915 году австро-венгерское военное командование заказывает конструкторам предприятия «Шкода» такую пушку, и уже в ноябре опытный образец успешно проходит испытания на Юго-Западном фронте. Немедленно в начале 1916 года делается заказ на изготовление 1000 орудий этой системы, и вскоре 37-мм пехотная пушка начала поступать в войска.
Аналогичной австрийской "станковой пушке" создавалась и французская 37мм "Пюто". Французам тоже нужно было орудие, стреляющее прямой наводкой, способным пробить земляные укрепления и подавить пулеметные гнезда, оборудованные бронированными щитками. Часто эти малокалиберные пушки использовались в передовых линиях, при штурме\атаке или во время обороны. Как средство сопровождения или поддержки пехоты. Легкая и небольшая, пушка могла действовать из траншей, воронок, то есть вместе с пехотой, решая возникающие в бою задачи по поражению огневых точек. Эти задачи решались фугасной и трассирующей гранатой, последняя позволяла проследить траекторию полета и облегчала корректировку.
Дальность стрельбы орудия достигала 3000 метров. Но эффективную точную стрельбу можно было вести на 2200 метров.
Для примера приведем противоположное мнение об эффективности малокалиберных пехотных пушек (правда, германских) из книги А. А. Свечина «Искусство вождения полка»: «…у немцев выделялась одна скорострельная 37-миллиметровая пушка, прятавшаяся в кустах в 2000 шагах перед моим правым флангом и яростно метавшая свои безобидные гранаты в мои правофланговые роты; она расстреляла в течение 3 часов 2 или 3 сотни гранат, но никого не обидела. Эта пушка представляла в полном смысле слова профанацию артиллерии; слабый звук взрыва ее снарядов вызывал хохот стрелков, переживших за 3 дня перед этим упорное долбление их 40-килограммовыми гаубичными бомбами. Я проезжал неподалеку за фронтом, на линии ротных поддержек. Пушчонка привязалась ко мне и долго преследовала меня своим огнем, пока я не уехал за пределы ее дальности. Иные гранаты падали в 6-7 шагах, лошадь иногда фыркала, а стрелки располагали неистощимым запасом острот для каждого нового плевка немецкой пушечки. После этого опыта я и по сю пору не являюсь сторонником 37-мм калибра для батальонной артиллерии».
Ну что тут сказать. Генеральская шишка, живущая в Генштабе далеко от фронта, не имеющая представления о окопной жизни, может конечно смеяться - с безопасной дистанции - над "слабенькими" гранатами окопной пушки.
Зато солдатам, живущим "на передке", эта "несерьёзная" но злая пушечка, доставляла вполне смертельные неудобства. Поживи Свечин в окопах, под непрерывной угрозой обстрела из такой "несерьёзной профанации" - какими словами он разукрасил бы свое повествование?
Две или три сотни снарядов, были выпущены не без пользы. Загоняя окопников в глубокие блиндажи, и не давая им высунуть и носа. Такая тактика, впоследствии применялась Вермахтом в 41 году, против мелких окопов красноармейцев. Засыпая минами ротных миномётов - 50мм, на первый взгляд, смешными и несерьёзными, тем не менее добивались, ухода защитников с этого фланга. После чего штурмовая пехота заходила на позицию и начинала "сворачивать" ослабевшую оборону к центру.
Ранее опубликовано:
Спасибо за внимание, лайки и подписку.
Все фотографии взяты из открытых источников интернет.