"Я приходил к тебе река.
Прощай река. Дрожит рука.
Ты вся блестела, вся текла,
и я стоял перед тобой,
в кафтан одетый из стекла,
и слушал твой речной прибой.
Как сладко было мне входить
в тебя, и снова выходить.
Как сладко было мне входить
в себя, и снова выходить,
где как чижи дубы шумели,
дубы безумные умели
дубы шуметь лишь еле-еле..." Александр Введенский "Где? "
Я давно не был у Бори Драгилева на спектакли. Да и вообще давно не общался с ним непосредственно. А ещё я давно хотел увидеть его "Кругом возможно Ох... " на стихи Александра Введенского. Я помню, как он на моей кухни показал "Ёлку у Ивановых"... Это было какое-то волшебство с превращениями. Вращениями всего возможного и невозможного. Представляемого и не представимого. И вот большая удача... Боря приехал в Москву. Он привёз именно Введенского и " Кругом..." На какой-то фестиваль в Доме Толстого на Спиридоновке. Дом тоже по своему историчен и важен для меня. Здесь находился офис компании QIWI и её главного акционера (по совместительству СЕО) Сергея Солонина. С нашего знакомства, можно считать, началась история GopiusStoryBANK а.
Оставалось только дождаться этого со-бытия. И внять ему...
Началось всё просто. Со слов... ""Я приходил к тебе река. Прощай река. Дрожит рука. Ты вся блестела, вся текла, и я стоял перед тобой, в кафтан одетый из стекла, и слушал твой речной прибой... " А дальше ритуальный наговор Введенского, сменяемый историями Драгилева. В этих историях автор разбирался со смертью. Что это? Как это? Зачем это? И когда эти истории сплетались в единый текст с особой реальностью ВВеденского смерть и Бог как будто становились единым текстом. И сложно было однозначно сказать: "Кругом возможно смерть" или "Кругом возможно Бог". А, может быть... Ох...
Это была не слишком длинная служба, внутри которой смерть, как и полагается была побеждена. Очень просто. Без эпических битв. Но, с помощью опавшей листвы и маленького сына.
И окончилось всё также, как и полагается... С того, с чего всё началось... "Я приходил к тебе река. Прощай река. Дрожит рука. Ты вся блестела, вся текла, и я стоял перед тобой, в кафтан одетый из стекла, и слушал твой речной прибой. Как сладко было мне входить в тебя, и снова выходить. Как сладко было мне входить в себя, и снова выходить, где как чижи дубы шумели, дубы безумные умели дубы шуметь лишь еле-еле..." Только теперь, совершенно очевидно, рекой становился весь зрительный зал, который и помог провести всю эту сторителлинговскую литургию. А Рассказчик благодарил её за единую созданную совместно с ней Историю. Единые миф, ритуал и жертвоприношение...
И тебе, Боря, спасибо. И Введенскому спасибо! И спасиБог!!!
