Он свалился на нашу голову, как небольшой метеорит.
Дымный шлейф от его сигары только подтверждал теорию Большого взрыва. Оставив глубокий кратер на гостевом диване, он одарил мою секретаршу оскалом уже пожелтевшего фарфора и ввалился ко мне в кабинет. Упиваясь торжествующим видом, этот наглец уселся напротив и пододвинул к себе стоящую на столе для совещаний хрустальную конфетницу, приняв её за пепельницу. Хотя там лежали визитки нашей киностудии и несколько леденцов.
Я понял, что отвертеться от посетителя по-быстрому не удастся. Да и от гостя он отличался кардинально, поскольку вёл себя развязно и напористо, всем своим видом указывая, кто хозяин возникшей ситуации.
– Это будет бомба!.. – громогласно заявил он без всяких прелюдий.
Я предпринял отчаянную попытку предотвратить неминуемый апокалипсис:
– Вы – пиротехник? – хотя был в курсе специализации незваного визитёра.
– Вы не поняли?! Я – Вольдемар Мотелье. Режиссёр. Слыхали о таком?
– Разумеется, – подтвердил я, предусмотрительно не углубляясь в детали и помня о его скандальной натуре с репутацией гения.
– Тогда к делу, – Вольдемар ввинтил окурок в конфетницу, чем окончательно развеял клубы едкого дыма и мои надежды на спасение от предстоящего кошмара…
***
Наша съёмочная группа высадилась на дикой планете Чиос, название которой с трудом разыскивалось даже на детальной карте звёздного неба. Если бы мне доверили монтировать трейлер этой экспедиции, то он бы начинался с титров:
«Где-то в созвездии Гончих Псов…»
Натура для съемок была выбрана весьма удачно. Бескрайняя пустыня и три разноцветных солнца. Что досконально соответствовало названию и сюжету будущего фильма.
Первое солнце слепило глаза стерильной белизной и позволяло снимать сцены без прожекторов. Второе было красным. Сущая находка для кровавых эпизодов. Густой фон зелёного светила вполне тянул на хромакей. Намеченный режиссёром съёмочный график зависел теперь только от загорающегося сигнала солнечного светофора.
Вольдемар был счастлив и прикуривал сигары от раскалённого песка…
В полёте к месту съёмки я внимательно изучил сценарий, написанный самим Мотелье. Но больше всего меня поразил состав актёров. Вольдемар не стал заморачиваться с пробами. Он подготовился к воплощению собственного замысла, разглядывая актёрские портфолио в межгалактическом реестре. Где были представлены звёзды кино самой разной величины.
Среди героев фильма особо выделялся Ид Саа. Малоизвестный актёр, игравший эту роль, оказался трёхголовым аборигеном планеты Альфа Бздых. Его подлинные данные не поддавались никакой лингвистической обработке. Поэтому все обращались к нему по имени персонажа, которого он играл. Вольдемар же частенько обзывал его идиотом. Что чрезвычайно обижало актёра, но безмерно веселило съемочную группу.
‒ Ид, чёрт тебя побери! ‒ кричал режиссёр в разгар неудачной репетиции, ‒ Иди на исходную точку! Ты не Ид, пардон за идиому, ты идиот!..
Однажды в одной из сцен с участием Ида произошла техническая накладка. Чтобы сразу три его головы торчали из бархана, требовалось вырыть глубокую яму. Грунт на съёмочной площадке формировался не один миллион лет. Пришлось арендовать лазерный бур. За пару часов образовалось достаточное углубление. Куда и погрузили треглавого Ида, сровняв края вырытого кратера с линией горизонта отработанным песком. На поверхности маячили лишь блестящие на закате первого солнца три лысые черепушки.
Пока шли последние приготовления к дублю, головы успели переругаться. Причиной скандала стало обидное прозвище, в очередной раз употреблённое Вольдемаром. Возмущённая троица никак не могла решить, к кому оно относится персонально. Драки удалось избежать лишь потому, что руки владельца скандальных голосов находились глубоко в песке и не могли заткнуть рты оппонентам. К удивлению съёмочной группы, подобные эксцессы вполне удовлетворяли креативного режиссёра.
Мотелье был в восторге. После чего извинялся и уходил в себя, пуская дымовую завесу…
На роль главного героя, которого по сценарию звали Иов Сукх, Вольдемар выбрал актёра из туманности с длинным перечнем латиницы и римских цифр. Им оказался брутального вида инопланетянин с седой прической, напоминающей форменную фуражку, где вместо околыша красовался налитый кровью глаз. По мнению режиссёра, это стало пресловутой изюминкой его галактического вестерна.
Когда Мотелье впервые встретился с ведущим актёром, то по-дружески обнял его и напутствовал отеческим тоном:
‒ Парень, ты рождён для роли наёмника! Тебе даже каскадёры ни к чему.
Режиссёр как в видоискатель глядел. Уникальная анатомическая особенность позволяла Сукху вести прицельную стрельбу из крупнокалиберного бластера, не зажмуривая второй глаз, который располагался на затылке. Кроме того, обладатель уникального зрения, мог круглосуточно сидеть в засаде, не полагаясь на смену караула. Пока одно всевидящее око по графику отсыпалось, другое вело наружное наблюдение.
Вольдемар потирал руки и разворачивал новую сигару…
А сюжет, придуманный им, развёртывался в пустыне, как финал планетарной трагедии. В клановой вражде бздыхов с курапачами на планете Чиос царили анархия и произвол. Причём в последней стадии конфликта обе стихии гражданского противостояния поменялись местами. Анархия приняла произвольный характер, а произвол приобрёл анархические черты.
Лозунг ‒ « Грабь награбленное!» ‒ утратил всякую актуальность. Поскольку грабители и жертвы уже не соображали, кто кому и кем приходится. Такая неразбериха произошла потому, что нажитое непосильным грабежом добро переходило из рук в руки неоднократно. В зависимости от военной удачи. Изначальный же статус-кво права обладания канул в Лету из-за срока давности причины вспыхнувшей междоусобицы.
Единственными свидетелями раскола бздыхов и курапачей были древние старцы, которых Вольдемар умудрился нарыть в окрестных катакомбах. Иногда аксакалы появлялись в кадре на развалинах не понятно чего и вели неспешную беседу:
‒ Хорошо сидим, бздыхи!
‒ Ты, уважаемый, попутал солнца. Сейчас время курапачей.
‒ Клянусь Всевышним, их светило никогда не взойдёт над пустыней.
‒ Не гневи небеса, несчастный! Видишь облако пыли на востоке? Это курапачи едут вырезать твой поганый язык…
Эпизод с перебранкой аксакалов изредка повторялся по ходу сюжета. С той лишь разницей, кому из враждующих сторон предстояло провести экзекуцию. Камера поворачивалась в сторону горизонта и крупным планом фиксировала восход нового солнца.
Мотелье на этом моменте останавливал мотор и объявлял перекур…
Главным злодеем фильма по праву считался сам режиссёр, но роль главаря бандитской шайки Лабуды он доверил своему брату‐близнецу. Тот был точной копией Вольдемара, только некурящий. Однако отсутствие этой дурной привычки близнец с лихвой компенсировал множеством гнусных проделок по ходу экранизированной пьесы. На подмогу ему была приставлена вооружённая до зубов кавалерия. Где Мотелье раздобыл настоящих кентавров, известно одному богу, покровительствующему этому забытому самим чёртом уголку галактики.
Скрывая свою злобную натуру под маской предводителя бандитов, брательник режиссёра отыгрывался на всём, чего касалась сюжетная линия. Он норовил непременно что-нибудь подпалить, взорвать или, на худой конец, присвоить. Стоит отметить, что его диверсионная деятельность часто выходила за рамки сценария и распространялась на съёмочную группу. Если режиссёр делал родственнику деликатное замечание, тот, не выходя из злодейского образа, насмешливо парировал:
‒ Как прикажешь тебя понимать, Вольдемар? Не в этом ли, брат, сила искусства?
Братишка невнятно отшучивался и прикуривал одну сигару от другой…
Очередной скандал, как водится в актёрской среде, разразился на сексуальной почве. Любвеобильный Лабуда по сценарию владел многочисленным гаремом. Отборные самочки, собранные Вольдемаром по кулуарам галактических конкурсов красоты, будоражили воображение всей мужской половины съёмочной группы.
Будучи заинтересованным лицом, приближенным к режиссёру, похотливый братец вознамерился воспользоваться правом собственника. К чему и приступил под покровом темноты между вторым и третьим солнцем. Но осуществить задуманное не удалось по технической причине. Нет, герой‐любовник отнюдь не посрамился в мощном либидо. Всё оказалось гораздо прозаичнее. Мирно посапывающие красотки были наглухо запаяны в облегающих стройные тела скафандрах с тонированными шлемами.
‒ Как прикажешь это соблазнять, Вольдемар? ‒ спросил прибежавшего на шум брата разгневанный неудачей сердцеед.
Мотелье только махнул рукой и начал перекличку гарема, перекатывая во рту незажжённую сигару…
Дело в том, что предприимчивый режиссёр выпросил у старого знакомого бригаду моделей, ожидающих конкурса Мисс Венера. Почётные звания учреждались каждые пять лет в честь венерианских кратеров, названных девичьими именами. Претендентки на девять молибденовых корон должны были им соответствовать. Пока проводилась проверка на подлинность личностей конкурсанток, те томились в гостевом модуле, сокрытые от посторонних глаз.
Вольдемар предложил им развеяться на своих съёмках, сохраняя инкогнито и неприкосновенность. Истосковавшиеся в замкнутом пространстве девицы обрадовались неожиданному развлечению и атаковали своего опекуна, который с лёгкостью согласился сбагрить в аренду ходовой товар.
‒ Отвечаешь за них головой! ‒ напутствовал режиссёра обрадованный экономией куратор, прикрепляя к договору список красоток.
Вольдемар проникся ответственностью не на шутку, поскольку уступал Иду в количестве голов на плечах. Мотелье доставил запакованных в скафандры моделей на планету Чиос и поселил вблизи своей палатки, каждые восемь часов сверяясь с приложенной к моделям бумажкой.
Список выглядел так:
Хра Зу ‒ Мисс Центавра
Ла Лэй ‒ Мисс Андромеды
Рина За ‒ Мисс Большой Медведицы
Зель Гю ‒ Мисс Персея
Миля Джа ‒ Мисс Волопаса
Аида С ‒ Мисс Северной Короны
Фия Зуль ‒ Мисс Водолея
Иза Хаф ‒ Мисс Эридана
Чатай Гуль ‒ Мисс Южного Креста
С последней моделью режиссёр и увязывал финальный эпизод фильма. По замыслу Мотелье, она была разменной монетой в торге Сукха с Лабудой. Главарь требовал отдать ему самую молодую наложницу, а бывалый вояка пожелал взамен табун воинственных кентавров.
‒ Как прикажешь тебя понимать, Сукх? ‒ бесновался Лабуда, возмущённый предметом обмена.
‒ А зачем тебе эта обуза? ‒ резонно разъяснял ветеран локальных конфликтов, ‒ Всё равно они в корабль не поместятся. А так ты получаешь красавицу‐жену и полные отсеки награбленных сокровищ. Что ещё нужно для сытой старости?..
Предприимчивый и рачительный Сукх рассчитывал впоследствии использовать разоружённых кентавров для возделывания орошаемых песков. На Чатай Гюль у него были другие планы. Финал сулил замысловатую интригу и драматическую развязку.
Вольдемар волновался и выкуривал сигары одну за другой…
Для заключительной сцены из подручных материалов была построена сносная копия корабля, доставившего на Чиос съёмочную группу. Пока шли переговоры Лабуды с Сукхом, пронырливый Ид Саа тайком пробрался в корабельный трюм и упрятал там изрядный запас динамита. Оставалось только ждать завершения сделки с обменом.
Честно признаться, меня очень тронул эпизод прощания Сукха с юной невольницей, согласившейся снова оказаться в загребущих лапах ненавистного Лабуды. К сожалению, за тонированным шлемом не было видно её горючих слёз, но немая сцена весьма впечатляла своим драматизмом.
‒ Я тебя никогда не забуду! ‒ крикнул вслед удаляющемуся скафандру не знающий жалости вояка.
‒ I will not see you again! ‒ ответил встроенный в шлем переводчик, превратно истолковавший фразу ‒ «Глаза б мои тебя не видели».
Вся съёмочная группа рыдала.
Мотелье беспристрастно молчал и жевал кончик едва тлеющей сигары…
Приведя добычу на корабль и задраив люки, Лабуда приблизился к блудной дочери гарема и вкрадчиво призвал, изнемогая от вожделения:
‒ Открой шлем, Чатай Гуль…
Тотчас же внутри скафандра щелкнул потайной датчик, и освобождённая от запора непроницаемая оболочка полетела на пол. Взору главаря бандитов, не ожидавшего подвоха, предстали три свирепые физиономии в боевой раскраске племени бздыхов. Лабуда без чувств повалился с ног, а Ид Саа, прятавшийся в скафандре, бросился наружу.
Волоча за собой катушку с проводами, он добежал до укрытия, где его уже поджидал Сукх, который и устроил весь этот маскарад. Поднаторевший в диверсиях вояка, быстро подсоединил концы проводки куда следует и крутанул рукоятку взрывателя. В тот же миг раздался оглушительный грохот, а ударная волна вызвала лёгкую песчаную бурю в прилегающей пустыне.
Режиссёр торжествовал и топтал срезанный осколком огрызок сигары…
Как выяснилось позднее, раненый в глаз шальной пулей Сукх ошибся с закладкой взрывчатки, и на воздух эффектно взлетели обломки нашего корабля. В результате чего съёмочная группа осталась куковать на Чиос ещё месяц. Когда прибыл спасательный челнок, первыми отправились на родину: Вольдемар, его брат и гарем из моделей. Режиссёр сослался на монтаж и подготовку фильма к премьере.
Никто из провожающих не выразил ни тени эмоции по поводу отъезда Мотелье. Лишь одна из голов Ида процедила сквозь зубы:
‒ Счастливого пути, идиот!
Вольдемар не расслышал колкости и нырнул в недра челнока, запустив напоследок недокуренную сигару в небо, где медленно опускалось за горизонт очередное солнце пустыни…
***
Спустя два месяца, нас забрал грузовой корабль, шедший транзитом в родные пенаты. Ещё две недели мы пилили до места. Когда же высадились на родном космодроме, то уже изрядно поднадоели друг другу. Поэтому прощание было немногословным и прохладным. Лишь чувствовавший себя виноватым актёр, игравший Сукха, растрогался и даже пустил слезу начавшим заживать передним глазом. Задний же остался верен себе и высматривал свободное такси на стоянке…
Все быстро разбежались по домам, а мне пришлось ехать на киностудию, чтобы отчитаться в итогах экспедиции и взять отпуск от съёмочных приключений.
Едва я переступил порог приёмной своего кабинета, как ко мне бросилась обрадованная секретарша и протянула красочно оформленное приглашение, пропитанное никотиновыми парами. Видимо, Вольдемар полчаса сидел над ним, вспоминая моё имя.
‒ Этот наглец просто издевается! ‒ верещала она, ‒ Это Вы должны выбирать, кого звать на премьеру. Я бы из принципа не пошла!..
На премьерном показе меня и не было.
Я представил себя сидящим рядом с этим чёртовым гением, беспрестанно коптящим своей термоядерной сигарой, и ограничился просмотром онлайн трансляции.
С некоторых пор мои жабры совершенно не переносят табачного дыма…
Автор: @ndron-©
Источник: https://litclubbs.ru/articles/64808-tri-solnca-pustyni.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: