Это моя история о том, как я вырос с почти полным отсутствием благ, и как это научило меня ценить здоровье, воду и покой как настоящие дары.
Мы начинаем по-настоящему ценить жизнь, только когда перестаем воспринимать обыденное как должное.
Я стоял босиком в коридоре больницы, когда это осознание ударило меня особенно сильно. Мои колени были почти уничтожены месяцами отрицания и избегания проблемы. Боль, начавшаяся с чего-то малого, превратилась в нечто, что тихо взяло под контроль весь мой день — как я хожу, как долго могу сидеть, как сплю.
«История в деталях» — телеграм канал для тех, кто любит видеть прошлое без прикрас, через неожиданные факты и забытые мелочи. Погружайтесь в историю так, как будто вы там были. Подписывайтесь!
И вот я стоял в стерильном коридоре, наблюдая, как мужчина с трудом усаживается в инвалидную коляску, а сам едва мог стоять от боли, когда меня озарило: это тело, пока оно работает — это дар.
Я не помню, чтобы в детстве думал о роскоши. У меня ее не было. Но за последние годы взрослой жизни я понял: самые роскошные вещи в жизни — это не блестящие, брендовые или редкие предметы.
Они скучные. Они невидимые. Они настолько привычны, что ты забываешь о них, пока их не станет.
Чистая вода — это волшебство, пока ты ее не лишен
Я до сих пор помню, как сидел на корточках возле ручного насоса рядом с домом деда в деревне, умывался холодной, пахнущей железом водой и вытирал лицо своей рубашкой. Когда мы переехали в городскую квартиру с водопроводом, я считал нас богатыми. Я мог просто повернуть кран и смотреть, как вода стекает в раковину, как настоящее чудо.
Спустя годы в США я привык к этому: фильтрованная вода, чистый душ, туалеты, которые смывают так, словно вся система создана для комфорта современной жизни, а не для борьбы с неведомостью. Но я провел неделю волонтером в бедной племенной деревне в центральной Индии. Помню, как женщина протянула мне маленький металлический стакан и указала на мутный ручей. Это была наша питьевая вода.
И вот так просто я почувствовал свою хрупкость.
Мы наполняем бассейны, смываем туалеты, моем машины, варим кофе — все это водой такой чистоты, что ею можно спасти чью-то жизнь. Мы льем ее бездумно, потому что можем. А когда кто-то говорит, что пьет слишком мало воды, это никогда не потому, что у него нет к ней доступа. Просто он забыл, насколько ему повезло.
Мы также редко задумываемся, куда деваются отходы. Нам кажется, что они исчезают, потому что именно так работает роскошь — скрывая за собой усилия. Но санитария — одно из самых хрупких чудес современной жизни. Единственная причина, по которой нас не терзает страх перед холерой или дизентерией с каждым выдохом, — это то, что где-то кто-то построил трубы, резервуары и очистные сооружения ради незнакомцев.
Это не норма. Это роскошь, притворяющаяся нормой.
Цена комфорта — не всегда деньги
В детстве у нас не было кондиционеров. Только потолочные вентиляторы и редкое облегчение в виде грозы. Летом мы спали на полу с открытыми окнами, молясь о ветре. Я впервые узнал, что такое централизованное кондиционирование, когда снял первую квартиру в США.
Но даже тогда, почувствовав этот комфорт, я не осознал его до конца, пока не поехал навестить друга в Дели в мае. Его семья до сих пор жила в той же квартире без кондиционеров, и мне казалось, что я погибну от жары и влажности. Мы сидели в тишине, оба в поту, капающем с век, не злясь друг на друга, но не имея сил заговорить.
Позже той ночью, под скрипящим вентилятором, который звучал, как будто умирает, я подумал, как странно, что мое тело заржавело от комфорта и не справляется там, где нет ничего привычного.
Это не только про кондиционеры. Хороший матрас — это роскошь. Тихая спальня. Дом без плесени и крыс. И пространство в голове, чтобы вообще этим насладиться. Всё это — иной уровень комфорта.
Я видел, как боль в спине может изменить человека. Видел, как кто-то морщится, надевая обувь, вздрагивает при мысли о вождении и выбирает короткий путь, чтобы меньше стоять в очереди. Мы редко говорим об этом вслух: как небольшая проблема способна незаметно перекроить весь день.
У времени тоже есть своя цена. Вернувшись в Индию после работы за границей, я год преподавал в своем старом университете. Один студент всегда задерживался после занятий не ради вопросов, а чтобы перевести дух перед тем, как мчаться на подработку. Учеба для него была не правом, а чем-то, что он вырывал из воздуха между обязанностями. Свободное время для него было абстракцией.
Мне повезло иметь возможность скучать.
И это тоже немало.
Здоровье не гарантировано. Оно взаймы.
Один из моих наставников часто повторял на своей врачебной практике: «Здоровье — это корона, которую видят лишь больные, а здоровые — нет.» Я всегда считал это красивой мыслью, но не понял ее до конца, пока однажды зимой меня не свалил тяжелый вирус на две недели.
Я не чувствовал вкус пищи, едва мог встать с постели без головокружения, и даже запах антисептика вызывал рвотный рефлекс. Самое страшное было не в симптомах, а в том, насколько крошечным стал мой мир, как всё сжалось до усталости.
После этого спуска в болезнь я начал замечать, как легко мы игнорируем свое тело. Мы безоговорочно доверяем зрению, слуху, аппетиту, способности двигаться.
Но спросите любого с хронической болью, травмой или слепотой, и вы поймете, как их день крутится вокруг этой боли.
Один коллега признался мне, что не понимал, насколько ценны его колени, пока они не начали щелкать на каждой лестнице. У другого был псориатический артрит — контролируемый, но непредсказуемый.
«Иногда, — говорил он, — дело даже не в болезни. Иногда воспаленный палец на ноге превращает прогулку в наказание.»
Даже ментальное здоровье, этот невидимый шепот благополучия, — тоже роскошь. Возможность ясно мыслить, контролировать эмоции, спокойно спать, доверять собственному восприятию — ничто из этого не гарантировано.
А когда этих привилегий нет — никакие яхты не помогут. Разум превращается в тюрьму.
Безопасная кровать, сытый желудок и кто-то, с кем можно смеяться
Недавно я встретил в поезде мужчину с рюкзаком и потертой книгой. Мы разговорились. В юности он долгое время был бездомным. И сказал фразу, которая засела у меня в голове: «Холодильник — это предмет роскоши. Если у тебя его нет, ты планируешь каждый прием пищи, как боевую операцию.»
Он не звучал обиженным. Просто реалистичным. Когда у тебя нет, где хранить еду, ты ешь, что удалось добыть. Чистая горячая вода, работающий туалет, полноценный сон — становятся мечтой.
Этот разговор заставил меня осознать все те тихие роскоши, что у меня есть сейчас. Такие, что не попадут в глянцевые журналы. Возможность зайти в аптеку и найти нужное лекарство. Обувь, которая не натирает. Туалет, после которого не думаешь о качестве бумаги.
Но больше всего я думаю о покое. Не только мировом, но и покое в комнате. Возможность сесть, почитать, вздохнуть, вздремнуть. Возможность не думать о шуме, войне, еде, безопасности. Это богатство.
И даже это. Кто-то, с кем можно поговорить. Не просто кто угодно, а тот, кто знает тебя настолько, чтобы закончить твою фразу или указать на твои слепые зоны. Это совсем другой вид золота.
Все гонятся за богатством, но всё это меркнет по сравнению с ужином рядом с близким человеком, с совместным смехом после тяжелого дня, с сообщением: «Ты дома?». Вот настоящие дивиденды.
Я стараюсь не забывать, о чем когда-то молился
Я бывал в магазинах, не глядя на ценники. Но так было не всегда. Раньше еда в корзине означала, что родители молча возвращали что-то обратно на кассе. Я никогда не забыл этого чувства.
Поэтому, живя сейчас более-менее стабильно и в здравии, я все равно инстинктивно выбираю более дешевый бренд. Это не привычка. Это память. Напоминание, что комфорт — не постоянен, а арендуем.
Роскошь редко выглядит, как яхта или часы. Иногда она выглядит как то, о чем тебе не нужно думать. Как часть жизни, которая просто работает. Сгибающиеся пальцы. Текущий кран. Возможность позвонить. Тишина, которую ты можешь купить.
И когда я забываюсь, я возвращаюсь к этим невидимым богатствам. Наливаю себе стакан воды. Выпрямляю спину. Глубоко вдыхаю и чувствую, как воздух становится прохладнее на выходе из вентиляции.
И тогда я благодарю за это.
Потому что большинство роскошных вещей незаметны… пока ты их не теряешь.