Список достопримечательностей пришлось выбросить. Оказалось, что ни один из пунктов не мог заинтересовать нас обоих. Мы с Алинкой всё равно смотрели только друг на друга. Вместо того чтоб шарахаться под палящим солнцем по музеям и экскурсиям, мы бродили босиком по дикому пляжу и целовались в тени пальм. Я чувствовал себя абсолютно счастливым просто от того что мог держать её за руку.
Влюбился? Ну да, я думал, что этого слова недостаточно, что оно не полностью выражает всё, что я чувствовал. А нужного слова я подобрать не мог. Мама говорила, что я «совсем потерял голову из-за этой девчонки» и это определение подходит тут больше всего. Самое удивительное, что Алинка чувствовала то же самое. Я это знал и от этого становился ещё счастливее.
Алинка спала, разметав длинные волосы по подушке с монограммой отеля и улыбалась во сне. Мы так нагулялись сегодня, что я ног не чувствовал, а она просто бухнулась на кровать и уснула, даже не раздевшись. Я лежал, тихонько гладил её по волосам и любовался.
В углу комнаты что-то зашуршало, я приподнялся на локте, чтоб разглядеть, но увидел только темноту. И эта темнота определённо была живая.
Подумал, что котик или кошка бродячая забралась, тут их полно ходит. Никто не обижает и не прогоняет их, а даже наоборот, подкармливают. У нас в отеле, например, прямо в ресторане между столиков каждый вечер разгуливал рыжий кот. Наверняка я оставил дверь на балкон открытой, когда последний раз выходил покурить. И кто-то из этих котиков забрался в номер.
Надо бы выгнать непрошеного гостя, а то нагадит ещё, как потом горничной в глаза смотреть. Но вставать с кровати мне было лень, да и Алинку будить…
Включил телефон и посветил в угол. Незваный гость шмыгнул за тумбу, в углу на полу что-то осталось. Я сморщился - ну точно, нагадил! Посветил на кучку и увидел, что это было вовсе не то что я ожидал увидеть. В углу горкой лежали несколько стеклянных бутылочек. Маленькие такие пузырёчки с деревянной пробкой.
-Это чё ещё за хрень? – выпалил я и с опаской оглянулся на спящую рядом Алинку. Она не пошевелилась.
-Сам ты хрень! – проворчали из-под тумбы. Пушистая лапка высунулась, сгребла бутылочки. Я решил, что сплю и что это всё мне снится, но беседу продолжал. Интересно же…
-А ты тогда кто? – спросил я более дружелюбно, – и что ты такое там спёр?
-А чё сразу спёр-то? Ну, позаимствовал немного. А тебе жалко, да?
-Да, нет. Я ж даже не знаю, что это…
Из-под тумбочки доносилось бряканье стекла.
-Это - счастье! У тебя его много, я немножко взял, ты даже и не заметишь.
-Как это - счастье? Оно же… Ты его в бутылки что ль разливаешь?
-Ага, - голос был самодовольный, чуть мурлыкающий. – Работа у меня такая!
-А зачем?
-Затем, что у кого-то его этого счастья навалом, оно прям вокруг разливается без толку, а кому-то не хватает, вот я и консервирую, и переправляю, и отдаю, кому нужно.
-Понятно.
Голос под тумбой засмеялся.
-Правда, что ли?
-Нет. А как…
Алинка заворочалась во сне, я отвлёкся на секунду. Боковым зрением заметил, как выскочило что-то тёмное и пушистое из-под тумбы и шмыгнуло на балкон. Только бутылочки брякнули мне на прощанье. Догонять предприимчивого гостя не было смысла.
-Ты чего не спишь? - спросила Алинка.
Я пожал плечами, провёл рукой по её волосам и снова почувствовал невыразимое счастье от того, что она здесь и что смотрит на меня таким доверчивым влюблённым взглядом, выдохнул:
–Отдыхай, милая! - поцеловал её в макушку, но она уже закрыла глаза и кажется моментально уснула.
Думал, что моего счастья, если его законсервировать в тот момент хватило бы на весь мир. Главное, найти столько бутылочек.
И ещё я вдруг понял, за что здесь так любят бродячих кошек. Они приносят людям счастье.