Поначалу на месте нынешней улицы Кавказской, площади Славы, храма и Дома радио располагалась китайская слободка. Там жили китайские рабочие, в общем-то и построившие процентов на 70 изначальный Хабаровск. Все было заставлено самыми примитивными фанзами, тут же находились и огороды. Единственной постройкой с применением камня была кумирня.
С датировкой кумирни, ее размерами и точным местоположением есть путаница. Имеется несколько старых фотографий с надписями «Китайская кумирня в Хабаровске» с тремя разными сооружениями. В районе площади Славы стояла, скорее всего, вот эта.
Ходит байка, со ссылкой на Венюкова, известного русского путешественника, что якобы она была здесь еще до основания Хабаровска. Однако люди, читавшие произведения Венюкова целиком, утверждают, что никакой кумирни он нигде не упоминал, и что это в чистом виде фейк, рожденный уже в наше время.
В 1897 года городская дума решила выселить всех китайцев из слободки в район Казачьей горы, под присмотр казаков. Многолюдный «чайна-таун» со своими порядками и законами, по мнению властей, находился слишком близко к центру города и попытки сплавить всех подданных китайского императора куда-нибудь подальше предпринимались неоднократно.
Китайцы выселяться на задворки, понятно, не хотели и сопротивлялись, как могли. Тем более, за них было кому заступиться. Например, знаменитый «китаец с русским сердцем» Тифонтай (Цзи-Фан-Тай) был на тот момент самым богатым человеком Дальнего Востока и имел немало связей.Известно, что в попытках отменить депортацию с Артиллерийской горы китайцы дошли даже до Сената и даже смогли остановить ее (что без огромных взяток было вряд ли возможно). Но в итоге им все равно пришлось переехать.
Дело в том, что в 1900-м году в Китае разгорелось так называемое боксерское восстание (получило название по изображению кулака на знаменах повстанцев), направленное против засилья в стране европейцев. Из столицы КВЖД Харбина в Хабаровск пароходами по Сунгари срочно эвакуировали несколько тысяч русских, работавших на магистрали. В обратную сторону организовали массовую высылку китайцев, поскольку были сведения, что среди них распространяются прокламации с призывом поддержать боксеров. Число подданных Поднебесной в 1900 году в Хабаровске сократилось с 8 до менее чем 2 тысяч человек.
Когда после подавления восстания силами международного «миротворческого контингента» китайцам разрешили вернуться в Хабаровск (без их рабочих рук местная экономика физически не могла функционировать), с их мнением уже особо никто не считался, а местные власти получили возможность без всякой бюрократии переселять их в специально отведенные районы.
И примерно с 1902 года вплоть до конца 1930-х китайская слободка располагалась на Казачьей горе.
Интересно, что кумирня в районе Кавказской оставалась действующей, и она работала по прямому назначению вплоть до 1929 года, когда была закрыта из-за резкого обострения советско-китайских отношений в связи с конфликтом на КВЖД. Из объявления о признании имущества бесхозяйным от 1933 года известен ее точный адрес на тот момент – Набережная, 12. Это примерно соответствует в нынешних реалиях окрестностям небольшой промзоны в районе здания рефрижератора на Кавказской, 35.
Отметим, что наряду с китайскими фанзами на улице Кавказской еще в 19 веке строились и дома русских, причем весьма состоятельных.
Например, здесь в конце 19-века построил двухэтажный деревянный дом с каменным цоколем мещанин Бархатов. Сам он жил поблизости в домике попроще, а особняк сдавал в аренду. В нем вплоть до 1900-го года проживал Симеон Ванков, легендарная в Хабаровске личность. Это был болгарский офицер, перешедший на русскую службу, дослужившийся при царе до генерала, и не пропавший и после революции. При большевиках он стал крупным ученым и профессором Московского института народного хозяйства, умер в 1937 году по естественным причинам в возрасте 79 лет.
В Хабаровске Ванков довольно долго возглавлял артиллерийские мастерские, сначала располагавшиеся неподалеку от Кавказской, а потом переехавшие в построенный под руководством самого же Ванкова «Арсенал» (ныне «Дальдизель»). Помимо этого болгарин на русской службе считается инициатором электрификации Хабаровска и постройки в городе водопровода.
Так вот, дом, где жил Ванков и располагалась заодно канцелярия артиллерийских мастерских, весной 1900-го года сгорел дотла.
- С 26 на 27 мая в час пополуночи сгорел дом мещанина Бархатова. В доме жил начальник артиллерийской мастерской полковник Ванков. Сгорело имущество владельца и Ванкова, а также и канцелярия. Сам Ванков и писари успели неодетыми выбежать из дома. Убытки, по заявлению Бархатова, до 16 тысяч рублей, включая дом, который был застрахован на 9600 рублей. Убытки Ванкова подсчитываются. Причиною полагают поджог, проводится дознание, – сообщала газета «Приамурские ведомости».
Убытки Ванкова и вверенного ему учреждения оказались следующими.
- Сгорело все движимое имущество на сумму 8 тысяч рублей, ценные процентные бумаги на сумму 20000 рублей, принадлежащие Ванкову. Сгорели все дела, цейхгауз с казенным обмундированием нижних чинов, казенные деньги до 500 рублей, отчетность и имущество канцелярии артиллерийской мастерской, всего на сумму приблизительно 44.950 рублей, – сообщала пресса.
ЧП произошло в самый разгар боксерского восстания, так что подозрение в первую очередь пало на китайцев. Однако о результатах расследования ничего не известно.
Еще один легендарный в свое время человек, проживавший на Кавказской – Антон Сильницкий. В 1897 году этот чиновник канцелярии генерал-губернатора стал вторым по счету редактором главной местной газеты «Приамурские ведомости».
В 1903 году его перебросили с бумажной работы уездным начальником в Петропавловск-Камчатский. Там он сразу перессорился с местными элитами, и в итоге разбираться с доносами на «неадекватного» начальника Камчатки приехал уполномоченный министра внутренних дел на Дальнем Востоке. Медицинская комиссия, созванная ревизором, признала Сильницкого и его помощника сумасшедшими, обоих отрешили от должностей и с Камчатки увезли первым же пароходом.
Через год Сильницкий добился переосвидетельствования и после признания вменяемым вернулся в Хабаровск на должность редактора. Правда, поскольку официоз ему надоел, он стал редактором первой в Хабаровске частной газеты «Приамурье». Она была в оппозиции к местной власти, за что и страдала.
В Российской империи руководителей СМИ в случае появления публикаций, нарушающих законы о цензуре, могли подвергнуть штрафу, а при отказе платить - административному аресту до трех месяцев.
- Сильницкого приговаривали как минимум дважды за возбуждение антиправительственных настроений. Оба раза он предпочитал заплатить — один раз 500 рублей, второй — тысячу. Суммы по тем временам немалые, но и редактор был человек не бедный, имел несколько собственных домов, один из которых, на Кавказской, 29, стоит по сей день, – рассказывал краевед Анатолий Жуков.
Редактор стал настолько популярным, что был избран в Хабаровскую городскую думу в 1910 году, но почти сразу скончался в возрасте 46 лет - «от разрыва сердца вследствие ожирения». Покойный очень любил поесть.
Отметим, что по кадастру деревянный двухэтажный частный дом на Кавказской, 29, значится как построенный в 1927 году, но это может быть ошибкой, а может значить и то, что изначальный особняк сгорел, и на его месте выстроили новый.
В каменном доме на Кавказской, 22, успели пожить даже два легендарных в свое время человека.Участок изначально принадлежал генералу Дмитрию Языкову, военному инженеру. Его дочь Мария вышла замуж за городского архитектора Бориса Малиновского. По его проекту и возвели сохранившийся до наших дней дом, в котором стал проживать архитектор вместе со своей женой. Точная дата строительства неизвестна, ориентировочно это 1912 год. Возможно, лепные украшения над входом выполнила сама Мария Языкова, которая была художницей. Примерами работ ее мужа являются здания, по-настоящему украшающие Хабаровск: доходный дом Такеучи («Русь»), торговый дом «Кунст и Альберс» (Центральный гастроном), городской дом (дворец детского творчества) на Муравьева-Амурского, особняк Ступиных (Дворец бракосочетания) на Пушкина и многие другие. Он же курировал постройку водопровода и даже был первым директором первого хабаровского «Водоканала».
Отметим, что Малиновский спроектировал где-то неподалеку от своего особняка, в районе нынешнего Дома радио, новый комплекс зданий резиденции генерал-губернатора (взамен того, что стало впоследствии «ядром» ОДОРА), но в связи с началом Первой мировой войны проект остался неосуществленным.
После революции ничего страшного с Малиновским, как и с Ванковым, не случилось. Он продолжал работать по специальности, переехав во Владивосток, а оттуда в Москву. Одно из последних его мест работы - управление по проектированию Дворца Советов в Москве (который, как известно, так и не был в итоге построен). Умер в 1955 году в Подмосковье.
После революции дом Малиновских стал коммуналкой и в нем с 1926 по 1930 год жил известный в то время деятель Карл Лукс. Этот профессиональный революционер прославился цивилизаторской работой на Севере среди коренных малочисленных народностей. Считается, что именно он выбрал место для постройки города Магадана. Лукс погиб в 1932 году во время очередной экспедиции, по официальной версии, выстрелив в себя случайно из ружья.
В 1930-е годы особняк перестал быть жилым, в нем разместился Горводоканал, при котором над одноэтажной частью был надстроен второй этаж и возведена единая крыша, в результате чего первоначальная асимметричная модерновая композиция практически пропала.
Один из офисов «Водоканала» располагался в здании вплоть до последнего времени, сейчас здание, судя по всему, пустует.
Сам городской водопровод с главным водозабором, как все наверно знают, тоже был оборудован на Кавказской, где располагается и по сей день.
Начали его строить в 1906-м, закончили через год. Под утесом соорудили насосную станцию, которая приводилась в действие паровым двигателем. Вода закачивалась из Амура и шла до Нижнего базара, где была построена небольшая водонапорная башенка. Далее вдоль Плюснинки водопровод шел до Протодьяконовской (Фрунзе), поднимался на Муравьева-Амурского и разветвлялся. Самой дальней точкой водопровода в первые годы была башня на Московской. В дальнейшем все это хозяйство неоднократно переделывали и расширяли, но о водной проблеме в Хабаровске мы подробно расскажем как-нибудь в другой раз.
Еще одно знаковое сооружение на Кавказской — первый в городе рефрижератор 1914 года постройки. Интересно, что построил это здание в русском стиле австриец на немецкие деньги. История его появления такова. Накануне Первой мировой войны в рыбную промышленность Дальнего Востока стал активно внедряться иностранный капитал.
В 1913 году германская ассоциация «Товарищество рефрижераторов для Хабаровска, Николаевска и Харбина» в лице австрийского подданного графа Рессегье начала строить недалеко от берега Амура рефрижератор с морозилкой на 35 тысяч пудов. Все оборудование, самое передовое для того времени, было завезено из Германии.
1 мая 1914 года состоялось торжественное открытие, но вскоре началась война, потом революции и перевороты, и бизнес не пошел. В 1922-м здание перешло во владение некоего Чарльза Беркиля. Но едва новый хозяин успел выложить на фасаде свою фамилию, его имущество национализировали.
В 1927 году в здании открылась колбасная фабрика, началось сооружение новых пристроек (в том числе для проживания персонала), монтировалось оборудование, завезенное из Ленинграда. Паровая тяга холодильных камер была заменена на электрическую.
В 1939 году производство колбасы перевели на вновь построенный мясокомбинат на другом конце города, а тут открыли рыбокоптильный заводик, который функционировал почти до конца советской власти.
Позже здание использовалось как холодильник и овощехранилище, там размещались склады, мастерские и магазин стройматериалов. В 2010-м здание было продано в частную собственность и реставрировано.
Сейчас бывший рефрижератор выставлен на продажу за 109 миллионов рублей.
У советской власти с постройками в районе Кавказской по какой-то причине тотально не заладилось с самого начала. Местные остроумцы шутили, что это китайский бог мстит за закрытую кумирню.
В конце 1932 года хабаровской общественности был презентован грандиозный проект постройки примерно на месте нынешнего Дома радио и Спасо-Преображенского собора жилого Дома-коммуны красных партизан и Дома культуры и быта красных партизан.
30 декабря состоялась торжественная церемония закладки этого величественного комплекса.
- Пустынное место в конце Ленинской на стыке Тургеневской и Кавказской сегодня ожило. Центральное место в городе, откуда открывается вид на Амур и Уссури, отведено под дом-коммуну. Под звуки оркестра колонна бывших партизан подходит к месту строительства. Тут их ожидает другая колонна бывших партизан, приехавших на стройку с лошадьми из окрестных деревень. Это они подвезли несколько вагонов железа, проволоки, цемента, – описывала церемонию местная пресса.
Первый камень заложил зампред крайисполкома Алексей Флегонтов, сам бывший красный партизан (тот самый, в честь которого названа улица в Хабаровске). Характерно, что дом собирались строить на средства самих будущих жильцов.
- Небольшая артель инвалидов «Труд» в Хабаровске, где 25 процентов рабочих инвалиды гражданской войны, бывшие красногвардейцы и партизаны, внесла 4000 рублей на постройку дома-коммуны. Артель добавляет, что кроме денежного взноса она в нужный момент будет участвовать в постройке личным трудом. Артель обратилась с просьбой ко всей системе инвалидной кооперации в крае с просьбой перечислять деньги на строительство, – сообщала местная пресса, публикуя заодно и счет для сбора «донатов».
Работы поначалу шли вроде как неплохо.
– Идет усиленная подготовка. На место стройки завезено 250 кубометров песка, 50 кубометров гальки, 80 кубометров лесоматериалов, 16 тонн цемента, 47 тонн железа (исходя из этого перечня можно определить, что дом собирались строить по прогрессивной американской каркасно-бетонной технологии – Прим.ред.). На строительстве занято 60 человек, ведущих подготовительные работы. Из Москвы по вызову прибыл товарищ Истомин (тоже, судя по всему, тот самый, в честь которого в Хабаровске есть улица - Прим.ред.), бывший ДВ красный партизан с тремя помощниками. Товарищ Истомин назначен начальником строительства, – писала местная пресса в феврале 1933 года.
Одновременно был объявлен конкурс проектов Дома культуры и быта красных партизан (грубо говоря, аналог клуба) с первой премией в 6000 рублей, владельцев участков на стыке Тургеневской, Кавказской и Ленинской предупреждали, что надо готовиться к переезду, поскольку все их домовладения подлежат сносу.
Однако вся эта кутерьма летом 1933 года резко и навсегда остановилась без всяких объяснений. Вернули ли деньги дольщикам – науке неизвестно.
В итоге район продолжал хаотично застраиваться частным сектором и двухэтажными «деревяшками». При этом он всегда, начиная с царских времён и до наших дней, оставался грязным и неухоженным, на что сохранилась масса жалоб в местной прессе. Что довольно показательно, учитывая, что район-то небольшой.
Следующую попытку грандиозного строительства на этом месте предприняли уже в 1960-е годы.Речь идет о Доме радио. Заложили его в 1969 году, каркас соорудили быстро, но потом стройка надолго заглохла. По основной версии, это было связано с искусственно вызванным недофинансированием. Дело в том, что когда у власти в Хабаровском крае оказался Алексей Черный, он добился перенаправления денег на строительство жилья и животноводческих комплексов, а все побочные стройки, в том числе и эту, приказал остановить.
В результате гигантский недострой в центре города, к которому возвращались от случая к случаю, породил легенду о том, что в этом месте опасный грунт, а высотку решили бросить, потому что она может рухнуть в Амур.
- Легенда оказалась настолько устойчивой, что наша фирма «ДальТИСИЗ» получила задание заново проверить несущую способность грунтов. Бурение показало, что Дом радио расположен на скальном основании, незначительно наклоненном в направлении перекрестка улиц Тургенева и Ленина, то есть основание надежное и ни о каком оползне речи нет и быть не может, – писал хабаровский краевед Алексей Вежновец.
К 30-летию Победы рядом с недостроем решили оборудовать новую площадь. Кое-что «перепало» и Дому радио: с вновь построенного завода алюминиевых конструкций завезли оконные переплеты и вставили в зияющие в стенах дыры, а затем вновь наступила тишина.
- 1 августа 1979 года в Хабаровске открывался Международный Тихоокеанский конгресс. И вновь кое-что перепало Дому радио. Глазницы запечатали листами оргалита, а на фасаде вывесили массивные литые чугунные гербы советских республик работы завода «Дальдизель». И вновь настала тишина, продолжавшаяся лет восемь. Наконец, ближе к концу 1990 года, хабаровские радийщики перебрались в новое здание. Такова история Дома радио, прослеженная изыскательским глазом от закладки до завершения, – писал Алексей Вежновец.
Но вскоре развалился СССР, концепция поменялась, и теперь из 40 с лишним организаций, пребывающим в этом величественном комплексе, к телевидению и радио имеют отношение от силы две-три, включая Роскомнадзор.
Отметим, что в начале 1980-х годов, когда проектировалась вторая очередь площади Славы – мемориал, - то еще ниже, ближе к речному вокзалу, хотели сделать молодежный жилой комплекс. Его в итоге так и не построили, хотя к этой идее возвращались несколько раз, в том числе и при губернаторе Ишаеве. Теперь там стоят элитные дома «Амурских зорь», последний из которых, самый высокий, после многолетних мучений сдали совсем недавно.
А попытка построить грандиозный ЖК «Грани» по другую сторону Кавказской, в бывшем переулке Тургенева (ныне улица Святителя Иннокентия) и вовсе закончилась скандалом.
«Управление инвестиционных программ», подконтрольное мэрии Хабаровска, снесло в 2016 году четыре старых деревянных барака с расселением их обитателей аккурат позади Спасо-Преображенского собора, чтобы построить на этом месте жилой комплекс переменной этажности (в самой высокой части – 17 этажей).
Однако против выступила Хабаровская епархия, посчитав, что новостройка закроет вид на Амур и испортит архитектурный вид этой части города. Аргументация была примерно такая – самый высокой за Уралом храм был построен именно в этом месте по решению тогдашнего губернатора Виктор Ишаева с таким расчетом, чтоб его купола видели аж из Китая. Постройка огромной высотки этот замысел перечеркнет.
- С великой реки Амур, для сопредельных регионов и соседнего государства, Хабаровск отныне будет ассоциироваться с жилым домом, а не с кафедральным собором и площадью Славы, – аргументировали свою позицию в Хабаровской епархии.
В итоге сама же мэрия запретила строить на этом месте высотку, ссылаясь на позицию краевого управления по охране памятников культурного наследия. Позже такую позицию поддержал и суд.
Теперь приблизительно в этом месте, на заросшем пустыре, хотят построить новое здание Дальневосточного художественного музея. Оно будет значительно ниже 17 этажей. Если его все-таки построят, конечно.
Отметим, что сейчас на Кавказской все-таки возводятся два ЖК. Фундамент одного из них, 20-этажного «Амуруса», даже освятили по православному обряду, видимо, памятуя неудачи прошлых застройщиков этой местности.
Второй, без названия, судя по проекту, будет этажей в пять, и никаких видов никому закрывать не станет.
Напомним, ранее мы рассказывали о районе 19-й школы, которая с самой постройки известна своими заплесневелыми стенами; об улице Слободской, которая славится самым, пожалуй, бестолковым перекрестком Хабаровска ; о «генеральском квартале» в границах Истомина-Калинина и вообще о всей улице Серышева; о жилом районе ХНПЗ, который построили с другой стороны Джамбула, но потом перенесли на нынешнее место. Об этом, а также о многом другом читайте в разделе «Городские истории».
Иван Васильев, новости Хабаровска на DVHAB.ru
Фото: Н.Шкулин, Гродековский музей, Государственный исторический музей