Никакого «маленького зла» не бывает – это оправдание для тех, кто хотел бы совершать зло и не нести за это никакой ответственности, не считаться и не называться злодеем. Несмотря на то, что любое зло, безусловно, можно как-то оценить и характеризовать по степени его вреда и воздействия на людей, у зла не может быть объяснений и оправданий, не может быть допустимых маленьких степеней.
Любое большое и катастрофичное зло всегда начинается с малого – и на этом этапе его всегда кто-то поддерживает и оправдывает. Поэтому никакое зло не должно никогда совершаться в принципе – его невозможно удержать ни в каких границах и никто никогда не знает, к чему любое «маленькое зло» может привести. Это основы нормальной этики, ее базовый принцип – ни в каком случае нельзя совершать никакое зло, и нет причин и оправданий для его совершения.
В комментариях к разным блогам я часто встречаю вопрос «Что же сейчас такое происходит с людьми, почему они так охотно поддерживают страшное зло, почему допускают его существование?». На этот вопрос есть множество, на самом деле, ответов, лежащих в области и социологии, и психологии, и философии, и литературы с искусством. Но я знаю точный ответ, который лежит в области этики – с людьми сейчас происходит искажение этических норм.
Это искажение выражается в том, что зло называется добром, или в том, что маленькое зло совершать можно, или в том, что для зла могут быть причины и оправдания. В том, что виновник злодеяний может не нести ответственность за них и даже не называться виновным, если он сделал когда-то кому-то какое-то добро. В том, что благородство, храбрость, самоотверженность в этой этической системе не существуют, а людям, наделенным этими качествами, приписывают низменные и корыстные мотивы. В том, что быть плохим человеком в этой системе – подлым, лживым, беспринципным – является очень выгодным и вполне безопасным. В том, что видимое здесь принимается за суть, и поэтому лицемерию удается обманывать даже хороших и добрых людей.
В этих искаженных этических нормах надо быть поистине героем, чтобы оставаться нормальным человеком. Надо постоянно чем-то жертвовать – своим материальным благополучием, своими связями с людьми, своими отношениями, своей профессией, своей свободой, здоровьем или даже жизнью.
К такому героизму мало кто на самом деле осмысленно готов – да и мало кто, откровенно говоря, видит в этом какой-то смысл. Ведь и без героизма получается жить вполне приемлемо. Неважно, что для этого нужно постоянно терпеть, унижаться и подлизываться – это все можно пережить. Особенно если тебе при этом удается, например, заставить в отместку унижаться и подлизываться кого-то другого – любых более слабых и зависящих от тебя людей, включая собственных детей. Эти дети становятся взрослыми, и искаженная этика воспроизводится уже в новых поколениях, а понятия обычной человеческой нормы отодвигаются все дальше вглубь времен.
Эта искаженная этика не возникает ниоткуда, потому что базово человек всегда может отличить добро от зла, это не так уж и сложно. Чтобы он отучился это делать, чтобы начал путать и смешивать эти понятия, нужно приложить к этому определенные усилия. И эти усилия, очевидно, никто не будет прилагать просто так – это будет делать только тот, кому это выгодно. А выгодно это только тому, кто получает бенефиты от зла, кто наживается на зле, безвозмездно пользуется ресурсами других и постоянно уходит от ответственности за все это. Этим кем-то является тот, кто выстраивает вокруг себя систему зла и насильно удерживает в ней людей – и одним из инструментов удержания как раз и является искаженная этика.