Дарья Дорохина @persephone_dreams специально для проекта @wargonzoya ко Дню Рождения Даши Дугиной
Сегодня день рождения у Дарьи Дугиной. Тридцатилетие. Философ, музыкант, политолог, журналист. «Русская Марин Ле Пен», Родина-Дочь, будущий лидер консерваторов, будущий президент России – как только не называли Дашу. Большой талант и огромное сердце, переполненное добротой, – разве могли у кого-то быть сомнения, что Дашу ждет великое будущее?
Меня всегда восхищала Дашина способность легко выражать мысли и чувства. Быть искренним трудно и в обычной жизни, а в публичном пространстве мало кому под силу сохранять верность себе, не лукавить и не юлить. Легко мыслить и легко говорить – не навык, а дарование. Мы открываем архив Дашиных выступлений и видим, как свободно она говорит и о простом, и о сложном, и о политике, и об искусстве, и о запутанных философских концепциях. Здесь нет разрыва между чувством и речью. Даша Дугина и есть русская речь, русский логос, воплощенная русская душа.
Я не могу вспомнить нашу первую встречу, наше первое знакомство, кажется, мы были знакомы всегда. Как-то мы вместе участвовали в съемках фильма «Женское начало русской философии». Тогда я была очарована ее талантом. Я никак не могла понять: разве могут в одном человеке соединяться задорная юность и глубокая мудрость, страстный живой интерес к миру, неутолимая жажда проявить себя и внутренняя строгость, сдержанность, воспитанность и самодисциплина. «Русская мысль живет там, где ночь расстается с днем в холодном сумраке русского леса» – как может двадцатилетняя девчонка с озорной улыбкой так глубоко понимать природу русской философии? Андрей Ирышков, режиссер того фильма и наш общий друг, потом в шутку называл Дашу «Инфантой», принцессой, наследницей русской философии. И ни у кого не было сомнений, что русская философия будет принадлежать ей, потому что она принадлежит русской философии, полностью предана ей.
Последние месяцы мы много говорили о войне и смерти. Даша вернулась из Донбасса другой, что-то неуловимое изменилось в ней, в глазах появилась едва различимая печаль. «Я не могу больше говорить о войне, не побывав в Донецке, не увидев все своими глазами», - сказала Даша весной. Тогда она приняла решение поехать в опасный регион, ей надо было увидеть все самой. Потом мы много говорили о том, что смерть табуирована в московской реальности. Всего несколько часов езды и мы оказываемся в мире, где смерть есть, она ходит по улицам, заглядывает людям в глаза, заходит в дома. Люди помнят о ней каждую секунду. Там люди знакомы со смертью. А здесь, где уютная и сытая жизнь, смерть – под запретом, она табуирована, предана забвению. Даша по-настоящему много думала об этом после возвращения в Москву.
У меня нет никаких сомнений, что где-то глубоко в душе, Даша чувствовала свою судьбу, знала её. Все наши встречи, все наши последние разговоры как будто были прологом к тому, что случилось потом, в конце лета. Но несмотря ни на что, вопреки всему, Даша смело шла вперед. Как много было вдохновения!
Было ощущение, что все идет очень правильно, что все происходит именно так, как должно происходить. Это плохо поддается рациональному осмыслению, но теперь кажется, - все эти месяцы были прологом к тому, что случилось в финале. Это были проводы.
Мы помним слова, которые она сказала в последние часы своему отцу: «Папа, я хочу быть героем. Я готова быть героем». Что это, пощечина убийцам? Нет, думаю, не пощечина. Не в Дашином это было характере. Это милосердные объятия, самая страшная кара для врага. Враг нанес сокрушительный удар в самое сердце. В пылающее сердце русской философии.
За последние пару лет ушло так много людей, которые имели огромное значение для русской культуры, для русского жизни, что уже кажется, это не они ушли, но мы оказались по ту сторону смерти. Они живы, они там, где свет и реальная жизнь, а мы здесь, в сумерках. Словно на ночной улице один за одним гаснут фонари, и пространство все больше погружается во тьму. Но огонь наших сердец должен стать ярче, должен победить мрак. Одно из последних сообщений, которое Даша прислала мне: «В нас всех живут наши мертвые, им надо давать голос, они в нас и смотрит нашими глазами на чудеса происходящего. Мертвые рядом с нами - вместе с нами. Мертвые за НАС».
