Фейсбук. Мысли об искусстве-литературе
Из жизни суперзвёзд
Фейсбук хорош всем. Удобен, убедителен, креативен, быстр, демократичен. Журналисты, писатели-мыслители, предприниматели вполне себе мирно пиарятся, не парясь и без оглядок. Хочешь — читай, не хочешь — крути курсором дальше. Выбирай клуб по интересам. Не нравится френд — не глядя вычёркивай из списков. Никто не обидится.
Кто-то ведёт дневники, кто-то — постит котиков, а кто продвигает собственную продукцию — технику-мебель, будущие политические акции, литературные издания, журналы и т.д. Творческие люди записывают-сохраняют в ФБ мысли, чувства, ощущения. Многих читают, многих — нет. Привлечь читателя — определённый фб-тренд, эвентуальный шанс. Впрочем, как и в других соцсетях.
Фейсбук — некая выдуманная страна Оз. Где каждый волен исполнять собственные виртуальные желания. А также радоваться и грустить вместе с теми, кого любит, уважает, чтит и просто видел на экране. Становясь чуть причастным к судьбе знаменитости.
Не будучи знакомыми лично, иногда приятно лицезреть медийную персону в фб-друзьях, комментировать её статусы, с одобрением поддакивать либо с негодованием оппонировать. Это и есть демократия в действии. Пусть вымышленная, явно смещённая в сторону паблисити. Самоироничная к тому же.
Певец, композитор и продюсер Юрий Лоза, только-только появившись на страницах фейсбука, сразу приобрёл заслуженную популярность. Его тексты остры, порой довольно едки, одновременно тактичны, не вычурны. Он регулярно откликается на значительные и, что важно, не очень значительные, — но не теряющие злободневности, — события нашей жизни. С высоты пройденного пути, с точки зрения личности довольно известной, особенно в рок-музыке, эстраде, в жанре песни и песенной поэзии, вокале. Его посты собирают немало читателей, комментаторов, тут же перехватываясь именитыми СМИ.
В общем, Юрий правильно и вовремя вписался в сетевую, блоговую журналистику, тем более, повторюсь, палитра его заметок отличается яркостью, насыщенностью красок, актуальностью и аналитической сольцой, изюминкой. Иногда с некой хитрецой. Чтобы зритель додумывался до выводов сам, самостоятельно. Что важно в принципе.
Интересно, как однажды одна дама в каментах к статусу Ю. Лозы искренне удивлялась, что вот, мол, Юрий — музыкант, лабух, гитарист, — а как правильно и литературно излагает мысль! И как она крайне изумлена этому нечасто, мол, встречающемуся явлению: совместимости эстрадной сцены и литературы, точнее, литературности. «А ведь она не одинока в данном мнении, — подумалось тогда. — И что-то её позиции сопутствует, подталкивает, подводит». Что же?
Неужели речь идёт об изрядно надоевших уже понятиях «петросяновщина», «стасомихайловщина», обогативших русское эстрадное искусство пошленьким юмором и бесцеремонным, нахрапистым до слезоточивости себялюбием? Либо о смешных псевдонародных поп-ансамблях. Где пожилые «девочки» тяжело притоптывают вслед за бесцеремонно располневшими мужьями-баянистами в красных сапогах, со свисающими до пола атласными животами. Напрочь убивая смысл, красоту русской народной песни. Потешая хихикающий Запад. (Кажется, выключи у них фонограмму, останутся слышны лишь булькающие звуки старческой одышки и слоновий топот по сцене!)
Ведь чёрные музыканты, исполняющие негритянскую народную музыку — спиричуэл, к примеру: — не превращают представление в жуткий клоунский балаган с несвойственными заданной теме неестественными движениями, неуклюжими приплясываниями-кривлянием. Добавляя в шоу, скажем, украинский гопак либо кавказскую лезгинку с элементами вялого диско 70-х. А стараются держаться заданных рамок: религиозно-духовных диалогов в форме гимнов на ветхозаветные сюжеты. С заданными же стилистическими чертами импровизации, рваного темпа, аритмии, сценического поведения etc.
А ведь мнение народа об ущербности экранно-эстрадного племени возникает именно из-за этих вот корявых тщедушных балаганов. Опускающих зрителя до уровня тупорылых мультяшек, «одинаковых с лица». Руководимых настоящими поп-звёздами — бывшими якобы оперными певцами, бывшими профессиональными спортсменами-чемпионами, взалкавшими голливуда; бывшими солистами чего-то, где-то и когда-то актёрами. Да и просто «бывшими» в своё время при ком-то из сверх-суперзвёзд — кто мужем, кто женой, «васей-подай-патроны», другом-подругой. А кто — и тем и другим одновременно. Ставшими теперь незаменимыми, недешёвыми корпоративщиками-тамадами по вызову. В амплуа грустных сердцеедов, всегда свободных «героев-неудачников». Вот народ и недоумевает — как может такой артист, напоминающий циркового клоуна-зазывалу, написать что-то орфографически правильно и грамотно, литературно оформленное. Сила искусства велика до значения «наоборот».
Хотя, в противовес сказанному, именно человек искусства, человек творческий, — актёр, музыкант, — как никто другой способен ярко и неординарно выразить, описать на бумаге кипящую вокруг жизнь, действительность. Все наши «беды и победы», как поётся в песне. И даже больше.
Ведь что такое ноты, музыкальные знаки, чёрно-белые условности клавиш… Это та же литература: буквы, смысловые символы, — только в виде людских чувств, страданий и необыкновенных сказочных эмоций. В виде Музыки.
И ещё неизвестно, что сильней по силе воздействия: мелодия либо слово.
Поэтому совсем не удивительно, что музыканты, актёры-артисты, — наряду со сценическим мастерством: — отлично владеют словом, литературным ремеслом. Это так же естественно, как ребёнку вообразить себя прекрасной жар-птицей, парящей в небесах, или ангелом. Или Богом.
У ребёнка такой дар — быть сразу всем. И счастлив тот, кто остаётся таковым до старости.
Но отнюдь не тот, кто таковым до старости прикидывается. Это по́шло. И даже не смешно.
Игорь ФУНТ