Из отчёта психиатра Лефортово:
«…истинная подоплёка путешествий Насти Рыбки: подхваченное лечится только в Москве».
Ранний звонок
— Алло, к вам сегодня не поступал случайно профессор Валерон Ромуальдович Кацман?
— Сейчас посмотрим… Да, поступил — утром.
— Как он себя чувствует?
— Это морг, девушка.
Реклама роддома на Тверской
«Рожайте кесаревым! Кесарево. И вы — серый Волк из Красной Шапочки!»
Еврейское счастье
— Валерий Иваныч, миленький, спасите, профессор.
— Что случилось, дорогуша?
— У моего Фимы серьёзнейшее психическое расстройство.
— Да? Поконкретней, пожалуйста…
— Понимаете, я ему иногда часами, часами(!) что-нибудь рассказываю, объясняю.
— И…
— А потом оказывается — он не слышал ни слова!
— Это не заболевание, дорогуша.
— Что же тогда?!
— Это — дар. Божий.
За что бабки?
— Я заплатила вам $1 500. Так?
— Так.
— И что я получила?
— Что.
— Я же просила, — чтобы грудь вообще нисколько не болталась. А держалась — строго перпендикулярно к туловищу. Понимаете?
— Да.
— Что «да»?! Господи…
— Понимаете, дамочка... В вашем случае, дабы грудь, гх-м..., стояла строго перпендикулярно: — вам необходимо ходить строго(!) на четвереньках.
Лекция
«Да, и запомните, — заканчивает профессор лекцию студентуре: — Есть только два правила психиатрии:
1. Мелкие тревоги — это пустяк. Бесовщина.
2. Все тревоги — собственно мелкие. Более того — от лукавого».
"Еврейское счастье"-2
— Доктор, у моего Йоси член раздулся так, что двумя руками не обхватишь.
— И…
— Понимаете, боль — неимоверная.
— И что бы вы хотели?
— Умоляю, боль, пожалуйста, уймите…
— Хорошо.
— А опухоль — оставьте.
После Нового года
— Ну что ж, уважаемый… Лёгкое придётся удалить.
— Как удалить?
— Ну, второе-то — останется. Не беда.
— Не в этом дело. На лёгкие у меня вообще никогда не было жалоб.
— Да. К ним и сейчас претензий нету. А вот печень — уже точно не помещается. И она, увы, одна...
Днюха
У профессора-офтальмолога Степана Иннокентьевича юбилей. 70 лет.
Студенты принесли ему подарок — огромный портрет с изображением глаза. А внутри — типа стоит счастливый именинник. Улыбается.
Юбиляр подошёл к кафедре. Смотрит на изображение.
Говорит, чуть ухмыляясь:
— Ну, что ж… Спасибо, ребята, за чудесный подарок.
(Аплодисменты в аудитории)
— И спасибо Господу, — продолжил растроганный профессор: — Что я не гинеколог.