Китайские регуляторы (Народный банк Китая и Национальное управление финансового регулирования) в последние недели направили крупнейшим банкам страны устные рекомендации ограничить вложения в казначейские облигации США (трежерис) — об этом свидетельствуют данные Bloomberg. Официально этот шаг объясняется «рисками концентрации» и «рыночной волатильностью», однако эксперты видят в этом продолжение долгосрочной стратегии Пекина по минимизации зависимости от американской финансовой системы. Насколько это критично для рынка трежерис в целом и может ли спровоцировать всеобщее бегство с него — в материале «Известий».
Что сделали китайцы
Рекомендация китайских властей носит негласный характер, что типично для финансового регулирования в КНР. Крупнейшим банкам страны, которые на сентябрь 2025 года владели долларовыми облигациями на сумму около $298 млрд, предложено не только ограничить новые закупки, но и постепенно сократить уже имеющиеся позиции.
Важно отметить, что формально Пекин не связывает это решение с геополитикой. Основной аргумент — непредсказуемость курса Вашингтона в вопросах фискальной дисциплины. На рынке растут опасения относительно готовности администрации Дональда Трампа поддерживать стабильность доллара и сохранять независимость Федеральной резервной системы. Для банковского сектора Китая это означает риск резких колебаний стоимости портфелей, что в условиях текущей турбулентности рынков выглядит как оправданная мера предосторожности.
Незаметный уход
Процесс избавления Китая от американских бумаг — тренд последнего десятилетия. Пекин, долгое время бывший крупнейшим кредитором США, начал планомерно снижать свою долю еще в 2013 году. С того момента объем казначейских облигаций в распоряжении КНР сократился почти вдвое.
Согласно последним данным за ноябрь, государственные и частные вложения Китая упали до $683 млрд — это самый низкий уровень с 2008 года. Для сравнения: в 2019-м лидерство по объему владения трежерис перехватила Япония (сейчас более $1,1 трлн), а в прошлом году Китай пропустил вперед даже Великобританию.
Впрочем, некоторые аналитики указывают на возможную «маскировку» реальных объемов. В последние годы вложения Бельгии в госдолг США выросли в четыре раза, достигнув $481 млрд. Учитывая, что в этой стране расположены крупнейшие европейские депозитарии, вполне вероятно, что часть «проданных» китайских облигаций просто сменила адрес прописки на европейский для обхода прямого мониторинга.
Европа: слова, но не дела
На фоне последовательных действий Китая позиция Европы выглядит куда менее решительной. В прошлом году из Брюсселя и Франкфурта неоднократно доносились угрозы начать массовый сброс американских бумаг. Поводами служили как торговые пошлины Трампа, так и его эксцентричные предложения (вроде покупки Гренландии), которые европейские политики расценили как пренебрежение интересами союзников.
Однако статистика ясно показывает, что эти угрозы не наполнены реальным содержанием. Несмотря на политическое недовольство, европейский капитал продолжает течь в сторону США. Принцип «днем — критикуй, ночью — покупай» стал новой нормой для инвесторов Старого Света. К ноябрю общий объем иностранных вложений в трежерис достиг исторического рекорда в $9,4 трлн, увеличившись за год более чем на полтриллиона.
Причина этого парадокса проста: высокая доходность. После того как ФРС начала цикл снижения ставок, американские облигации стали приносить большую доходность, чем большинство европейских аналогов. Инвесторы в Сеуле, Лондоне и Париже продолжают «выкупать дно», не видя реальной альтернативы масштабу и ликвидности рынка США.
Есть ли реальные угрозы для американских финансов
На данный момент уход китайских банков из американских бумаг вызывает на рынках скорее беспокойство, чем панику. Индекс волатильности трежерис (MOVE) находится на пятилетних минимумах, а спрос на аукционах минфина США остается рекордно высоким. Глобальная финансовая система пока успешно абсорбирует китайские продажи.
Однако ситуация может измениться в ближайшие два-три года по нескольким причинам:
Во-первых, качество капитала. Основной приток денег в США сейчас обеспечивают «горячие деньги» — спекулятивные портфельные инвестиции в акции и облигации. Прямые инвестиции в реальный сектор — заводы и бизнес — значительно слабее. «Горячие деньги» могут исчезнуть с рынка в мгновение ока при первых признаках кризиса.
Во-вторых, сохраняющаяся зависимость от иностранцев. Дефицит текущего счета США сегодня практически полностью финансируется за счет притока иностранного капитала. Степень этой зависимости никогда не была столь высокой. Если к Китаю в его политике диверсификации присоединятся другие крупные игроки (например, если доверие к ФРС подорвется окончательно), Вашингтон столкнется с ситуацией, когда финансировать гигантские расходы станет некем.
В-третьих, фактор ИИ. Значительная часть интереса к американским активам подпитывается определенной манией вокруг искусственного интеллекта. Но пока трудно спрогнозировать, какой эффект в итоге ИИ окажет на реальную экономику и доходы корпораций. Если эта лихорадка утихнет или компании не покажут ожидаемой прибыли, инвесторы начнут массово выводить средства, и тогда уход такого крупного держателя, как Китай, тем самым запустит эффект домино, который обрушит рынок.
Китайские регуляторы действуют прагматично: они страхуются от возможного шторма в США, пока погода еще кажется ясной. Для Вашингтона постепенный уход Пекина — это тревожный звонок, свидетельствующий о том, что статус «безопасной гавани» больше не является аксиомой. Остальной мир продолжает скупать американские долги, но Китай планомерно строит запасной выход из долларовой зоны. И это является тревожным звоночком само по себе.