На свадьбе сын при всех унизил старенькую мать, назвав ее беззубой. После того, как сам забрал у нее все деньги, которые она откладывала на лечение. Но что ответила невеста ахнули все.
Их семья казалась окружающим немного странной, но при более близком знакомстве вызывала зависть. Алексею Николаевичу было уже за сорок, даже скорее, под пятьдесят. И он вел успешный бизнес, занимался продажей антикварной мебели. Это составляло смысл его жизни, начинал он когда-то с того, что был владельцем небольшого магазинчика антиквариата. Теперь же к нему обращались самые известные люди, которые хотели иметь в своем доме нечто уникальное.
У самого Алексея Николаевича тоже был прекрасный дом в пригороде, где он и жил с женой вдвое моложе него. В городе эту пару знали почти все – бизнесмен много занимался благотворительностью, его фотографии часто печатала местная газета. Поэтому Завьялов настолько привык, что его узнают на улицах, что автоматически кивал людям, которые с ним здоровались. Сам же не мог вспомнить, кто это и когда они встречались.
Но когда они с Наташей выезжали куда-нибудь заграницу, их нередко принимали за отца и дочь. Алексей Николаевич при этом закипал внутренне, ничто не раздражало его больше, чем предположение – будто он отец Наташи. Сама же молодая женщина – наивная и непосредственная – просто пропускала такие реплики мимо ушей.
Хотя в свое время ее выдали замуж исключительно по расчету. Причем делался этот расчет не только на богатство будущего супруга, но и на его возраст.
Наташа была единственным и поздним ребенком, и зеницей ока своих родителей. Семья тоже была весьма обеспеченной. Долго в ней имелось всё, что можно пожелать, кроме ребенка. Муж с женой сбились с ног, чтобы решить проблему. Причем серьезных патологий вроде бы не имелось, врачи не могли с уверенностью назвать причину, по которой беременность не наступала. А потом вдруг все получилось. Но девочка родилась слабенькой, что порой бывает у немолодых супругов. И снова они прилагали всевозможные усилия, чтобы Наташа окрепла – бывало, что малышка с матерью по полгода жили на курортах.
К юности Наташа переросла бесконечные хвори, но осталась такой же худенькой, хрупкой, нежной. Её часто мучили мигрени, и отец с матерью с тревогой обсуждали ее дальнейшую судьбу. Оба понимали, что не смогут быть долго поддержкой дочери – с годами силы их уходили. С другой стороны – девушке рано или поздно придется выйти замуж. Они употребляли именно слово «придется», считая, что физиология неизбежно потребует свое. А статистика разводов не радовала. Попадется какой-нибудь юнец, который будет думать, в первую очередь, о себе. И через несколько лет Наташа ему надоест, он увлечется новой юбкой и потребует развода. Как слабенькая Наташа это перенесет? Такой брак просто разобьет ей сердце.
С Алексеем Николаевичем они познакомились на каком-то светском мероприятии. Супругов заинтересовал этот бизнесмен средних лет – такой обаятельный и эрудированный. Они пригласили его к себе, и там-то он и увидел впервые Наташу. Он ухаживал за ней по нынешним меркам очень долго – два года, и только тогда решился сделать предложение.
Сначала родителям девушки лишь казалось, что их дочь вроде как нравится бизнесмену. Но они тогда не рассматривали всерьез этот союз, слишком большая разница в возрасте. Но Алексей Николаевич вел себя очень сдержанно, ухаживал красиво, и постепенно их мнение начало меняться.
— Вот кто рад будет всю жизнь заботиться о Наташе, сдувать с нее пылинки, — восклицала мать.
— Да, он сможет дать Наташе спокойную жизнь, хороший дом, достаток. Ей не придется думать о заработке, а он вряд ли станет бегать на сторону, — задумчиво согласился отец. меть
Сама девушка вовсе не стремилась к раннему замужеству, так что матери пришлось на нее слегка «надавить».
— Ты красивая, много раз в жизни ты заметишь, что кому-то нравишься, — убеждала она дочь, — Но опыт приходит не сразу и, как правило, связан с горькими ошибками. Приглядись к Алексею. Я уверена, что они никогда тебя не бросит, а если ты заболеешь – приложит все силы, чтобы поставить тебя на ноги. Знаешь, как приятно иметь рядом мужчину, который оградит тебя от всех житейских невзгод, будет не только любить, но и баловать…
Как бы между делом они всей семьей съездили к Алексею Николаевичу в гости. На всех троих произвел впечатление большой, хорошо отделанный дом, но Наташу привел в полный восторг сад, настоящее произведение пейзажного искусства. Они до позднего вечера сидели в беседке, включилось искусственное освещение, казалось, над садом парят сотни разноцветных мотыльком. Красиво был освещен и фонтан, благоухали розы. Наташа чувствовала, будто находится в сказке. Так мало-помалу и она привыкла к Алексею Николаевичу, и в итоге сказала, что выйдет за него замуж. Сравнивать свои чувства ей было не с чем, она еще никого не любила.
Свадьбу сыграли, как сказал позже Завьялов – «камерную», гостей было немного, но все люди известные. Никакого «выкупа невесты», никаких конкурсов, естественно, не было. Посидели за свадебным столом, станцевали вальс… А завершился вечер тем, что молодые отправились в свадебное путешествие – сначала на вокзал, оттуда на поезде в Питер, а затем их ждал круиз по странам Скандинавии.
С тех пор прошло семь лет. Родители Наташи хоть и говорили с самого начала, что они уже немолоды, что уход их не за горами, всё же немного лукавили – они надеялись еще долго радоваться за дочку и, конечно, увидеть внуков. А если повезет, то и вырастить их.
Но ничего этого не случилось. Детей Наташа так и не родила, а родители ее погибли в аварии. Жили они в отдаленном районе города, туда вела единственная дорога через лес. Она была красивой, но не совсем безопасной, так как вилась серпантином. Каждый год эта дорога уносила несколько жизней.
После этого Наташа осталась практически сиротой, где-то еще в южном городе были у нее родственники – и всё. Теперь молодая женщина полностью зависела от мужа. Не материально – по завещанию она была единственной наследницей родителей. Но чувствовала она себя бесконечно одинокой, и Алексей Николаевич, как предсказывали, стал для нее и супругом, и отцом одновременно.
Поскольку Наташа вышла за него замуж, едва окончив школу, Алексей Николаевич спросил – не хочет ли она учиться дальше? И если да, то на кого? Молодая женщина немного растерялась – в школе ее успехи были самые средние, и никаких выраженных склонностей. Книги она любила читать – это да. А что еще?
— Мне очень нравится наш сад… Может быть, я займусь дизайном? – в первый год брака она неизменно говорила с мужем робким тоном.
Алексей Николаевич был очень доволен. Такое увлечение жены его вполне устраивало. Он оплатил Наташе очень дорогие курсы, и теперь она с огромным удовольствием помогала пожилому садовнику, предлагала ему изменить то одно, то другое. Сад сделался ее личной гордостью. И из каждой поездки супруги привозили какие-то редкие красивые растения, которые находили место в их «райском уголке».
Смерть родителей Наташа переживала очень тяжело. Алексей Николаевич впервые понял, что имелось в виду, когда шла речь о хрупком здоровье Наташи. От потрясения она несколько дней пролежала с высокой температурой, которую не могли сбить. А когда, наконец, встала, была очень слабой и апатичной. Дело дошло до психиатра и антидепрессантов. Алексей Николаевич в сотый раз запретил себе даже мечтать о детях. Родится ребенок – слава Богу, а нет – так они это переживут. Страх за жену выходил на первое место, Алексей Николаевич не думал, что может полюбить так глубоко – и это станет причинять душевную боль.
Поэтому он испытал сложные чувства, когда к ним в город приехал дальник родственник Наташи, седьмая вода на киселе, четвероюродный брат, что ли? Звали его Борисом, он давно уже с головой ушел в науку, несколько лет прожил в Англии, где занимался какими-то исследованиями. Получил докторскую степень, и теперь, вернувшись в Россию, собирался преподавать в университете.
С Наташей они виделись только в далеком детстве, когда девочку привозили отдыхать к морю, в тот самый город, где жили родители Бориса. Но теперь, вернувшись в Россию, Борис собирался обосноваться тут, в областном центре. А Наташа так искренне обрадовалась обретенному родственнику, что попросила мужа – поселить брата в их доме.
— У нас так много места, — говорила она, — Ты возвращаешься домой только вечером, и я целый день одна. Я могла бы где-нибудь работать, но ты и слышать об этом не хочешь. А у Бориса лекции к обеду уже закончатся. Все мне повеселее будет. Да и он…Эти «люди науки» настолько неприспособленные… Посели его одного – он будет сидеть на черством хлебе и растворимой лапше… А здесь он станет чувствовать себя как дома.
Алексей Николаевич колебался. Он всеми силами скрывал от молодой жены – насколько он ревнив. Отсюда и нежелание отпустить Наташу на работу, и редкие приемы гостей. Отказывать Наташе ему очень не хотелось, но всё в нем восставало против того, чтобы согласиться.
— Пусть погостит у нас, — неопределенно сказал он, — А там посмотрим.
Борис был очень благодарен за приглашение. Он мог работать лишь в большом городе, где есть вузы, так что вариант – вернуться в родные места – был исключен. И ему действительно хотелось ощутить хотя бы немного душевного тепла от близких людей. До сих пор он так и не женился, потому что оставался «неприспособленным» по словам Наташи, и «чудаком» - по мнению Алексея Николаевича.
И чем больше Завьялов приглядывался к родственнику Наташи, тем спокойнее ему становилось. Если Борис был дома, он практически все время проводил за книгами или за компьютером. В интернете засиживался далеко за полночь, какая-то переписка у него шла на английском языке. Алексей Николаевич как-то глянул ему через плечо – и ничего не мог понять.
Зато в быту Борис был нетребователен до смешного. Съедал то, что клали ему на тарелку, не знал, какое блюдо он любит, какое – нет. Наташа напоминала, что брату неплохо было бы съездить в магазин, купить себе что-нибудь из одежды – он ежедневно стоит перед студентами, должен выглядеть достойно, профессия, как говорится, обязывает.
Не имея своих детей, Наташа относилась к Борису если не по-матерински, то во всяком случае, как старшая сестра. А сам он, не обладая ни обаянием, ни умением обращаться с женщинами, похоже, испытывал к Наташе такое уважение, что лишний раз не заговаривал в ее присутствии. Ждал, когда она сама обратится к нему с какой-нибудь репликой или вопросом.
И со временем Алексей Николаевич решил, что так, пожалуй, даже и к лучшему. Жена не остается одна, а этот «ботаник» совершенно безопасен, и вполне может заменить большого пса. Из тех, кого люди заводят не ради охраны, а чтобы не чувствовать одиночество, чтобы рядом кто-то был.
И кстати, о птичках. Один из немногочисленных приятелей Алексея Николаевича, которому Завьялов доверял больше других, и с которым делился мыслями, как-то подсказал ему необычную идею.
— Все равно ты не знаешь, что у твоей Натальи на душе, — сказал он, — Она сидит дома, а ты трясешься, чтобы она рано или поздно в кого-нибудь не влюбилась. Знаешь, на кого ты похож? На тех короля и королеву, которые прятали от своей дочки веретено. Но как они ни старались, она таки его отыскала, и палец уколола…
— К чему ты это говоришь? — с недовольной миной спросил Алексей Николаевич. Тема была ему неприятна, так как била не в бровь, а в глаз.
— Если ты хочешь проверить свою жену, устрой ей что-то типа испытания. Под твоим присмотром, конечно. Видеокамеры то у вас дома везде… Найми кого-нибудь из прислуги. Какого-нибудь парня посмазливее… Кто вам там нужен? Садовник вроде старый у вас, поменяй его на молодого. Или найми шофера. Чтобы по возрасту как Наталья, или чуть постарше… И выбирай такого, знаешь, поразбитнее, из тех, что реагируют на все, что шевелится…
Тогда и посмотришь, как твоя Наталья с ним себя ведет. Что ты морщишься… Ты же хотел знать – она с тобой из-за денег или как. Если увидишь, что и она к нему тянется – сделаешь выводы. Да не бойся – ты же будешь все видеть, в любую минуту сможешь всё это прекратить. Но ты хотя бы будешь в курсе, какая у тебя жена и что у нее на уме. Хуже нет, чем жить с закрытыми глазами. Или ты собираешься подписаться на длинные ветвистые рога?
Конечно, Алексей Николаевич ответил с напускным пренебрежением, что жене своей полностью доверяет и не собирается устраивать для нее испытаний – унизительных для нее и его самого. Но мысль эта поселилась у него в голове и пустила корни.
А через некоторое время нашелся и предлог.
Наташа вставала всегда рано, чтобы посидеть с мужем, пока тот завтракает. В этом не было никакой необходимости – прислуга подала бы на стол всё, что нужно. Но Наташа сама варила кофе, не доверяя его чужим рукам, готовила тосты, выбирала, какое повидло поставить на стол. А потом сидела и слушала, как Алексей Николаевич рассказывает ей, чем он сегодня будет занят.
— Я так мало тебя вижу, — говорила она, — И не хочу упускать эти утренние разговоры.
А на этот раз она посетовала:
— Ты опять уедешь на целый день. А я так хотела попасть на цветочную ярмарку. Мне там многое хочется купить…
Наташа не водила машину сама. Как-то она со смехом призналась мужу, что это один из ее страшных снов – она сидит за рулем, и едет по мосту, над глубокой рекой. Борис тоже не умел водить.
— Такси…, — начал Алексей Николаевич.
— Ну да, ну да… Ходить с коробками, пакетами… Мне бы там столько всего хотелось купить… И что, потом это все по очереди носить в машину? Или просить водителя еще и носильщиком поработать?
— Может, хочешь, чтобы у тебя был свой шофер? — Алексей Николаевич сначала сказал это, а потом вспомнил слова приятеля.
Он рискнул последовать его совету как бы против своей воли. В тот же день зашел на сайт, где люди искали работу. Услуги водителя предлагали многие. Алексея Николаевича не интересовала, какая машина имеется у соискателя. У Наташи будет своя. Гораздо больше внимания он уделял фотографиям в анкетах. Ему было больно думать о том, какой мужчина может понравиться Наташе.
Наконец одно лицо приковало его взгляд. Черт побери, может этот парень прежде был актером или моделью?
Алексей Николаевич сделал свой выбор.
Продолжение здесь. Ссылка на полную аудиозапись в верхнем комментарии.