В рамках интервью для "Trunk Nation With Eddie Trunk" гитарист RUSH Алекс Лайфсон рассказал о своих хронических недугах.
Последние несколько десятилетий 70-летний канадский музыкант страдает от псориатического артрита — хронической аутоиммунной формы артрита, которая вызывает воспаление суставов и сопровождается кожным заболеванием псориазом.
Лайфсон сказал: «Я бы сказал, что ситуация постепенно ухудшается, чего и следовало ожидать. У меня псориатический артрит, и я борюсь с ним уже довольно долго — почти 20 лет. Я принимаю два биопрепарата [биологические препараты для лечения артрита], так что я воздействую на него с двух сторон.
И это лечение оказалось очень эффективным. Несмотря на побочные эффекты, для меня это был действительно эффективный режим, и он по-настоящему помог моим рукам. Бывают моменты, когда воспаление берёт своё, и тогда вы видите, как у меня трясутся руки во время игры. Но как уж есть, и я всё равно справляюсь, я уже привык к подобному, так что уже даже не дума
В рамках интервью для "Trunk Nation With Eddie Trunk" гитарист RUSH Алекс Лайфсон рассказал о своих хронических недугах.
Последние несколько десятилетий 70-летний канадский музыкант страдает от псориатического артрита — хронической аутоиммунной формы артрита, которая вызывает воспаление суставов и сопровождается кожным заболеванием псориазом.
Лайфсон сказал:
«Я бы сказал, что ситуация постепенно ухудшается, чего и следовало ожидать. У меня псориатический артрит, и я борюсь с ним уже довольно долго — почти 20 лет. Я принимаю два биопрепарата [биологические препараты для лечения артрита], так что я воздействую на него с двух сторон.
И это лечение оказалось очень эффективным. Несмотря на побочные эффекты, для меня это был действительно эффективный режим, и он по-настоящему помог моим рукам. Бывают моменты, когда воспаление берёт своё, и тогда вы видите, как у меня трясутся руки во время игры. Но как уж есть, и я всё равно справляюсь, я уже привык к подобному, так что уже даже не думаю об этом».
Лайфсон также рассказал о возможности своего возвращения к гастролям либо со своим коллегой по группе RUSH Гедди Ли, либо с другим проектом:
«После 40 лет гастролей мне больше не особо интересно гастролировать. Мне нравилось, когда мы выступали. Было много взлётов и падений. Концерт — это здорово, шоу — это здорово, а 21 час в сутках — это просто ожидание этих трёх часов. И это утомляет, особенно когда у тебя есть семья и близкие дома, с которыми ты разлучён на многие месяцы. Я не скучаю по этому аспекту. Нравится ли мне играть перед людьми? Да. Мне по-прежнему это нравится — может быть, не до такой степени, чтобы заниматься этим в полную силу. Но когда мы с Гедди выступали на концертах Тейлора Хокинса и годовщине "South Park" в Денвере, а также на рождественских концертах с Энди Кимом и многими другими замечательными музыкантами, с которыми мне доводится играть, то это весело. Мне очень нравится, когда всё под контролем, и это здорово. Устраивать масштабное турне и снова ввязываться в это дело — мне это неинтересно. Я знаю, что Гед хотел бы снова играть, и он хотел бы сочинять. Но, честно говоря, мы не говорили ни о чём, кроме того, чтобы собраться вместе, выпить кофе и просто набросать несколько нот.
У Гедди очень много дел в жизни, он очень занятой человек. Ему очень нравится этап работы над книгой. Он всё время в движении. А я играю в разных проектах. Так что в каком-то смысле я продолжаю быть музыкантом, а он занимается другими делами. И когда он будет готов — я живу всего в пяти минутах езды от него, как и всю нашу жизнь. Я прихожу к нему, тусуюсь, мы включаем магнитофон и делаем кое-что, но никаких планов на тур нет. Вообще ничего не планируется. Я знаю, что ходят слухи, и у людей есть свои желания, и многие хотели бы, чтобы мы вернулись и снова играли. Я не знаю. Кто знает? Может быть, если мы встретимся, будем шутить и радоваться... Конечно, после тех концертов мы были воодушевлены. Но сейчас мне очень нравится моя жизнь, и я не знаю, буду ли я ломать привычный уклад, отрываясь от того, что мне действительно нравится, по какой-либо причине».
Лайфсон также рассказал о последнем туре RUSH, который завершился в августе 2015 года в Лос-Анджелесе. Как сообщает Rolling Stone, в ходе тура был применён необычный подход: музыка группы была представлена в обратном хронологическом порядке, то есть Алекс и его коллеги по группе — Ли и барабанщик Нил Пирт — начали шоу с песен из последних альбомов и постепенно пришли к самому раннему материалу. Сценографы меняли декорации в соответствии с периодом. Таким образом, к моменту выхода на бис группа выглядела так, будто играла в школьных спортзалах своей юности.
Алекс поведал:
«Последний тур я считаю потрясающим для RUSH. Я считаю, что мы играли очень хорошо, шоу было очень весёлым. Возвращение в прошлое, к началу — это отличный способ отпраздновать окончание существования группы. Не знаю, смогу ли я в свои 70 лет, спустя 10 лет, играть так, как играл тогда. Я не исполнял этот материал уже девять лет. И если я не могу сыграть его так, как играл девять лет назад, то мне неинтересно этим заниматься. Я считаю, что благодаря тому, как всё закончилось, RUSH оставили свой след в истории. Мы закончили на высокой ноте, и люди помнят нас именно такими. И я думаю, что отчасти поэтому так много людей хотели бы увидеть нас снова, потому что именно такие воспоминания у них остались о нас.
Мы были преданы тому, что делали. Мы много практиковались. Мы были страстными. Мы играли от души. Я не знаю, сможем ли мы повторить это через десять лет. Я не знаю, сможет ли Гед петь так же, смогу ли я так же играть на гитаре. Сможет ли он так же играть на басу? Я не знаю. Если мы не проведём большую репетицию и не попробуем сделать всё это, мы никогда не узнаем. Но если подумать, как всё это будет происходить, я не очень хочу этим заниматься».