Папа скончался ещё в раннем детстве Ивана, и парень помнил его смутно. Мама, Екатерина Васильевна, работала начальником отдела бухгалтерии на Адмиралтейских верфях и всегда оставалась статной и красивой женщиной. Изредка в её жизни появлялись мужчины, задерживались ненадолго, и с возмужанием сына пропали вообще. Все силы и любовь женщина отдавала своему Ванечке…
(часть 1 - https://dzen.ru/media/camrad/krysha-6410bfe22a64080b56797d6e)
После посещения техникума состоялся тяжёлый разговор. Мама не стала переодеваться, осталась в деловом костюме и сразу усадила сына за круглый стол в центре комнаты, сама встала у открытой форточки и закурила. Екатерина Васильевна курила редко, тем более дома.
Сын-спортсмен сидел в своём любимом тёмно-синем спортивном трико, осуждающе смотрел на маму, но ничего не говорил. Не тот случай... Женщина выдохнула тонкую струю дыма в форточку, несколько секунд смотрела в окно и спросила:
– Ваня, ты папку помнишь?
– Смутно, – удивился вопросу шестнадцатилетний парень.
– Твой отец умер от цирроза печени, когда тебе исполнилось три года, – следующая струя дыма потянулась на не совсем свежий воздух улицы Гороховой.
– Мама, я же говорю, что отца плохо помню.
Сын пока не понимал сути разговора. Мать должна была его ругать. И она это умеет. Недаром руководит целым отделом на огромном предприятии. А тут пошли воспоминания детства. Зачем?
– Сынок, твой папа был алкоголиком, – спокойно произнесла мама и добавила, глядя Ивану в глаза: – И точно также умер мой отец, твой дед, которого ты даже не видел.
– К чему этот разговор? – парень встал, подошёл к матери, забрал почти докуренную сигарету и потушил в пепельнице на подоконнике, да так и остался стоять рядом с матерью.
Иван был выше её и смотрел сверху вниз. Екатерина Васильевна подняла голову:
– Ваня, твой отец и дед, оба не дожили до тридцати лет из-за водки. Ты хотя бы раз задумался, почему я не пью даже шампанское в Новый Год? – Мама присела к столу, продолжая смотреть прямо перед собой. – Когда я ещё была студенткой, я поняла, что алкоголь мне противопоказан в любом виде. После вина я ничего не помнила. Однажды меня чуть не отчислили из института, после того как я в подпитии на праздничном новогоднем вечере бросала ёлочные игрушки на голову декана. Мне только утром всё рассказали, а у меня провал в памяти.
Ещё молодая и красивая женщина тяжело вздохнула и задумалась. Сын молчал и с болью в сердце разглядывал маму. Екатерина Васильевна посмотрела на сына и продолжила:
– С Рудольфом, твоим отцом, я познакомилась на вечеринке в общежитии института. Мы любили друг друга. Очень. Было весело. Когда я забеременела тобой, я остановилась и с тех пор не пью. Вообще. Ни капли…
Женщина замолчала, её руки лежали на столе. Иван начал понимать, к чему весь этот разговор, подошёл и присел, положив свои ладони на руки матери. Екатерина Васильевна говорила ровно и спокойно:
– Твой отец, Ваня, остановиться не смог и постоянно уходил в запой. Что мы только не делали... И я пыталась спасти твоего папу. Однажды я узнала такую «панацею»: берешь чайную ложку нашатырного спирта, растворяешь в стакане воды, даешь выпить залпом – и все, как рукой снимет. Никогда больше не будет пить. Я пришла домой, рассказала всё мужу честно: «Ты же хочешь бросить пить? Но, не можешь? А вот есть суперсредство. Выпьешь нашатырь и больше – ни капли!»
Мы были юные и глупые. Он послушно взял у меня стакан и сделал пару глотков. Вытаращил глаза, страшно закашлялся и рухнул, как подкошенный. Пока я дрожащими руками набирала номер скорой, твой папа очнулся и сказал: «Если захочешь меня убить, найди способ попроще». И пить, конечно, не бросил...
Мама усмехнулась воспоминаниям и продолжила:
– Где-то после третьего или четвертого запоя я стала настаивать, чтобы мы обратились к наркологу. Я слышала, что существует кодирование и зашивание, но не знала толком, что это такое. Но я точно знала, что алкоголизм – это болезнь, а значит, её можно вылечить. Я стала расспрашивать у знакомых о выходе из этой пропасти, мне рассказывали всякие ужасы про жуткие побочные эффекты зашивания и кодирования, как люди сходили с ума, становились инвалидами или вовсе умирали. Но я была настойчивой. Я считала, что раз алкоголизм болезнь, то нужен врач. Наконец по рекомендации нашла нарколога. Вначале поехала к нему одна. Мы говорили где-то час. Нарколог сказал то, что я и так знала: для того, чтобы был результат, нужно желание пациента, нужна его твердая воля, а если он не хочет, ничего не получится, хоть костьми ложись. И еще доктор сказал, что нельзя „зашивать“ человека, в крови которого остался алкоголь. Надо, чтоб хотя бы три дня не пил. Первой «подшивки» хватило на два месяца, вторую попытку твой отец выдержал три недели и снова ушёл в запой...
Вдова алкоголика вытащила из сумочки пачку сигарет, щёлкнула зажигалкой, встала и подошла к окну. Сын остался за столом, молчал и ждал продолжения. Екатерина Васильевна выкурила сигарету наполовину, затушила и продолжила свою исповедь:
– Я любила его, любила тебя, и сама мысль о разводе казалась мне кощунственной. Любимый человек болен, говорила я себе, он несчастен, кто ж я буду, если брошу его в такой ситуации? Я должна его спасти. Сыну нужен отец. Рудольф не был буйным и агрессивным, он ни разу не пытался меня ударить. Он оказался тихим алкоголиком, просто лежал и страдал. В пьяном виде начинал говорить всякое. То говорил, что я и ты – это мечта всей его жизни, то, наоборот, как он меня ненавидит. То говорил, что скоро умрет, то называл себя мучеником. И меня тоже мученицей. Его швыряло из крайности в крайность. А вместе с ним швыряло и меня. Через три года такой жизни твой отец умер в наркологической больнице…
Женщина тяжело вздохнула и перевела взгляд на сына:
– Ваня, а теперь скажи мне честно – ты помнишь, что произошло, после того как ты выпил водку.
Парень задумался. В памяти возникла чёткая картина выпивки на троих с приятелями: совместная покупка бутылки водки на большой перемене, импровизированный праздничный стол на старом токарном станке и поднесённый ко рту стакан. Дальше – всё! Пустота…
Иван медленно ответил:
– Ничего не помню. Потом сам удивился, когда очнулся в раздевалке.
– Иван, это был первый звонок, и у тебя ещё есть шанс остановиться. Пойми, сын, нам с тобой просто нельзя пить ничего спиртного. И это не наша вина. Что-то нам передалось по наследству через гены. Многие могут пить, а мы с тобой – нет. Ни капли. Никогда! – Мама твёрдо посмотрела на сына. – Алкоголизм уже внутри нас с рожденья и ждёт, когда мы переступим черту. Дальше только падение… И в итоге – смерть.
Шестнадцатилетний парень оказался не готов к такому разговору. Всю свою сознательную жизнь он считал, что запои случаются с «деклассированными элементами», с этими хануриками под забором, которые не хотят работать и постоянно жрут водку. Их ругают, выгоняют с работы, исключают из партии и комсомола, а затем отправляют в ЛТП (лечебно-трудовом профилактории).
Но с ним, с его близкими и друзьями, этого не может произойти в принципе. Потому что не может быть. И точка. Студента технологического техникума потряс до глубины души разговор с мамой и только что перенесённый ужас комсомольского собрания.
Ваня вырос, хотя и в неполной, но вполне интеллигентной семье, и очень любил маму. Испуг подростка, тоталитарный государственный режим и любовь к матери сделали своё дело.
Партийный лозунг: «Трезвость – норма жизни» советский гражданин пронёс через всю сознательную жизнь вплоть до развала своей необъятной Родины.
Иван отслужил в армии, получил звание старшего сержанта и отличную характеристику, которая помогла ему устроиться по своей специальности в секретный научно-исследовательский институт в пригороде Ленинграда под названием Медвежий Стан.
Непьющий мужчина успел жениться, стать отцом и развестись. Молодая жена и мать его сына так и не смогла проживать в одной квартире вместе со свекровью. А жить отдельно от мамы молодой муж и отец малолетнего ребёнка очень не хотел, потому что боялся умереть от алкоголизма.
Иван Рудольфович с юных лет привык жить под постоянным контролем матери и не смог сохранить свою семью... В своём НИИ по разработке новейшего топлива технолог пятого разряда Шильд проработал вплоть до «Перестройки, Гласности и Ускорения».
События в великой стране перестроились и ускорились так, что в итоге советская империя развалилась на куски. Армию сократили, группы войск срочно передислоцировали в чистые поля России-Матушки, ракеты – носители ядерного щита когда-то необъятной Родины под чутким наблюдением заокеанских партнёров разрезали вдоль и поперёк.
Сверхсекретное ядерное топливо оказалось никому не нужно, оборонный НИИ закрыли, и узкий специалист пятого разряда Шильд оказался безработным гражданином молодого демократического государства.
Ивану Рудольфовичу ничего не оставалось, как податься в народное хозяйство, которое к тому времени превратилось в большую барахолку. Контролирующая и направляющая сила КПСС приказала долго жить, и Ваня запил вместе со всей страной...
И, как мы уже все знаем, многочисленные запои гражданина Шильда закончились бандитским пленом, осмыслением своей жизни, отрезвлением и удачным побегом к родной тётке в славный город Череповец.
Только одно обстоятельство омрачало новую жизнь вставшего на путь трезвости человека – потеря своего друга. Иван Рудольфович постоянно вспоминал Кешу и мечтал отомстить убийцам.
Вот только не знал, как осуществить свою мечту. Стать таким же убийцей? А как подобраться к злодеям? Вопросов возникало много, ответов на которые Иван пока не находил.
После удачного побега из Бокситогорска Иван неделю не выходил из тёткиного дома. Младшую сестру его матери звали Клавдия Петровна, которая недавно вышла на пенсию с должности завуча местной школы.
Её муж, потомственный металлург, не дожил до льготной пенсии и скончался в сорок четыре года от постоянного воздействия повышенных концентраций опасной пыли, образующейся при ломке и кладке огнеупоров во время ремонта металлургических печей.
От мужа остался вполне приличный дом на окраине города. Детей бог не дал, и тётя приняла Ивана, как родного сына, не смотря на всю его непутёвую жизнь.
Беглец, как на духу, рассказал бывшему завучу школы с тридцатилетним педагогическим стажем свою печальную историю потери квартиры, бандитского плена и побега. И все мы знаем, что бывших завучей школы не бывает… Как и разведчиков.
Клавдия Петровна достала из ящика письменного стола огромный талмуд со списком полезных выпускников школы за весь её стаж и нашла домашний телефон своего лучшего ученика по русскому языку и литературе Костю Завгороднего. На сегодняшний день, майор милиции Константин Федорович занимал должность заместителя начальника УВД города.
Благодарный выпускник внимательно выслушал учительницу, порекомендовал племяннику не обращаться в милицию, всё равно толку не будет, тем более – здесь, в Череповце. Квартира уже продана, а в Питер лучше не соваться. Затем забрал сохранившийся военный билет, посоветовал отрастить бороду и затем сфотографироваться на паспорт.
В местном отделе милиции изменившийся лицом гражданин Шильд получил справку специальной формы, которую выдают при утере паспорта. С этой справкой, военным билетом и визиткой высокопоставленного сотрудника милиции Иван Рудольфович смог устроиться на работу к другому выпускнику Клавдии Петровны.
Каждый год, в летний сезон, бригада из десяти человек рубила срубы для бань в вологодских лесах под чутким руководством местного лесника Иванова Григория Ивановича.
Предприимчивый работник лесного хозяйства использовал вполне легальные санитарные рубки прочистки и прореживания деревьев для личных корыстных целей. Григорий Иванович держал бригаду в ежовых рукавицах, делился с руководством и пил водку с участковым. Бизнес процветал.
Сухой закон в бригаде лесника, строгий режим, нормальное питание и постоянный физический труд на свежем воздухе превратили больного алкоголизмом человека в здорового, загорелого и уверенного в себе мужчину, ловко орудующего топором. Всё же профессия мясника пригодилась в этой непростой жизни…
В Бокситогорск Тимур вернулся ближе к восьми вечера, машину оставил под окнами квартиры, быстро сполоснулся, переоделся в привычный спортивный костюм и пошёл на доклад к руководству банды. В этот раз Лапа оказался только в компании начальника охраны Алекса, с которым о чём-то серьёзно беседовал.
Бригадиров не было, уже вечер, дела бандитские, неотложные… Студент поздоровался, с улыбкой поинтересовался состоянием носа Аркаши и заявил:
– Леонид Иванович, пожрать бы?
– В Череповце не кормили? – вставая со стола, поинтересовался заботливый руководитель преступной организации.
– Почему? Днём пообедал в рабочей столовой спичечной фабрики.
Лапа с Алексом заржали, и главарь банды махнул рукой, приглашая докладчика на второй этаж, отведать чем бог послал. Начальника охраны отпустили к сотрудникам. Сегодня на ужин оказались пельмени, Кантемиров потребовал добавки, Лапин ограничился одной порцией.
И так живот проявляется периодически… Когда официант в спортивном костюме принёс кувшин с компотом и убрал лишнюю посуду, Студент разлил напиток в стаканы себе и главарю. Лапа потребовал:
– Вот теперь слушаю внимательно.
Кантемиров кивнул, в один глоток осушил полстакана и подробно рассказал про дом тётки беглеца и про него самого. Всё, что увидел сам и услышал от местных бухариков. Главарь группировки задумался, сотрудник налил себе ещё стакан. Лапа уточнил:
– Так говоришь, изменился?
– Я же его раньше не видел, – Тимур оторвался от компота. – Блин, после Череповца какой-то привкус во рту и постоянно пить хочется. Шильд сейчас с бородой. Мужик здоровый, запросто закинул за спину рюкзак, полный консервами.
– Студент, надо срочно заканчивать с этим беглецом. – Лапа твёрдо смотрел собеседнику в глаза. – Так же, как с Тюриком. Можешь взять ствол.
Молодой сотрудник допил компот и откинулся на спинку стула. Оба замолчали. Бандитский вожак добавил:
– Сделаешь дело – шестёра твоя. Нужны люди – возьми, сколько надо.
Тимур вздохнул и сказал:
– Леонид Иванович, на мокруху толкаешь. И вдобавок свидетелей предлагаешь.
Руководитель преступной группировки решил быть откровенным.
– Тимур, мне же надо тебя проверить. С нами ты или нет?
– Лапа, дай мне пять минут.
Лейтенант сделал вид глубоких раздумий. Вожак допивал свой компот мелкими глотками. Каждый из них обладал обострённой интуицией и сразу ощутил кожей, как над столом возникло напряжение. У Лапы, где-то в глубине души, возникло тайное подозрение, что-то идет не так, но он не мог сказать – почему. Студент поднял голову и сказал:
– Хорошо, я сделаю. Есть условия.
– Слушаю.
– Поеду один, без свидетелей и ствола. Сработаю ножом. Мне нужны сапоги, брезент и лопата. – Кантемиров сделал паузу, долил остатки компота в свой стакан, глотнул и продолжил. – На рынке в Питере у Блинкауса крутятся мои деньги. Дашь ему возможность продавать алкоголь в твоих магазинах и кафе. Я отвечаю за количество и качество продукции. Шестёра остаётся у меня.
Лапин Леонид Иванович, вепс по национальности, представитель когда-то древнейшего народа европейского Севера, а на сегодняшний день – вымирающей малой народности Российской Федерации, уголовник с четырьмя судимостями и с развитой природной хваткой, тайно выдохнул.
Молодой бандит набивает себе цену. Это нормально… Миром правят деньги… Лапа посмотрел на Студента и ответил:
– Договорились. Вот только, как я узнаю о результате, если ты поедешь один?
– Лапа, мне что, с этого Шильда скальп снять или голову отрезать?
– Не надо ничего резать. – Вожак банды ухмыльнулся. – Мне тут недавно подогнали фотоаппарат, который сразу фотки сам печатает. «Полароид» называется. Видел такой?
– Видел в Берлине у югославов. Они им всё немок фоткали.
– Вот и привезёшь снимки готового клиента. Покажешь только нам. Потом тут же сожгу при тебе.
– Хорошо, сделаю.
– Когда поедешь?
– Через день. Где работает Шильд, мы знаем. Пусть доберётся до лесничества и спокойно лес валит. Там найду клиента и самого завалю наглушняк.
– Водку будешь?
– Не откажусь, Леонид Иванович. После Череповца башка гудит. Как там люди живут постоянно?
Лапа подозвал стоящего у бюста Ленина официанта и заказал двести грамм водки и солёных огурчиков. Внедрённый сотрудник милиции доверился подсказке своей интуиции, настроился на неё и выбрал единственный правильный вариант разговора с опытным уголовником. И в этот момент рациональный ум главаря преступной организации пересилил внутренний тревожный голос…
(продолжим - https://dzen.ru/media/camrad/krysha-23-6449268fc8bb890000311419 )
P.S. Ещё раз напомню о первой главе с Шильдом И.Р.: https://dzen.ru/media/id/626925a692d9ad79df39fda6/jizn-za-jile-chast-1-633059b07076f533609effd7
