Действие романа «Павел Чжан и другие речные твари» происходит в будущем, но назвать это фантастикой нельзя. Скорее будущее становится увеличительным стеклом, которое укрупняет до некоторого даже легкого гротеска существующие проблемы, старательно нами игнорируемые сегодня.
Вера Богданова из массы конспирологических теорий выбрала те, что имеют неплохие перспективы для осуществления в действительности – гегемония Китая над Россией и тотальная слежка путем чипирования. Хотя сама автор в послесловии пишет, что в первую очередь хотела бы привлечь внимание к насилию над детьми в детских домах. И надо заметить ей это удалось. История Чжана, по сути, дагерротип трагедии Джуда из «Маленькой жизни» Янагихары, только отраженный в российском кривоватом зеркале мрачного будущего.
Для дебюта книга более чем удачна – никаких хвостов и случайных персонажей, все развешанные ружья выстреливают и очерченные линии зацикливаются. Не роман, а частный случай синдрома отличницы. Это даже можно назвать легким недостатком.
Яркие герои – несомненный плюс, как и тонко показанная разница их внутреннего мира и внешнего проявления. Закрытый «человек в футляре» Павел Чжан и его альтер-эго по имени Шваль (этакая демоническая концентрация психологической травмы) – прекрасный образчик двойственности. Милая Соня, плавно качнувшаяся от доброты и открытости к выстраданной религиозности. Во всех смыслах добрый молодец Лыков. Каждый прошел свой болезненный метаморфоз став в конце книги немного другим человеком. И эта психологическая динамика, кстати, то, чего мне часто не хватает в современной литературе.
Предсказуемо, но от того не менее печально выглядит и финальное разочарование Чжана в Пекине – «параллельный мир оказался до боли знакомым», как пел Чиграков.
Полумистическая тьма, сгущаясь к концу вокруг героя, изрядно отдает Достоевским и в эти знакомые тени и сгустки страхов придают роману дополнительные объем и глубину.
И, конечно, очень правильно и естественно, что книга вышла в серии «Актуальный роман» Редакции Елены Шубиной, потому что это текст в гораздо большей степени о настоящем, чем может показаться на первый взгляд.