Илья приподнял голову Анны, и его ладонь тут же стала мокрой и липкой от крови. Пуля прошила шею Анны навылет. Из входного и выходного отверстия, толчками вытекала кровь.
- Анечка, любимая, посмотри на меня, открой глаза! Веки Анны дрогнули и глаза приоткрылись.
- Илюша. Как хорошо, что ты пришёл, – очень тихо прошептала Анна, – а то бы я так и не…
- Что, что Анечка? Говори, пожалуйста! Не уходи, не молчи! Не молчи!!
Илья обернулся к обступившим его СОБРовцам и своим подчинённым.
- Ну что вы стоите? Врача! Скорую вызывайте! Скорее!!
Стоящие за его спиной мужики склонили головы и старались не смотреть ему в глаза. Наконец один из СОБРовцев вздохнул и сказал:
- Поздно. Поздно врача вызывать. Она умерла.
Илья медленно повернулся к Анне и заглянул в её широко раскрытые, голубые глаза. Они смотрели мимо него, куда-то далеко-далеко в небо. Туда, куда только что отлетела её душа.
Продолжение истории. Начало: Глава 1, Глава 2, Глава 3, ...,
Глава 37, Глава 38, Глава 39, Глава 40
Глава 41
Илья поднял глаза к небу и сжал зубы. Ему хотелось выть и кричать во всё горло, но только хриплое дыхание вырывалось из его рта. Он чувствовал, как остывает тело Анны, понимал, что всё – больше он ничем помочь ей не может, но и отпустить её у него не было сил.
В этот момент все услышали звук взрыва, и где-то недалеко, над рощей, поднялся небольшой огненный столб.
Это событие, ненадолго вывело Илью из ступора. Он, опустив тело Анны на землю, повернулся к скулящему Крохмалю, и медленно поднявшись и пошатываясь, подошёл к адвокату. Тот с ужасом смотрел на его приближение, понимая, что сейчас может произойти.
- Это ты? – тихо и грозно произнёс Илья. – Это ты навёл?
- Нет, нет! Я не наводил! Они и меня хотели убить! Вы же видите – я ранен! Мне врач нужен! Я сейчас умру, от потери крови!
Его сбивчивые крики оборвал Илья: - Не нужен тебе врач, – так же негромко произнёс он, – ты сейчас тоже умрёшь. - Он говорил, каким-то удивительно-спокойным и казалось даже равнодушным голосом.
Но Крохмалю, от его тона стало ещё страшней. Он на какой-то момент замолчал, продолжая с ужасом смотреть на Илью.
А Илья, медленно достал из оперативной кобуры свой пистолет и направил его прямо в голову адвоката.
- Нееет! Не надо! Не убивайте меееня! Я знаю, кто это сделал! Это Иван! Он у них главный бандит! Он меня расспрашивал, куда повезут Юрия! Я много что о них знаю! Я вёл их многие дела!
Илья ещё несколько секунд постоял с вытянутым в руке пистолетом, буквально воткнув ствол в лоб адвокату. Для Крохмаля, эти секунды, наверное, были самыми долгими в его жизни. Ожидание практически неминуемого выстрела, привело к тому, что его нервная система и организм не выдержали. По брюкам адвоката стало расползаться уродливое и вонючее мокрое пятно.
Илья опустил руку с пистолетом и повернулся к одному из своих подчинённых.
- Запиши под роспись, всё, что он сейчас расскажет. А ещё лучше на камеру телефона. А то потом будет отказываться от своих слов… Хотя если откажется – так я ему своими руками кадык вырву. – Илья повернулся к Крохмалю. – Ты меня хорошо понял, урод? Ты живёшь, пока я тебе позволяю жить. Узнаю, что пытаешься изворачиваться, врать…
- Нет-нет, – сквозь слёзы, заикаясь, пробормотал адвокат, – я всё расскажу, ничего не забуду. Они меня убить хотели!
Крохмаль ещё, что-то там бормотал, но Илья его уже не слушал.
- Илья Михайлович, может нам съездить, посмотреть, что там взорвалось? – обратился к нему один из охранников.
Илья отрицательно покачал головой.
- Не надо, понятно, что они подожгли свою машину и ушли. Вы там только сейчас натопчитесь, а так может собака след возьмёт. Опер группу вызвали?
- Вызвали, – вместо охранника ответил СОБРовец. - И наших и скорую – всех вызвали.
- Сами-то как?
- Да живые и то ладно. Мне уже третий раз по рёбрам досталось – срастутся. Нам повезло, что ты и твои парни огонь открыли. А то мы все бы сейчас лежали…
- Да. Повезло, – горько произнёс Илья. Он посмотрел на лежащую Анну, а СОБРовец прикусил язык.
Вспышка активности Ильи, пока он разбирался с Крохмалем – прошла, и им вновь овладело отчаянье и безразличие ко всему, что происходило вокруг. Он подошёл к телу Анны, и присев рядом, взял её за руку.
Буквально через пятнадцать минут на поляне уже было не протолкнуться. Как всегда бывает в таких случаях, начальство всех рангов поспешило на место происшествия. Вокруг поляны собралось не менее десятка машин – две машины реанимации, микроавтобус криминалистической лаборатории, машина кинологов и несколько машин высокого начальства.
Криминалистам несколько раз приходилось обращаться к людям с большими звёздами на погонах, чтобы они отошли немного в сторону и не затаптывали следы.
Толку от этих генералов и полковников было мало, но им обязательно надо было отметиться, чтобы потом попасть в оперативные сводки. И после, при докладах более высокому начальству, рассказывать, что лично выезжал на место происшествия.
И хотя ежегодно, при исполнении служебных обязанностей, гибнет от ста до двухсот сотрудников правоохранительных органов, каждое такое преступление становится громким ЧП для полиции, прокуратуры и следственного комитета.
Здесь было не просто посягательство на жизнь полицейского или следователя. Тут вооружённый налёт на оперативно-следственную группу, правда непонятно пока, с какими целями и задачами.
Илья не замечал всего этого ажиотажа. Он продолжал сидеть рядом с любимой, окаменев и ничего не видя и не слыша вокруг. Даже, когда к нему подошёл криминалист с фотоаппаратом и попросил немного отойти, чтобы зафиксировать на фото положение тела Анны, Илья не сразу сообразил, что от него хотят.
Следователь прокуратуры так и не решился подойти к Илье для допроса, справедливо полагая, что опросить его он всегда успеет и сейчас не стоит дёргать человека, пребывающего явно не в себе.
И только когда санитары принесли носилки, чёрные мешки и собрались положить тело Анны в мешок, Илья встрепенулся.
- Стойте, подождите! - Он встал перед Аней на колени и склонил голову.
- Прости меня Анечка… Не смог уберечь я тебя. Никогда этого себе не прощу. - Он наклонился ещё ниже и поцеловал Анну в лоб. А потом, ладонью закрыл её глаза.
Санитары сложили тело девушки в мешок и унесли, а Илья так и остался стоять на коленях, перед тем местом, где оборвалась жизнь его любимой.
***
На следующее утро, Илья с самого начала рабочего дня стоял в приёмной Сергея Николаевича.
Девушка – секретарь несколько раз предлагала ему прийти попозже или хотя бы присесть, говоря, что Сергей Николаевич сегодня задерживается. Илья отрицательно качал головой, продолжая стоять посреди приемной, опустив голову.
Сергей Николаевич появился только через полтора часа. Проходя мимо Ильи, он мельком взглянул на него и, не здороваясь, буркнул: - Заходи.
Илья зашёл в кабинет, плотно затворив за собой дверь.
Бросив пальто на кресло и швырнув папку на стол, Сергей Николаевич спросил: - Илья! Как это случилось? Почему наша охрана не сработала? Как ты допустил, что она и главный свидетель погибли? Ты понимаешь, что сейчас всё дело может развалиться?
Илья стоял молча. Он ожидал подобную реакцию начальства и был готов к ней. Обидные слова пролетали мимо него, ни как его не задевая. Да и кто его мог обвинить больше, чем он сам?
Сергей Николаевич выплеснув свою ярость на подчинённого, как то быстро успокоился и подошёл к Илье.
- Я только что из следственного комитета. Там у них все на ушах стоят. Весь гарнизон полиции Москвы и Московской области поднят по тревоге. В общем, они мне рассказали, что произошло, но я хочу услышать всё от тебя.
Илья поднял голову и посмотрел на шефа.
- Я опоздал, Сергей Николаевич. Буквально на пару минут опоздал. Они открыли огонь из машины прямо на моих глазах. Я стрелял в слепую, по задней двери. Одновременно открыли огонь и наши парни и успели завалить шофёра и ещё кого-то. Несмотря на это, они смогли уйти.
- Далеко они не ушли, – сказал Сергей Николаевич, – в сгоревшем микроавтобусе обнаружено три трупа. Но один явно остался жив. У них была лодка в камышах. Возле микроавтобуса и на траве до реки пятна крови. Так что, похоже, что вы во всех попали.
Илья скорбно кивнул головой и продолжил: - В результате вооружённого нападения тяжело ранен адвокат Крохмаль и убиты Юрий и, – Илье пришлось сделать над собой усилие, чтобы продолжить говорить дальше, – и следователь Прохорова Анна Сергеевна. - Сделав паузу, он продолжил: - Сергей Николаевич! Считаю, что вина, за провал операции лежит целиком на мне. Сотрудники, охранявшие Аню, сделали всё возможное, в данной ситуации. В общем….
Илья полез в карман и достал сложенный вчетверо листок бумаги и протянул его своему начальнику.
- Что это? – спросил тот.
- Это рапо… Вернее заявление об увольнении. Я не имею права оставаться в этой должности, как не справившийся со своими обязанностями.
Сергей Николаевич посмотрел на Илью и на ту бумажку, которую тот держал в руках. Потом, не говоря ни слова, подошёл к шкафчику, достал пузатую бутылку коньяка и налил две рюмки. Подойдя к Илье, он протянул одну из рюмок ему.
- Так. Давай помянем Аню. Хорошим она была человеком. И профессионалом с большой буквы.
Илья взял рюмку и они оба, молча, не чокаясь, выпили. Сергей Николаевич крякнул и слегка скривился.
- Ну а на счёт твоего заявления… Я являюсь твоим непосредственным начальником, – жёстко, с металлом в голосе сказал он, – и только я определяю, кто справляется со своими обязанностями, а кто нет. Тебе всё понятно?
- Так точно, – немного растерянно произнёс Илья. – Но Сергей Николаевич! Они же ушли! И сейчас живые и здоровые где-то затаились! Жрут и пьют! А Аня, моя Анечка, - Илья закусил губу, чтобы не расплакаться. Он даже опустил голову, опасаясь, что шеф увидит его глаза полные слёз.
Сергей Николаевич прекрасно понимал состояние Ильи. Он так же отдавал себе отчёт в том, что задумал Илья, но не стал его отговаривать.
- Значит так, Илья. Насколько я помню, ты два года не был в отпуске. Это конечно моя недоработка, которую я сейчас хочу исправить. С сегодняшнего дня ты в отпуске, на шестьдесят дней. С приказом ознакомишься в службе HR. В бухгалтерии, получишь отпускные. Кроме этого, там же получишь и материальную помощь. Как я полагаю, деньги тебе сейчас понадобятся и не малые…
- Спасибо, Сергей Николаевич, но…
- Так, всё, отставить возражения! – Сергей Николаевич подошёл вплотную к Илье. – Илюша, только я очень прошу тебя, возвращайся, пожалуйста. Живой и здоровый. И желательно без наручников на руках.
***
Хоронили Анну на Калитниковском кладбище Москвы. Уже с утра, сотрудники ДПС практически перекрыли все подъезды к кладбищу, не давая парковаться простым смертным.
К одиннадцати часам дня, к погосту стали съезжаться машины с синими номерами. Это были и простые уазики, и роскошные лимузины с мигалками на крышах.
Удивительное дело – начальство, которое открыто, недолюбливало Анну, за её прямоту, принципиальность и твёрдость, теперь посчитало своим долгом приехать и проститься с ней. А простые опера и следователи приехали просто отдать дань своему товарищу, погибшему на боевом посту. Не все из них, знали Анну лично, но многие были наслышаны об её профессионализме, бесстрашии и кристальной честности.
Гроб с телом Анны вынесли из катафалка задолго до ворот кладбища и понесли на руках.
Анна лежала в гробу, в форме майора юстиции – спокойная и умиротворённая. Казалось, что молодая женщина просто заснула. В морге сделали всё, чтобы не было заметно посмертных изменений.
Сразу за гробом шли родители Анны и Илья. Так получилось, что они так и не успели ранее познакомиться и узнали друг о друге только тогда, когда Ани не стало.
Если бы Илью спросили, что он делал все эти дни, между гибелью Анны и её похоронами, он, наверное, не сумел бы вспомнить. Его трудно было вообще узнать. Черты лица как то заострились, под глазами образовались огромные чёрные круги, а на висках, откуда ни возьмись, появилась седина.
На кладбище, всё прошло достаточно быстро. Траурные речи, все кто хотел, сказал ещё на гражданской панихиде, в следственном комитете.
Гроб поставили рядом с могилой. Мать Ани, понимая, что ещё несколько минут, и она больше никогда не увидит свою девочку, бросилась ей на грудь и зарыдала. Отец, просто стоял рядом и вытирал платком глаза.
Илье тоже хотелось обнять, поцеловать в последний раз свою любимую женщину, но позволить себе этого он не мог. Он боялся, что не выдержит, разрыдается и ложное чувство стыда, останавливало его.
Наконец распорядитель похорон тихо сказал родителям Ани: - Ну, всё пора.
Мать с трудом оторвали от гроба. Она не выдержала и обмякла на руках мужа.
Гроб установили на специальное устройство, и он медленно стал опускаться в могилу.
Военный оркестр заиграл гимн, а отделение почётного караула трижды выстрелило, отдавая последнюю дань погибшему офицеру.
Прошло тридцать минут и на кладбище никого не осталось.
Илья стоял перед горой из цветов, закрывающей могильный холм. Он стоял и не мог оторвать взгляда от фотографии своей Анечки, которую положили на эту цветочную гору.
Губы у него шевелились, и было понятно, что он продолжает с ней разговаривать. Что он ей говорил, теперь уже не узнает никто. Может быть, признавался в любви, может быть, укорял за её безрассудную смелость, а может быть просто просил у неё прощения, за то, что не сумел уберечь.
Так он простоял почти час. Наконец он вздохнул, бросил последний взгляд на фотографию Анны, резко развернулся и пошёл прочь с кладбища.
От былой расслабленности у него не осталось и следа. Он шёл пружинистой, решительной походкой и сейчас выглядел не как убитый горем, потерявший любимого человека мужчина, а как охотник, вышедший на охоту и уже нашедший след зверя.