Живые Старины

И мыла служанка, Васильева портомо́йница платьица на реке на Во́лхове. И стало у девушки коромыселко поскакивать, стало коромыселко помахивать. Убило силы-то за це́ло сто, убило силы-то за другое сто, Убило силы-то за третье сто, убило силы-то до пяти сот. В 1898 году рисунок к этому месту из старины про Василия Буслаева сделал Андрей Петрович Ря́бушкин. А саму былину записал Павел Николаевич Рыбников в 1860 году в Колодозере от "первостепенного сказителя, с лишком девяностолетнего старика". К сожалению, имени этого сказителя не сохранилось. Этот текст был опубликован уже в 1861 году в первой части "Песен, собранных П.Н. Рыбниковым" под номером 55 (начало на странице 335) P.S. Надо сказать, что такая боевитость у женщин отнюдь не редка в русском эпосе. Богатыркой была Авдотья Семёновна, с которой бился Дунай Иванович. В молодецких забавах, таких как борьба, стрельба из лука, верховая езда, преуспела Василиса Микулична, жена Ставра Годиновича. Любительницей кулачных боёв оказалась и Марья Демрюковна, супруга царя Ивана Грозного. Не избежал поединка с женщиной и главный наш богатырь, противницей Ильи Муромца стала Златыгорка, мать Сокольника

Образчик севернорусской речи В экспедициях, помимо легко определяемых жанров фольклора, таких, как песня, причитание, сказка, важно и интересно записывать и просто образцы уходящей старинной русской речи, рассказы крестьян на самые разные темы. Вот пример такой записи: Два случая нахождения золота (передача северной речи с сохранением местных особенностей произношения): Вон тут недалёко у нас дом стоял Ма́монта Семёновиця. Его нету, дома того. И тут онба́р стоял. Потом онба́р обра́ли. Старых не стало дак, онба́р про́дали. Обра́ли оттуда. А тут поле распахали, картошку садить. Пахали тут. Сын у их был, Ава́кум. Погиб на войны́ тоже. Это-то я сама видела. Это было точно, не врака́ это. Ну и осенью картошку копаем, всегда там остава́ется картошка, она до весны-то, потом выпахивается, дак она сла́дка такая. Не замерза́т она пошчо-ле. Сла́дка-сла́дка. Вы, можёт, дома там са́дите, нет, картошку? Ну, немного, бат. У нас-то ведь больши́ поля, помногу са́дят. По шиися́т вёдер сади́м. Садили. Нынче-то так же садя́т. Мы-то уж, я-то уж нечё не сажу́. Ну и этот Ава́кум па́шёт. У их, у Ава́кума сестра была, До́мна. Мы всё с ней дружили. Я всё к йим ходила. Он па́шёт, а мы вза́ди бегали тоже, картошку собирать бегали. Я бежу́ попере́ди, а До́мна тут поза́ди. Вы́пахалось такой ки́бас из бере́ста. Ты невода́ видал, невода́? Ну, там кибаски́-то. Раньше в бере́сто зашивали камень. Вот это ки́бас. Нынче никаки́ киба́сья не шьют, не тако́. Ну и кибасо́к выпал. Я подбежала, схватила кибасо́к. А тоже бере́сто-то всё вы́гнило. Я схватила, а там золото посыпалось, золото. Я взяла́ копейку, смотрю, такие маленькие копе́ецьки. Не знаю, сколько было там. Кака́, рублёва она ле десятирублёва, я не знала. А эта До́мна, она, наверно, слыхала, шчё где-ле золото у их было там. У де́дка Семёна это уж. Отец-от у ей Мамонт Семёновиць был. Дак, навенно, у отця, бат, слыхала ле цё-ле. Она прибежала, меня толкнула да всё сгра́била, мне и копейку не дала́. Вот, было это. Ну, опять друго́. В Ски́тской у нас был у мамки дом. Мамка-то у меня ски́тска была. Дом был, потом етот дом брат у ей, торговал в магазине, у мамки. Торговал в магазине, и поехали за грузом в Усть-Ци́льму. Тогда на лодках ездили. Это давно было. На лодках ездили, обратно ехали с грузом, залили́сь, всё подмоче́ли, сахару, всё-всё. Всё на его отнесли, дом-от описали, его обсудили, дом описали, там он в тюрьмы́ и умер, бедный, Артамо́н. Ну и этот дом описали. Потом мамки была одна изба отпи́сана, нашей мамки. Большой двухэтажный дом был. Нашей мамки была изба отпи́сана, ну, наде́лок ей. А куда? Она здесь вышла замуж, да тут свой дом у ей да и. Она эту избу́ и продала́, в Ски́тску. Там мушшина, Семён Михайловиць, взял эту избу́. Избу́ взял, стал отламывать избу́ эту. Ломал, ломал, в углу золото нашёл. А дед у ей, де́дко, отец-от был Игнат Ивановиць, дак Иван-от, дедко-то, боѓато жил. Дак вот, смотри, золото запихал в угол. Дак Семён эть мамки не́ дал. Как мамка просила! Он как-ле просказа́лсе, шо я золото нашёл. Ведь не́ дал мамки. Нынче уж их нету то́жё. Семёна нету, никуго́ нету. Вот ето было уже при мне. А больше такого я нечё не знаю. Чё-ле, бат, было, дак всё забыла. ____________ Рассказывает Анна Тимофеевна Карма́нова, 1929 года рождения, из деревни Степа́новской на реке Пи́жме, притоке Печо́ры Записал Александр Ма́точкин в деревне Степа́новской 21 марта 2о15

Репост

Женато виноградье В этом сообщении публикуется обрядовая рождественская песня, записанная в поездке на Печору в 2о15. Исполнительница сообщила, что она вспомнила не весь текст. Слова, которые удалось раскопать по другим источникам, помещены здесь в скобки. Про виноградья читайте в предыдущем сообщении. Для представления о напеве и об исполнительнице здесь приводится небольшой видеофрагмент. А вот полевая запись целиком: Жена́то виногра́дьё поют на вечо́рки. А так с Рождества́ до Крешчэ́нья там только розрешёно вре́мё. Дак собираютсэ да поют сами собой опе́ть так. Виногра́дьё-то пели раньше: (После каждой строки поётся: Да виногра́дьё да кра́снозелёное) 1.   Уж мы ходим не ходим с по Нову́ городу́ 2.   уж мы и́шшём не и́шшём господи́нов двор 3.   Господинов двор да высоко́ на горе 4.   высоко́ на горе да далеко́ в стороне 5.   на семи́десять верстах да на восьми́десять столбах 6.   Как на каждом на столбичке (по маковки 7.   как на каждой на маковке по земчужки 8.   Как на каждой на земчужке по ленточки 9.   как на каждой на ленточки по кисточки 10.   Как на каждой на кисточке по сальничку 11.   как на каждом на сальнике) по свечки горит 12.   (Это чей стоит дом да чей высо́к ново́й терём 13.   чей высо́к ново́й терём да чьи в нём горницы 14.   Это дом стоит Юрия Павловича 15.   эти горницы Марии Васильевны) 16.   Уж ты позволишь ле хозяин ко двору прийти 17.   ко двору прийти да на красно́ крыльцо взойти 18.   На крыто́ крыльцо взойти (да за вито́е ко́льцо взять 19.   за вито́е ко́льцо взять) да по новы́м сеня́м пройти 20.   По новы́м сеня́м пройти в светлу горницу взойти 21.   в светлу горницу взойти да против грядочки стать 22.   Нам ищё того по(даль)ше против ма́тицы стать 23.   нам ишшё того повыше нам на лавочку сесть 24.   Нам на лавочку сесть да виногра́дьё ле спеть 25.   виногра́дьё ле спеть да нам хозяина опе́ть 26.   (нам хозяина опе́ть да и хозяюшку припеть) 27.   Как хозяина зовут да Юрий Павлович 28.   а хозяйку ту зовут Мария Васильевна 29.   (А хозяин во дому да как Адамий во Раю́ 30.   а хозяйка во дому да как ола́нья во меду́ 31.   ма́лы деточки ча́сты зве́здочки) 32.   Нам хозяин от дарил да золоту́ гривну́ 33.   нам хозяйка то дарила бел крупи́щчетой калач 34.   (ма́лы деточки да по копеечки) 35.   Золоту́ гривну́ (да мы в кабак снесём 36.   мы в кабак снесём) да на вине пропьём 37.   Бел крупи́щчетой калач да на закуску съедим 38.   (те) копеечки да на конфеточки Слова песни и сведения о ней сообщила Татьяна Степановна Кисляко́ва, 1937 года рождения из села Усть-Ци́льма Место и время записи – река Печо́ра, село Усть-Ци́льма, 25 марта 2о15 Записал Александр Ма́точкин __________ Текст и видео – Александр Ма́точкин

Что такое виноградья? Сегодня речь пойдёт не столько о ста́ринах, сколько об обрядовых песнях. Ста́рины это вид словесности, не приуроченный к какому-то определённому времени. Хотя в некоторых местностях могли возникать запреты, например, на пение ста́рин в пост. Или же, наоборот, именно в пост ста́рины петь разрешалось, в отличие от песен. Но всё-таки ста́рины нельзя назвать календарными песнями. А вот произведение, с которым вы познакомитесь в этом сообщении, относится как раз к календарному обрядовому фольклору. Это так называемое виноградье. Виноградье представляет собой праздничное поздравление, величание определённого человека или людей. Пелись виноградья на Святки. Тексты виноградий различались в зависимости от того, кому они поются – женатым пелось одно, неженатым другое. Виноградье, о котором я рассказываю, было записано в 1993 году Зинаидой Фёдоровной Житовой в селе Жердь Мезенского района Архангельской области от Пелагеи Николаевны Чу́ркиной, которая родилась в Жерди́ в 19о7 году. Пелагея Николаевна сообщила, что пелась эта песня один раз в год, вечером 8 января. Пели взрослые мужчины незамужней девушке. Спрашивали разрешения у родителей спеть виноградье их дочери, в данном случае – Анне Николаевне. Родители дозволяли, а после исполнения песни наделяли певцов чем-либо: снедью, напитками, деньгами. В песне также поминается молодой человек, ухаживающий за девушкой, в данном случае – Иван Николаевич. Имена девушки и парня можно менять, в зависимости от того, кому посвящается виноградье. После каждой строки поётся припев-благопожелание – виноградье краснозелёное! От такого припева и происходит название этой русской народной песни. Поётся бодро, весело: Не во далечем далече да во чистом было поле тут стоял постоял бел полотенной шатёр бел полотенной шатёр да полубархатной Что во этом во шатри седит девица душа седит девица душа да и Анна госпожа уж как Анна госпожа Николаевна душа Она шила вышивала тонко бело полотно тонко бело полотно во четыре во угла Первый угол вышивала ясно солнце со лучами второй угол вышивала светел месяц со звездами Третий угол вышивала тёмны лесы со зверями а четвёртый вышивала сине море с кораблями По серёдке вышивала всю Россию со церквами со попа́ми со дьека́ми со причастниками Тут и шёл да прошёл удалой молодець как по имени Иван Николаевич Он куницями лисицями обвешалсэ он острым копьём подпираитсэ небылыма словесами похваляитсэ Кабы был кабы был я на той стороне на крутом бережку да на желтом песку Я розбил бы росшатал бел полотенной шатёр я ростешил россмеял красну девицу душу И взял бы её за правую за руку за правую за руку за злачён перстень Да повёл бы её во Божью церковь там Закон Божий примать чуден крес целовать Чуден крес целовать со Евангельём веселым пирком да за свадебку __________ Текст – Александр Ма́точкин Снимок – Иван Попов