Марк Ерёмин

Есть такая штука, которая звучит как газетная сказка, но вообще-то это факт: маленькое село Бёхово в Тульской области попало в список Best Tourism Villages — это программа Всемирной туристской организации ООН (сейчас UN Tourism, раньше UNWTO), где отмечают деревни и сёла, которые развиваются через туризм аккуратно, без превращения места в аттракцион. Именно Бёхово в 2021 году оказалось среди отмеченных деревень и стало заметным кейсом из России. И вот тут хочется сразу снять ожидания, потому что...

Когда я впервые услышал, что на Севере люди реально ставят воду на мороз в открытой кастрюле и терпеливо ждут, пока она схватится льдом, у меня в голове сразу щёлкнуло: «Ну это же просто чтобы вода была холодная». А потом мне объяснили, что там вообще другая логика, и она довольно изящная, потому что мороз у северян работает как фильтр, который не надо покупать и менять. Подписывайтесь ко мне в MAX. Там карты мест, маршруты и обзоры городов https://max.ru/eremin_medi Речь про старый приём, который часто называют вымораживанием...

Эта фраза обычно прилетает в ленту как кликбейт, потому что она бьёт сразу по двум кнопкам, которые у людей всегда горячие: национальность и отношения. И дальше начинается привычное кино, где одни пишут «да вы просто завидуете», другие отвечают «он ничего не понимает», третьи тянут одеяло на себя и рассказывают про «всех турок» и «всех русских». А самое смешное и самое грустное одновременно в том, что чаще всего речь вообще не про национальность, а про ожидания, привычки и культурные правила игры, которые люди почему-то считают универсальными...

Я все чаще слышу одну и ту же фразу от знакомых в Москве: «Мы уже не мечтаем о квартире, мы мечтаем просто не сойти с ума от цен». И я понимаю, почему эта мысль так быстро превращается в план. В начале декабря 2025 года «Москвич Mag» написал про опрос компании Baza Development, и там цифра выглядит почти как шутка, только шутка совсем не смешная: 50,8% жителей Москвы думают о переезде в регионы из-за слишком дорогого жилья. То есть речь идет буквально о каждом втором человеке, который смотрит на витрину московской недвижимости и выбирает не квартиру, а выход...

Есть страны, где еврейская история выглядит как серия «приехали — пожили — уехали», а Иран в эту схему не помещается вообще, потому что евреи там жили так долго, что успели застать и царей из библейских сюжетов, и исламские династии, и модернизацию XX века, и революцию 1979-го, и сегодняшнюю очень сложную реальность. Если коротко и честно, то жизнь иранских евреев почти всегда была балансом между двумя вещами: они были «свои», потому что говорили на местных языках, торговали, лечили, писали стихи...

Когда про Иран говорят «закрытая страна», обычно представляют железный занавес, запреты, суровые лица и ощущение, что ты там лишний, даже если просто турист и просто хочешь выпить чаю и посмотреть город. А потом люди приезжают в Тегеран, в Исфахан, в Шираз, и у них случается короткое замыкание: вроде правила строгие, а люди при этом удивительно тёплые; вроде на улице всё «как положено», а дома и в разговорах появляется другая реальность, где смеются, спорят о кино, обсуждают новости и подсовывают тебе фрукты так настойчиво, будто ты их родственник, который давно не ел нормально...

Если отмотать всего 45 лет назад, то есть примерно в 1980–1981 годы, Иран внезапно оказывается не тем “вечным Востоком”, который многие рисуют в голове по картинкам из новостей последних десятилетий. Там были девушки, которые ходили в университет так же буднично, как мы на пары, выбирали помаду и духи, спорили с родителями про будущую профессию, тусовались на домашних вечеринках, слушали западную музыку и спокойно могли выйти на улицу без платка, если им так хотелось. При этом важно сразу держать...

СССР «оккупировал» Иран не в 1940 году, а в конце августа 1941 года, и это важная поправка, потому что причины напрямую связаны с тем, что летом 1941-го Германия напала на Советский Союз и война внезапно стала вопросом выживания. Операция называлась Operation Countenance, а действовали СССР и Великобритания вместе: с севера входили советские войска, с юга и юго-запада — британские. Чтобы понять мотивацию Москвы, нужно представить карту и холодную логику тех месяцев. У СССР были Кавказ и бакинская...

Когда я слышу фразу «отсюда уехали все», я всегда думаю не про мистику и не про страшилки, а про обычную человеческую жизнь, которая однажды закончилась в конкретной точке на карте. В Краснодарском крае такие точки тоже есть, и у каждой из них обычно одна и та же логика: дорогу размыло, работу закрыли, школу сократили, молодёжь уехала, а пожилые люди не смогли тянуть быт без помощи и без инфраструктуры. После этого место некоторое время держится на инерции, а потом становится пустым, хотя на карте оно ещё может жить своей бумажной жизнью...

Я зашёл в Ельцин Центр с нормальным человеческим ожиданием: я думал, что музей покажет мне девяностые так, как их помнят люди, которые тогда не читали пресс-релизы, а жили на кухнях, на рынках, в очередях и в постоянной тревоге. Я купил билет, я прошёл по залам, я посмотрел эту очень умную, очень красивую и очень уверенную историю про «семь дней, которые изменили Россию», потому что именно так устроена постоянная экспозиция музея. И когда я вышел, у меня не появилось ощущение, что меня обманули, потому что музей честно рассказывает свою версию...

Я эту фразу слышал столько раз, что она у меня уже как фоновый шум. Обычно её говорят в момент, когда ты устал, когда ты не вывез, когда ты опять что-то не успел, и у тебя внутри начинается это мерзкое: «Наверное, я просто слабый». И я в какой-то момент поймал себя на мысли, что я каждый раз спорю не с человеком, который это сказал, а с мифом. Потому что “бабушки всё успевали” звучит красиво, но это звучит красиво ровно до тех пор, пока ты не начинаешь раскладывать их жизнь по полочкам. Бабушки правда многое успевали...

Я перестал пить алкоголь, и первое время мне казалось, что сейчас жизнь станет ровнее, чище и вообще «как в рекламе здорового образа жизни». Но потом выяснилось, что трезвость не делает тебя автоматически счастливее, она просто делает тебя… честнее. С собой, с людьми, с привычками, с тем, как ты вообще проживаешь вечера, праздники и скуку. И вот если разложить это на «к лучшему» и «к худшему», то картинка получается не такая глянцевая, как обычно рисуют, но зато очень узнаваемая. Подписывайтесь ко мне в MAX...