Media Малькевич

Родился спонтанный пост: захотелось посоветоваться с подписчиками (и попросить покидать ответы в комментарии) Вопрос простой: художественные фильмы про Афганскую войну и Чеченские кампании. Наши фильмы. Почему вдруг? А просто сидели в блиндаже с ребятами-бойцами, говорили про фильмы про СВО - моя тема. Почти все считали, что у нас ничего про спецоперацию не снимают. Ну я выступил с лекцией, рассказал о том, что есть + фильмы про события в Донбассе с 2014 года. Ну и потом плавно перешли обсуждать кино про две другие войны...

В «Петербургском дневнике» вышла статья (spbdnevnik.ru/news/2026-...) – ответ на мой пост о названиях улиц, которые, на мой взгляд, являются тёмным пятном на карте нашего великого города. В статье приведена позиция уважаемого краеведа и члена Топонимической комиссии Алексея Дмитриевича Ерофеева. Он смотрит на проблему иначе. Что ж – с интересом и уважением вступаю в эту полемику. Тема острейшая и касается не только прошлого, но и нашего Настоящего. Всё чаще (старею, что ли?) ловлю себя на мысли:...

Книжный шкаф СВОей литературы. Выпуск 5 Война неизбежно затрагивает все стороны жизни, оставляя в душах людей неизгладимый след на долгие годы. Именно через культуру и искусство — прежде всего через литературу — мы переживаем и осмысливаем эти события. В русской словесности война всегда была святой темой: у каждого поколения она своя, особенная. Книга Тимура Гараева «Zелёная тетрадь» (издательство «Яуза») — яркое тому подтверждение. Помните школьные зелёные тетрадки на двенадцать листов — с таблицей умножения на обложке? Именно в таких когда-то писались первые сочинения...

#писатель_Малькевич пришел на днях в книжный магазин. И (в который уже раз) удивился. Смотрю на полку - 10 книг «про Черчилля». Сразу, рядом, одна к одной: биографии, мемуары, сборники цитат; его собственные сочинения. Потом оказалось, что есть и еще - «в подсобке») Я не ханжа и не брюзга. Сам люблю Черчилля - и как политика, и как журналиста, и как остроумного человека. «Мы будем сражаться на пляжах» - это сильно. «Демократия - худшая форма правления, если не считать всех остальных» - это умно...

Книжный шкаф СВОей литературы. Выпуск №4. Я не случайно начал словами из этого моего поста. Молодое поколение, выросшее в постсоветской культуре, зачастую не в курсе и не осознает, или, точнее, не желает понимать, почему события развиваются именно так, а не иначе. Эта трагедия забвения, подмены ценностей становится главной мыслью книги Анны Вислоух «Зорка Венера», вышедшей в издательстве «Питер». Фраза «Чего мы на эту Украину попёрлись?..» звучит как крик поколения, внезапно оказавшегося в зоне морального конфликта, не понимая ситуации...

Заканчиваю разбирать «военную литературу» (на самом деле, художественные книги о разных войнах), разделив ее по «типам военного опыта». Получилось 8 блоков. В первый раз рассмотрел три — про личную жизнь, безумие и народный язык. Потом — еще три: нравственный выбор, выживание и попытки жизни после войны. Остались еще два блока. Это книги, где война показана «снизу»: не из генеральского кабинета, а из окопа, батареи, траншеи, разведвыхода, марша, короткого сна под огнем. О чем: фронтовая повседневность,...

Очередной лонгрид, идея которого появилась у меня во время просмотра сериала «Вигдис» про первую женщину-президента Исландии. Мы любим истории «успеха», вычищенные от грязи, потерь и поражений. На такой картинке удобно учить детей и мотивировать взрослых: вот он, герой, шел к цели прямой дорогой. Реальность устроена иначе. Иногда люди, которые меняют страны и эпохи, большую часть жизни выглядят неудачниками. У них гибнут близкие, рушатся браки и бизнесы, они проваливаются на выборах, а попытки «начать сначала» заканчиваются новым ударом...

А много ли об этом говорят и пишут в «больших» СМИ? На скриншоте — ОДИН день из жизни ОДНОГО района Белгородской области. Региона, который я хорошо знаю. И в котором (которой) есть один из ПВД (пунктов временной дислокации), где я жил. Полтора месяца я нахожусь в зоне СВО. И, чем дольше ты здесь, тем острее видишь одну очень тяжёлую вещь: у многих по-прежнему сохраняется иллюзия, будто СВО — это где-то далеко. Где-то «там». Не рядом. Не про нас. Не про сегодня. А это — опаснейшее заблуждение. Потому...

В 2022 году я работал в Купянске (и Изюме). В 2023 году ездил с гуманитарными миссиями в «серую зону» Харьковщины. В 2024 году нас едва не накрыло кассетами в Шебекино, когда мы возвращались Оттуда. В 2025 году снова были там, где нас ждали Наши Русские люди. И теперь я снова здесь. На этом направлении...

Решили перечитать «Трех мушкетеров» во взрослом возрасте? Готовьтесь охренеть (ладно, сильно удивиться). Потому что вместо «Один за всех!» слышишь: «Один пьяница, второй альфонс, третий — лицемер». Давайте без романтики. Взросление — это когда начинаешь болеть за Ришелье. Он мне, кстати, всегда нравился) Вот краткий разбор «героев»: 1. Атос («Благородный страдалец»). Не страдалец, а судья-самодур, самосуд он устроил. Увидел на плече жены клеймо — и повесил ее. Развод? Разъезд? Отправить в монастырь? Нет...

Продолжаю разбирать «военную литературу» (на самом деле, художественные книги о разных войнах), разделив ее по «типам военного опыта». Получилось 8 блоков. В прошлый раз рассмотрели три — про личную жизнь, безумие и народный язык. Сегодня — еще три. Это, пожалуй, самый страшный и самый глубокий тип военной литературы. Здесь главное не только «выжил или погиб», а «кем ты стал», «что ты выбрал», «что предал», «что сохранил». О чем: плен, предательство, стойкость, слабость, внутренняя правда. Почему важна: одна из главных книг о совести на войне...

Книжный шкаф СВОей литературы, выпуск №3. Продолжаю рассказывать о художественной литературе про СВОих; вернее, приступаю к этому. Сегодня поговорим о «Ненаписанных бумажных письмах с фронта» Елены Залесской (она же «Ловец»), вышедшей в издательстве «Яуза». Аннотация: Что сложнее – изменить мир вокруг себя или изменить себя в этом мире? Героиня книги решает этот вопрос радикально и, в стремлении понять себя и стать ближе к любимому человеку, отправляется волонтером на линию фронта. Хорошее начало...