На небесах
Пилот еще бормотал что-то бодрое про то, куда мы летим, а все уже завыло и затряслось, помчалось по ухабам, оторвалось от земли и сразу накренилось на бок. Это всегда самые страшные полчаса, к ним невозможно быть готовой, если бы только пилот не замолкал, если бы он продолжал говорить неважно что, в этот раз голос у пилота был молодой, и я какое-то время представляла себе этого паренька за штурвалом, как он буднично переключает там свои кнопки, если бы он говорил дальше, я держалась бы за его голос, но он молчал и был сам по себе там в этих страшных облаках, покинул меня одну...
